Но откуда мне знать, что такое слияние, чтобы ощутить, что сейчас я в нем не нахожусь и тосковать по нему, плакать и не хотеть ничего другого, кроме выхода из этого состояния?
Ведь мое сегодняшнее состояние не кажется мне таким уж плохим – мне действительно не хватает какого-то наполнения в жизни, но нельзя сказать, чтобы я сильно от этого страдал. Это не называется "изгнанием".
И тогда Авраам успокаивается, ведь он понимает: что бы ни было, но я непременно достигну такого страдания от недостатка слияния с Творцом, что из него обязательно приду к слиянию. То есть человек понимает, что у него нет выхода – он должен найти желание, потребность к слиянию с высшей силой.
Для этого ему приходится попасть под чужую власть, противоположную Творцу. Эта власть ему постепенно раскроется, шаг за шагом, как совершенно нестерпимая. Сначала она будет казаться ему даже хорошей и совсем не обременительной, будто "легкая паутина".
Он войдет в Египет и начнет работать для своего эгоизма, ведь начался голод на земле Израиля (в желаниях к Творцу). Йосеф спускается в Египет, а затем весь дом Яакова – то есть весь человек, со всеми своими желаниями и намерениями, плохими и хорошими, погружается в свой эгоизм и чувствует себя в нем хорошо! Это уже не просто мелкое эго – а обратное слиянию с Творцом, с духовным, противоположное отдаче и любви.
Все это начинается с ненависти, вспыхнувшей между братьями и продажи брата в рабство. Так все желания человека начинают развиваться внутри его эгоизма, и он не чувствует, что это плохо. У него все хорошо – это "семь тучных лет". Даже если я чувствую, что в чем-то противоположен Творцу и нахожусь в эгоистическом Египте, но мне там совсем не плохо.
И так мы естественно развиваемся, пока не начинаем строить города "Питом и Рамсес". Для Фараона, для нашего эгоизма – эти города означают хорошую жизнь, но для нашей точки в сердце, которая начинает проявляться, эта жизнь горькая. Я чувствую, что это бедные и несчастные города – у меня ничего в них нет, одна пустота. Даже если я получаю какое-то наслаждение от этой жизни, то потом я горько в нем раскаиваюсь. Так я прихожу к крику о своей никчемной жизни.
Я вижу, что запутался, желая все проверять своим разумом и эгоистическим чувством – то есть нечистой силой (клипой), состоящей из знания (в голове) и получения (в теле). Я чувствую, как она убивает меня, требуя постоянно получать подтверждения в разуме, что я выигрываю, преуспеваю, не падаю, продвигаюсь – что я все время что-то приобретаю! Таково требование моего эгоизма.
Но с другой стороны, я начинаю понимать, что этот эгоистический подход просто хоронит меня в Египте, и я не хочу в нем оставаться. Не это было целью моей жизни. И тогда я начинаю искать, как вырваться из-под власти этого Фараона – знания и получения. Я ищу новые понятия, которые бы были выше этого. И постепенно я раскрываю, что есть свойство Исраэль (яшар-кель, "прямо к Творцу"), которое выше знания и ощущения в моем желании насладиться, выгодного наполнения и эгоистического разума.
Выше этого есть другое состояние, "головой" которого называется вера, а "телом" – отдача. Это и есть "душа", отличающаяся от эгоистического тела, основанного на знании и получении. Так в результате своей работы и именно благодаря раскрывающемуся мне Фараону, я начинаю ценить и возвышать желания отдачи, по сравнению с желаниями получения, а веру предпочитать знанию.
И когда я начинаю так работать, во мне раскрывается еще более сильная власть Фараона. Прежде я не знал, что он такой жестокий властитель, от которого нужно бежать. Моше (во мне) бежит от Фараона в страну Мидьян и должен скрываться от него 40 лет – то есть в человеке растет сила отдачи, против Фараона. Она пока еще маленькая, не способная с ним совладать, но человек уже понимает, что должен как-то бороться с эгоизмом, приносящим ему зло.
И тут он понимает, что ему необходима помощь Творца, и начинаются египетские казни. Он чувствует, как удары проходят по Фараону и за счет них его Моше отделяется от него, готовясь увести "весь народ" – все желания.
Так исполняется обещание Творца, что потомки Авраама будут изгнанниками в чужой стране, угнетаемы 400 лет, и выйдут оттуда с большим приобретением. Это то самое желание, которое выросло в Египте за счет Фараона, эгоизма, всей этой борьбы.
Мы не забираем с собой из Египта самого Фараона – но отбираем у него те желания, за которые спорили, и выводим верой выше знания. Эти желания мы можем взять с собой и вывести из состояния изгнания. Именно в них мы ощутили это изгнание (галут) – и в них хотим почувствовать освобождение (геула), раскрытие Творца.
Вся наша работа в Египте в том, чтобы разглядеть разницу между прекрасными городами для Фараона и несчастными для нашего желания от него освободиться – отличить Фараона, "помощь против тебя", и помощника, вместе с которым ты пойдешь к Фараону – то есть Творца. Ты видишь, как они стоят друг против друга, а человек - посередине и просит Творца разрешить каждое состояние.
Когда мы читаем каббалистические статьи, нужно очень остерегаться, чтобы не привязать их к понятиям времени и пространства и не создать себе "идолов".
Каббалисты советуют нам много не мудрствовать, потому что весь наш ум эгоистический и может нас только остановить – а больше сил вкладывать в дело.
(Комментарий на статью из книги "Шамати")
Вопрос: 
Вопрос: 
Вопрос:
Вопрос: 
Вопрос: 
Из статьи "Уверенность – одеяние для света" ("Шамати" №72):
Все зависит от 
Из статьи "Уверенность – одеяние для света" ("Шамати" №72):
Вопрос: 
Вопрос: 
Союз глаз, состоящий в том, чтобы остерегаться смотреть на женщин. И запрет смотреть не вызван тем, что он может прийти к [греховной] мысли, а истинная причина – потому что это происходит от очень высокого корня, ибо эта осторожность вызвана тем, что если он не будет остерегаться, он может прийти к тому, что станет смотреть на святую Шхину. 
Вопрос:
