Таково желание Творца. И каббалисты объясняют нам: это не потому, что Он ждет от нас признания Своего величия, Своего всемогущества и нашей зависимости от Него. Ведь речь идет о Высшем – а значит, и без того ясно, что это так. Нет, Творец желает тем самым поднять нас на Свою ступень.
А значит, мы должны пройти через некое осознание Высшей силы в своей природе и выявить, как нам взойти на ее высоту. Творец наслаждается тем, что мы познаём Его, т.е. достигаем Его уровня. А согласно закону подобия, достичь слияния с Ним – значит обрести в точности такие же свойства, как у Него.
Период нашего самоисправления – и есть тот путь, та лестница, ступени которой ведут нас вверх через пять миров. Этот подъем творение может осуществить, только если оно уверено, если твердо знает, что должно это сделать. Тогда у него есть силы на реализацию.
Откуда же к творению приходят силы, чтобы производить действия, ведущие вверх от получения к отдаче вопреки его природе? Творению необходимо вооружиться пониманием, осознанием, ощущением того, что оно пребывает в дурном эгоистическом состоянии получения и должно прийти в хорошее состояние отдачи, являющееся полной противоположностью нынешнему. Далее...
Нам говорят, что мы способны на это, если получим помощь от Творца. Высший свет может пролиться на нас, и тогда мы начнем рассуждать иначе: получать для нас будет плохо, а отдавать – хорошо.
Ну так пускай Творец сделает это. Он создал нас в получающем желании и теперь может "посветить", чтобы обратить нас в отдачу.
Но нет, ведь тогда мы утратим самостоятельность и станем как "ангелы", т.е. силы, просто выполняющие определенные действия. Вместо этого мы сами должны констатировать, решить для себя, что получать плохо, а отдавать хорошо.
Эта внутренняя констатация называется "осознанием зла", и ничего другого не требуется. Только осознать зло получающего желания и добро, кроющееся в желании дающем. Как только это случится во мне, я, безусловно, перестану использовать зло эгоистического желания, проявившееся на данный момент, и начну использовать дающее желание, проявившееся как благо.
Казалось бы, это не детские игры: если врач объяснил мне, чтó хорошо, а что плохо, что вредно, а что полезно, то я ценю и выполняю его совет.
Однако осознать зло я должен сам. Тут не помогут советчики, рассказывающие мне о том, что такое хорошо и что такое плохо. Я обязан самостоятельно выяснить и осознать, что именно получающее желание есть зло и именно дающее – благо.
Здесь натянута столь тонка "струна", что ее не выразишь словами. Мне необходимо внутренне оставаться нейтральным, возвышаясь над творением. Ведь в нем самом уже определено, что получающее желание – зло, а дающее – благо, поскольку первое относится к творению, а второе – к Творцу. Однако мне надо как бы предвосхитить, предварить творение, встать впереди него – и взглянуть на два этих желания. И тогда, исходя из этой абсолютно независимой точки, определить получающее желание как зло.
Это и будет подлинным осознанием зла. Оно производится не на "всем готовеньком", не на базе наслаждений и страданий, которые обуславливают мое решение, когда я раз за разом веду "договорную игру", выбирая согласно критериям своего эгоизма.
Нет, "эксперт", "судья", "тестировщик" во мне должен стоять обособленно, не на стороне Творца и не на стороне творения – словно на шаг перед ним.
Это – обязательное условие. Нельзя чтобы Творец был априори добр в моих глазах. Почему Он добр? Потому что создал мое желание, наслаждающееся Его дарами? Нет, это просто данность, творение, в котором мы находимся. А Творец желает, чтобы мы "упредили" творение, чтобы согласились с Ним самим, с тем, что Он создал его именно так.
Польза от этого велика: мы больше не зависим от того, что и как Он создал. Мы приподнимаемся над добром и злом, вне зависимости от подсоединенного к ним намерения, – к другой ступени, лежащей выше их, к началу замысла творения, существовавшему еще до того, как Он нас создал, до того как решил раскрыться творению Дающим, а творение сделать получающим. Мы словно оказываемся ранее этого момента и даже ранее его причины. И именно там мы в действительности найдем себя.
А потому осознание зла должно идти всё дальше вглубь – причем в качественную глубину. Дело не в том, как ужасен мой бездонный эгоизм и как прекрасна отдача. Дело в качестве, в сути: почему я определяю одно злом, а другое – благом? Этот выбор надо осуществлять над собственным ощущением. Оно лишь измеряет для меня детали восприятия "для статистики", а поверх нее я раскрываю некий более высокий принцип, лежащий перед творением, до него.
Таким образом, осознание зла объемлет всю действительность и поднимает нас над ней.