Новосибирский конгресс, урок 1
Вопрос: Вы сказали, что на вечере единства в Иерусалиме у вас просто не было слов и сил говорить, потому что вы не чувствовали желания со стороны группы. Что требуется от нас здесь и сейчас? Как создать это желание и дать его вам, чтобы появились слова, которые нам так необходимы?
Ответ: Это, действительно, было для меня очень интересным и трогательным открытием. Я никогда не затрудняюсь говорить, потому что живу в том, что говорю. Да и просто как человек, который может рассказывать о своей семье или об увлекательной работе, – так и я могу говорить о главном беспрестанно и в любых сочетаниях с чем угодно.
И вдруг я обнаружил, что просто не в состоянии говорить. Причем это было уже заранее, за несколько часов – я просто не понимал, в точности, чтó со мной происходит.
В Иерусалиме была серьезная встреча с большой публикой. Треть из этой публики – 1000 человек из 3000 – составляли просто люди, которые пришли, потому что их пригласили. Это были не наши ученики, не наши товарищи. И я очень хотел удачно выступить. Потому что с учениками – теми, которые стремятся, знают, занимаются, – с ними есть контакт. Они идут вместе с тобой: подъемы, падения, лучше, хуже, – все вместе мы переживаем наш путь. А здесь, когда приходит такое количество новых людей, хочется показать им, чем мы занимаемся, что предлагаем.
…И у меня не было никаких сил говорить. Я смотрю на часы: прошла всего минута, две минуты. И я пытаюсь отговорить хотя бы полчаса, я уже не знаю, что делать с собой.
А потом мне стала понятна причина – недостаточная подготовка к моей беседе с людьми. Она должна быть на совершенно другом уровне – на уровне соединения с группой.
Обычно я выступаю от себя. То есть ученики, разумеется, меня поддерживают, я чувствую их, ощущаю наше общее мировое единение – но говорю я все равно от себя. А здесь – нет. Здесь была необходима подготовка группы – чтобы в течение тех минут, когда я нахожусь на сцене, товарищи действительно чувствовали себя полностью рядом со мной. Вот такое я ощутил желание, такую необходимость.
Иными словами, поддержка должна быть уже не просто в сочувствии, во взаимопомощи: "Товарищ поехал, а мы его поддерживаем". Нет, я с ним там нахожусь! Я вместе с ним одновременно сейчас произвожу это действие! Никогда я так не чувствовал потребности объединения.
Я вбираю в себя силы моих учеников, чтобы выдавать им то, что они хотят. Я чувствую их желание, всевозможные нюансы, флуктуации изменений настроения, и вообще, различных духовных состояний. И хотя товарищи не виноваты, я их не подготовил к этому, но в тот момент от них требовалось, чтобы они просто "были во мне" – сознательно с их стороны. Вот чего недоставало.
Действительно, мы взошли на совершенно новую ступень, где должны вместе делать все дела. Больше нет "я" и "вы" – мы вместе работаем над тем, чтобы создать такую мощь объединения наших желаний, наших устремлений к раскрытию мира, чтобы почувствовать в этом объединении реальную силу. Если я что-то говорю – вы вместе со мной, и если вы слышите – я вместе с вами.
Вот такое взаимное включение нам необходимо, и именно это мы раскрыли два дня назад в Иерусалиме: наша связь уже становится взаимовключающей.
И я этому очень рад! Это значит, что масса учеников поднимается ближе и ближе к моему уровню и мы уже можем находиться друг с другом на таком уровне коммуникации. Надеюсь, что таким образом мы будем взаимодействовать между собой и далее – представляя одно общее целое. Нет учителя, лектора и учеников, слушателей, а есть одно общее, целое желание, которое хочет выявить смысл жизни! Я думаю, мы сможем это сделать.
Новосибирский конгресс, урок 1
Новосибирский конгресс, урок 1
Без 
Вопрос: 
Вопрос: 
Вопрос: 
Вопрос: 
Страх может быть разным: за свое состояние в этом мире, за своих родственников, весь мир. Но все это земные страхи, исходящие из того, что у человека пока нет правильной связи с 
Вопрос: 
Вопрос:
Малхут называется 
Вопрос:
