Но мы не понимаем этого. Нам кажется, что если мы торгуем по всему миру и можем договориться друг с другом, то это ведет к объединению. Но нет, это только ускоряет осознание разобщения.

Нужно уяснить, что нам необходимо подлинное соединение, и прежде всего, осознание в разуме и в чувствах, что мы все зависим друг от друга. Нет человека в мире, который был бы волен не заключать добрых связей со всеми обитателями мира. Все наше будущее зависит от того, насколько мы понимаем, что только добрые отношения могут наладить всю нашу жизнь, и ничего, кроме этого.

Самое сильное оружие – это желание человека, ведь оно находится на высоте Творца. Если мы захотим добрых связей и гармонии, чтобы быть как один человек в ощущении взаимного поручительства, то конечно все наладится в мире.

Каждый должен чувствовать свою связь со всеми, понимая, что мы все вместе – это одно человечество, одно желание, одна душа в поисках одного корня. И если мы все тянемся к этому одному корню, то все приходит в равновесие и гармонию, так что не будет недостатка ни в чем.

Каждый человек должен почувствовать себя неразрывной частью всего мира. И человечество уже готово к этому. Люди даже в самых удаленных частях планеты готовы прочувствовать и принять эту идею о всеобщей зависимости друг от друга. Достаточно уже тех ударов природы, которые мы сейчас на себе ощущаем, чтобы понять, насколько мы зависимы от нее и что только природа может нам помочь.

У природы есть пути воздействия на человека: через его живот, здоровье, детей, всего, что ему дорого. Таким путем можно очень быстро донести до его сознания, что он обязан быть связанным с другими ради спасения себя и своих близких.

Обязанность нашей мировой каббалистической группы – управлять процессом исправления, не оставаясь пассивными. Мы можем поворачивать это движение: левее или правее, способствовать объединению, объяснять всем, что делать, словно капитан, стоящий у штурвала и командующий матросами, объясняя, как действовать в каждый момент.

Вот так нам надо объяснить всему человечеству, где мы находимся и за счет чего можем спастись от ударов волн, чтобы все смогли причалить к тихому, обетованному берегу.

Вопрос: А как должно быть?

Ответ: Люди должны бороться за достижения, которые они вместе достигают. Допустим, на каком-то стадионе, в каком-то виде спорта, в каких-то условиях они достигают максимального результата. Этот результат относится ко всем.

Вообще я против наград.

Вопрос: А за что тогда бороться? Что я тогда получаю?

Ответ: Вот ты и отвечаешь: “А если не награда, тогда что мне делать?” Значит, ты любишь не спорт, а любишь медальку.

Реплика: Да, медальку или взгляды, рукоплескания.

Ответ: Нет, это ты можешь носить – какой-то знак отличия. И ты, и другие. Но я бы не разделял по местам. Главное - участие!

Вопрос: Только участие? И человек бы пошел, вы думаете?

Ответ: Если он любит спорт, то да.

Вопрос: А скажите, когда спортсмен помог спортсмену, когда тот запутался, когда мама пришла помогла, – на какой пьедестал вы это ставите? Какое место этому даете?

Ответ: Это самое главное! Вот за это можно дать медаль – за то, что помог. Основным правилом спорта должны быть дружба, взаимопомощь! Чтобы показать всем нам, самим себе, какие в нас заложены возможности. Вот и всё.

Реплика: А футболисты играют команда на команду, – какая тут дружба? Мне же надо выиграть, забить гол в другие ворота.

Ответ: Им от этого должно быть приятно. Это зависит от воспитания.

Реплика: Мне приятно, что я забиваю гол, что наша команда выигрывает.

Ответ: И другие тоже. Зависит от красоты!

Вопрос: То есть красивый футбол показали и насладили зрителей? И все рады!

Ответ: Конечно. Пускай будет футбол художественным: как они умеют продержать мяч в воздухе, какие пасы. А не то, что толкают друг друга и подставляют подножки.

Вопрос: То есть общее состояние спортсменов должно быть таким: мы доставляем наслаждение зрителю?

Ответ: Не только зрителям, и самим себе.

Вопрос: А зрители как должны воспринять? Я все-таки фанат этого клуба. Как я должен воспринять все это?

Ответ:  Так ты будешь переживать за этот клуб. Тебе будет горько за него или радостно. Ну и что?

Вопрос: А если другие выиграют, как мне быть, как зрителю?

Ответ: Так ты будешь переживать, на то он и спорт.

Вопрос:  А единоборства? Когда не командная борьба, а борцы, боксеры – здесь какое должно быть состояние?

Ответ: Тут вообще все просто, тут все видно. Ты борешься, ты же не уступаешь ему. Ты борешься, и он борется.

Вопрос: И каким должно быть наше желание? Что мы должны желать?

Ответ: Показать красоту.

Вопрос: Что такое красота, которую должны показать?

Ответ: Они должны найти, как продемонстрировать добрую силу.

Вопрос: Добрая сила – это все-таки сила. Как она может быть доброй?

Ответ: Да, есть добрая сила и злая.

Добрая – чтобы мы продемонстрировали вместе наше доброе отношение друг к другу. Типа “победила дружба”.

Без этого ничего хорошего не будет. Будут наркотики, будут подпаивать, будут что угодно делать. Черт знает что есть в спорте.

Вопрос: Если во главу угла не ставить вот это – “победила дружба”?

Ответ: Да.

Вопрос: Я вспомнил глубокое детство, когда мне говорили: “Победила дружба”. Меня успокаивали шестилетнего или пятилетнего. И поднимали мою руку и еще какого-то ребенка. И вы считаете, что это должно быть еще в большом спорте?

Ответ: Да. Как явление зрительское я иначе не позволял бы демонстрировать спорт, если бы в нем не проявлялась доброта и сближение людей. Чтобы борьба между ними, которую они ведут, была показательной борьбой над своим эгоизмом. Они демонстрируют борьбу над своим эгоизмом.

Реплика: Да, мы не останавливаемся на какой-то новости. Она назавтра уже другая.

Ответ: Я слежу более-менее. Меня интересует, как внешние действия влияют на внутренние состояния людей, как люди меняются от этого.

Реплика: Как влияет – это более-менее видно. Такой тупик приближающийся для людей.

Ответ: Не могут люди разобраться. Не могут все равно. Очень мало истинных мыслей. Собрать это вместе они не могут.

Реплика: Но все равно печалится человечество в основном от этого: от всего, что предстоит, от голода…

Ответ: Если раньше когда-то над всеми развевалось какое-то знамя, лозунг, будущее, надежда, то сегодня надежды на будущее нет. Сегодня надежда – только прожить хорошо день или хотя бы не очень хорошо, но и не очень плохо.

Реплика: Без страшных новостей, желательно.

Ответ: Да. И так просуществовать дальше.

Вопрос: Так как принимать эту печаль, о которой вы говорите? Вот этот пастор сказал, что все это отправляется к Богу, и Тот как бы смотрит, как ты это принял.

Ответ: Я не сказал бы, что все это отправляется к Богу. Я бы сказал, что все это идет от Бога.

Разве мы являемся строителями нашего духовного будущего?

Реплика: Нет, Творец его строит.

Ответ: Конечно!

Вопрос: Так как же принимать печаль?

Ответ: Я думаю, что вся проблема в том, что мы не знаем цели нашего сотворения, не представляем себе ее в явном, четком виде, а как в расфокусированном объективе видим всё в таком тумане. И это нас угнетает.

Вот это и есть печаль. Ведь мы не знаем ни как, ни что, для чего, во имя чего – самое главное. Во имя чего какие-то самые маленькие происшествия в нашей жизни.

Вопрос: А если бы мы знали, во имя чего это происходит?

Ответ: Если бы мы знали, во имя чего, мир был бы другим. Мы бы сразу внутри себя добавили в него больше света и цвета.

Вопрос: К чему все это? Самые большие и мелкие печали – к чему они? Добавьте света, может быть. Может, все-таки как-то получится?

Ответ: Мы не можем перейти в более резкое цветное состояние из этого сероватого и какого-то туповатого. Мы не можем перейти из одного этого состояния в другое, повышенное, если не раскроем в себе все эти цвета, все эти правильные отношения к себе, к другим, к миру, к Творцу, который, в общем-то, все это нам и поставляет.

Самое главное – это, конечно, выставить правильную позицию. Или как там в кино называется? – Построить мизансцену. Все это видеть верно, чтобы все дополнило друг друга и стало ясно, как это должно существовать.

Вопрос: Но все-таки, что делает это черно-белое кино цветным?

Ответ: Только отношение человека.

Вопрос: И что должно расцвести во мне? Что должно засветиться вдруг?

Ответ: Когда я буду осознавать, что любые события, которые меня окружают, необходимы, они взаимно зависимы. И если я буду их соотносить с целью творения, то я смогу их сфокусировать, собрать всю эту картинку так, чтобы она стала единой. То есть чего мне не хватает? Это как в калейдоскопе, когда мозаика собирается в правильную картину.

Реплика: А пока я вижу фрагментарно и всё отдельно…

Ответ: Ты ничего не можешь понять. Тебе непонятно все, и потому, это и главное, что не видим смысла ни в чем. А когда это все собирается вместе, то возникает смысл. И в этом самое главное. Смысл – он всегда хороший.

Вопрос: К чему должны собраться все эти фрагментики, все эти расколотые стеклышки? В какую картину? К чему это все?

Ответ: К тому, чтобы я устремился к себе самому, раскрыл самоё “я”.

Вопрос: И какое оно?

Ответ: Оно стремится устремить все, что мне раскрывается, к единению, к объединению, к тому, чтобы я из всего составил образ Творца.

А как мы можем приблизиться к добру и отдалиться от зла? Только если сделаем это внутри себя, то есть поймем, что такое добро и отречемся от зла. Если мы будем направлять себя на все большее объединение и поддержку вокруг всего земного шара, то увидим, что в такой форме можем управлять миром, словно поворотом руля. Мы сможем управлять своей жизнью.

Вскоре это станет понятно множеству людей, что земной шар сжимается, делаясь все меньше, вынуждая нас стать все более связанными и зависимыми друг от друга.

Вопрос: То есть, в результате, всё делающий не для себя, а для людей?

Ответ: Да, но спокойно: без рывков, без криков с броневика.

Вопрос: А когда ты его на «броневик» поднимаешь, на пьедестал?

Ответ: Мне кажется, ты этим его очень-очень портишь. По крайней мере, во много-много раз затрудняешь его работу в этом мире – отменить себя и проявить себя только через других людей и Творца.

Реплика: Пока все претендуют на нашу землю, пока есть терроризм…

Ответ: Да. Это известная им тактика – ломоть за ломтем отрезай, отрезай, отрезай, а потом мы уже тебя и так слопаем. 

Вопрос: Почему так идеалистична Европа?

Ответ: Они не идеалистичны! И не демократичны! У них есть только одно – что-то такое делать, выдавая это за хорошие дела. Им на самом деле все это абсолютно неважно!

Вопрос: Что им важно? Чтобы мы не существовали?

Ответ: Конечно. Для них существование Израиля неприятно, минимум, и невыносимо! Вот так за горло их берет.

Вопрос: Это вы говорите об этих цивильных странах?

Ответ: О всех этих цивилизованных странах.

Реплика: Там, кстати, Франция, Италия, Германия, Нидерланды. 

Ответ: Это самые антисемитские страны.

Вопрос: Чего мы их так уж достали?

Ответ: Ничем не так. То, что мы – евреи. То, что мы – Израиль. То, что мы – умные. То, что мы можем построить свое государство и выигрывать войны.

Вопрос: Какие наши действия в таком случае?

Ответ: Не отдавать ни пяди. Ни в коем случае!

Вопрос: И какой политики держаться?

Ответ: Политики закрытых дверей. Всё! Хотите поцеловать замок? Пожалуйста, приезжайте поцелуйте. Мы на эту тему не разговариваем.

Нам не с кем вести разговор! Потому что мы не видим партнеров! Вы не партнеры. Вы выступаете со стороны и хотите заставить нас подписывать договор с теми, кого вы нам насаждаете. Мы уже и так довольно долго – десятилетия! – находимся в состоянии, которое, в принципе, можно охарактеризовать как позиционная война.

Мы находимся как бы в постоянной войне. Получается: это не партнеры, а это не соседи. Вот в таком состоянии мы находимся. И потому этих мы не будем слушать, а от тех будем отгораживаться.

И вот это наша, к сожалению, судьба до тех пор, пока мы не изменимся. Пока мы не изменим себя в соответствии с высшими законами, не станем одним добрым народом для самих себя! Пока мы не придем к тому, чтобы "коль Исраэль хаверим", чтобы мы стали друзьями, товарищами, близкими друг к другу – все-все евреи.

Вопрос: И это будет транслироваться на наших соседей?

Ответ: Нет, мы никого не заставляем. Мы таким образом хотим сами существовать. Дайте нам сначала построить себя как народ, внутри которого все существует по принципу добра, взаимного добра.

И пока мы это строим, мы будем ограничены. А затем посмотрим. Если захотите примкнуть к нам по такому же принципу – нет никаких проблем.

Реплика:  То есть вы говорите так: зерном всего будут добрые, теплые отношения братьев, сестер… Это будет народ Израиля. Вот таким он должен быть. И только тогда, если захотят, соседи станут соседями, а потом вообще примкнут. Мир станет…

Ответ: "Всё вокруг – Иерусалим", что называется. Иерусалим становится столицей мира. Об этом говорится: если таким становится народ, тогда Иерусалим светит на весь мир.

Надо чтобы все эти государства красивые поняли и согласились.

Реплика: И чтобы мы еще согласились.

Ответ: Да. А они это делают для того, чтобы откачать себе какие-то миллиарды. Создать еще десятки комиссий, красиво за ними укрыться и пилить.

Вопрос: Они это делают для того, чтоб самим зарабатывать на этом дивиденды и деньги?

Ответ: Только! Это же обычные нормативные эгоисты.