Эта точка называется "Храм", и чтобы установить в ней наше правильное отношение к Творцу, нам приходится пройти всю долгую историю развития. Только тогда мы придем к слиянию с Ним, когда наши устремления, намерения будут только к Нему. Нужно пройти через много преград, чтобы выяснить, что мы сами ничего не делаем, а все делает Творец, и плохое, и хорошее.

Нам же надо лишь признать, что все приходит от Творца. И поскольку все направлено на эту точку связи, точку слияния, то нет зла, а есть лишь добро, ведь все включается в слияние. На этой центральной точке концентрируется вся внутренняя работа человека. Все мироздание, все течение нашего мира направлено так, чтобы нести человека к центру этого строения, которое называется "душа", к точке связи с Творцом. 

* * *

Внешняя эгоистическая оболочка (клипа), которая называется "змеиная кожа" (мишха дэ-хивия) – самая грубая из всех. Она заставляет меня думать, что я сам хозяин своих действий, и вся моя жизнь – это следствие моих решений.

Очевидно, что это заблуждение. Человек повторяет эту ошибку снова и снова, и она уводит его с пути. Вместо того, чтобы подниматься над помехами и прилепляться к Творцу как к хозяину всех действий, я начинаю грызть себя и сожалеть о своих плохих поступках, будто что-то зависело от меня.

Клипа нужна для нашего исправления. Продвигаясь, человек прилепляется к внутреннему, святому желанию, переводя все больше свойств под его власть. Так внутреннее желание растет и набирает силу. Но при этом клипа все время снова восстает, становясь все сильнее. И каждый раз надо решить, что все это устраивает Творец, а потому нужно смириться и принять происходящее.

Невозможно сбежать от жизни! Ведь все приходит от единственной высшей силы. И хотя я страдаю и не доволен, но это Творец проводит меня через все состояния. От меня же требуется отмениться и принять все как добро. Мне нужно исправить только намерение.

Быть выше всего происходящего – значит, прилепиться к внутреннему желанию. Иногда человек стыдится своего прошлого, сожалеет о нем, но это клипа, змей. Это змей уверяет меня, что я виноват, как будто у меня есть какая-то независимость, свобода в действиях, и я сам вершу свою судьбу, а не Творец.

Центр десятки, которого мы хотим достичь, это действительно центральная точка. Это не просто точка соединения, а точка единства. Эта цель не одноцветная, она включает в себя весь калейдоскоп: все клипот и всю святость.

Если я не выясняю клипот и не присоединяю к этой точке с обратной стороны, то она не сможет существовать. Это центральная точка всех свойств, "за" и "против", только правильно организованных. Ведь я все отношу к "нет никого кроме Творца – доброго и творящего добро".

* * *

Стремясь проникнуть в центральную точку всей своей жизни, всех усилий, мы встречаемся там с Творцом. Это место, с которого начинается Шхина. Мы раскрываем в нем "поле, благословенное Творцом", ту область, в которой мы способны соединиться, поскольку там находится Творец, помогающий нам. Это вход для стучащихся к Нему, дверь в единство.

Там, в центре десятки, нам раскроется внутренняя работа каждого и внешняя работа между нами, о которой сказано: "да поможет человек ближнему".

Два эти типа работы противоположны друг другу: либо я сосредоточен внутри себя и выясняю свои состояния, либо я с товарищами. Мне трудно соединить одно с другим. Но надо совместить две эти противоположности вместе, ведь в духовном между ними нет различия – это одна и та же точка.

Если же это не духовное, то они не встречаются в одной точке, и есть личная работа сама по себе и внешнее соединение.

* * *

Обычно человек начинает сожалеть о своих прошлых поступках. Но нужно понять, что все происходит по высшему управлению, нет никого кроме Него. Поэтому от меня ничего не зависело из того, что было вплоть до этого мгновения.

А от него и далее – все зависит от меня! Ведь у меня уже есть группа, десятка, учитель, методика, и я должен подняться до состояния, что все происходящее организовано Творцом. Я уже изначально включаюсь в этот принцип, отменяя свое "я" и желая идти верой выше знания.

* * *

Все происходящее приходит свыше, и единственный способ что-то изменить – это включиться в группу и с ее помощью согласиться с тем, что посылает мне Творец. А если я грызу себя за то, что случилось в жизни, то это недостаток веры, отсутствие даже минимального контакта с Творцом.

Мне сейчас очень плохо, но я должен включиться в это понятие "нет никого кроме Него", и отпустить вожжи, позволив своей лошади везти меня туда, куда надо. Мне не важно куда, я даю ей свободу, ведь это ангел! Пусть жизнь ведет меня туда, куда ведет.

После всех моих попыток действовать правильно, я оборачиваюсь назад и обнаруживаю, что же я наделал… И зачем я так жил? И это самый гнусный эгоизм, ведь этим я пытаюсь поставить себя в центр мироздания, как будто сам руковожу жизнью.

* * *

Мы обязаны ощущать боль, ведь как иначе? Если я засуну руку в огонь и не почувствую боли, то рука сгорит. Но мне больно, и я выдергиваю руку из огня. Получается, что страдание проводит меня по жизни. А потому стыд, который мы ощущаем в своем эгоизме, это огромная помощь.

Прежде всего, надо над ним подняться. Я не стыжусь того, что со мной произошло, ведь вся моя жизнь на сто процентов управляется свыше. Но я не просто устраняюсь, а стараюсь прилепиться к "нет никого кроме Него".

* * *

Каждый из десяти товарищей работает, чтобы увидеть, что "нет никого кроме Творца". И это место нашей встречи в десятке, в той точке, где мы стараемся отменить себя для того, чтобы соединиться между собой и в этом соединении достичь такого единства, которое называется "Творец".

* * *

В первый момент, когда что-то случается, мы всегда воспринимаем это как внешнюю помеху, которая неизвестно откуда пришла, и разумеется не связываем ее с Творцом. Каждая возникающая ситуация – это раскрытие нового разбитого решимо, а потому там нет Творца, нет высшей силы.

Человек никогда не начинает со слияния с высшей силой – наоборот, он закорочен на случае, на самом решимо от разбиения. А дальше уже зависит от окружения и его подготовки, насколько быстро он сможет достичь правильного восприятия.

Он теряет связь с Творцом, как будто теряет сознание. Это раскрытие новой информационной записи, и поскольку все они исходят из разбиения, то разумеется там не будет Творца. Поэтому все зависит от подготовки, насколько быстро я смогу рассеять змеиные мысли, о том, что все зависит только от меня и от других людей этого мира.

В нашем мире мы заключаем медицинскую страховку на случай внезапной болезни или происшествия. Вот так же надо застраховать себя относительно духовного падения, чтобы меня возвратили к духовной жизни.

Тут может помочь только группа, других средств нет. Творец не станет меня страховать, но с товарищами я могу договориться. Пока мы находимся в этом мире, мы обязаны сделать в нем приготовления и застраховать душу так же, как страхуем тело, чтобы, когда меня собьет помехами, мне помогли быстрее вернуться к цели, к работе.

Я обязан заключить такую страховку души в группе, потому что вся моя работа состоит в том, чтобы достичь центра десятки. Поэтому я готовлю связи со всеми девятью товарищами, чтобы упав на их руки, с их помощью приблизиться к центру десятки. И так каждый падает на руки остальных.

А потом я увижу, что нет другого способа приблизиться к центру десятки, как только с помощью товарищей. И для этого мне не надо попадать в аварии, я заранее знаю, что все время нахожусь в разбитом состоянии из-за решимот, приходящих от аварии, от разбиения Адама Ришон.

И потому мне ясно, что можно надеяться только на руки товарищей и надо укрепить связь с ними. Я помогу им, а они мне, и так мы очень быстро приблизимся к центральной точке между нами.

Интегральная точка, соединяющая нас всех, называется центром десятки. Если мы все настроены так и ради того, чтобы доставить удовольствие Творцу, то даже эгоизм поддерживает это, ведь Творец – это наша общая цель.

Эгоизм будет доказывать мне, что я прав, понимая и чувствуя больше других. И это будет ошибкой, ведь гордыня унижает человека. Но на самом деле невозможно избежать ошибок.

Сказано: "Прямы пути Творца", и одни ошибаются больше, другие меньше, но "нет праведника, который сделал бы доброе дело и не прегрешил". Место души в системе Адама Ришон уже определяет, насколько и в чем каждый ошибется. И с этим тоже необходимо смириться и принять так, как есть.

В конечном итоге я должен быть направлен через учителя и группу на Творца: поменьше воевать с самим собой, со своим эгоизмом и путаницей, а больше прилепиться к учителю и группе. Это самое эффективное. Борясь с самим собой, я воюю с призраками. А прилепляясь к учителю и группе, я рассеиваю все эти иллюзии, будто мне надо что-то самому в себе исправить. Не надо ничего исправлять, все исправится объединением.

* * *

Невозможно продвигаться, если не падаешь и не поднимаешься. Продвинулся на шаг и упал, чтобы снова раскаяться и вернуться. Только в такой форме идет движение. После доброго дела всегда происходит падение, как следствие. Поэтому после большого, сильного конгресса сейчас идут выяснения, путаница, споры, и это естественно, это процесс исцеления.

* * *

Зачем нужен весь этот мир, семья, работа, ежедневные обязанности, если единственное, что может помочь нам в духовном постижении – это самоотмена перед учителем и товарищами? Мы этого не знаем, но так мы ощущаем внутри своего желания, будто существуем в этом мире, между миллиардов людей, а также в окружении группы товарищей, в сопровождении учителя.

Все это рисует мне Творец, и я обязан использовать эту картину правильно: расставить все по местам и сбалансировать, чтобы внутри этого действовать.

Если я действую правильно, то в итоге пойму, почему так чувствовал себя, будто нахожусь в материальном теле и в материальном мире, среди других людей и с учителем. Когда все прояснится, я обнаружу себя совсем в другом состоянии, и тогда пойму, почему это высокое духовное состояние сначала проявлялось мне в таком материальном виде, где было много якобы ненужных вещей.

Это то, что дает мне сегодня Творец, и поэтому я обязан серьезно относиться ко всему, что получаю. На самом деле я сейчас вижу духовную систему, но она так рисуется в моем материальном желании, в эгоистическом восприятии. Я не критикую происходящее, свои чувства и понимание, а просто стараюсь как можно точнее направить себя на Творца.

Лучше всего не распыляться на выяснения, зачем существует все вокруг и почему, а с максимальной скоростью идти к цели, к слиянию с Творцом. А после того, как я сольюсь с этой силой отдачи, объединения и любви, я смогу постепенно присоединить к этому слиянию весь мир.

Но если речь идет о подлинной науке каббала, то есть о передаче духовной мудрости, то она возможна только при передаче учителем ученику или группе учеников. Здесь необходимо сформировать особый сосуд (кли), инструмент для получения духовного послания, переданного из более высокого источника в более низкий.

Это не означает, что ученик обязан быть меньше учителя в своем духовном постижении. Примером тому служит Ари, поднявшийся выше предшествовавших ему каббалистов. Не обязательно, чтобы каждый следующий по очереди в этой цепочке был ниже предыдущих. Имеется в виду лишь передача этого знания, но его раскрытие в каждом каббалисте соответствует корню его души и приложенным им усилиям.

Эта нить передачи мудрости каббалы протянулась от Адама Ришон через других каббалистов, и каждый, кто хочет стать каббалистом, то есть получить постижение, должен связаться с учителем.

Он не способен оценить, насколько высоко постижение учителя, да это и не важно. Если эта нить так спустилась и раскрылось ему, то он обязан как можно крепче привязать себя к источнику, к учителю и постараться получить мудрость каббалы из этого источника.

Самое важное в каббале: у кого ты учился? Это первый вопрос: кто твой учитель? Главная забота ученика – выяснить, учусь ли я тому, чему меня учат? То есть он должен быть как можно ближе к тому посланию, которое хочет передать ему учитель, чтобы связаться с учителем и через него со всей цепочкой, протянувшейся до Адама Ришон.

Если я хочу почувствовать связь с Творцом, то должен обрести хотя бы самое небольшое подобное Ему свойство отдачи. А как это сделать? Мне нужно сконцентрировать все свои усилия на соединении в десятке и с ее помощью максимально сжать себя, словно в диафрагме фотокамеры.

Если проецировать луч света на экран через небольшое отверстие, то можно получить резкое изображение, причем в перевернутом виде. По такому принципу работала камера-обскура, послужившая прототипом первых фотоаппаратов.

Чем меньше диаметр отверстия, тем резче картина. Это отверстие и есть десятка. Проводя себя через десятку, я вместо этого мира начинаю видеть очертания будущего мира. Вот такой объектив, фокусирующий вместе все лучи света, нам надо построить в десятке.

Мне необходима линза, которая сфокусирует мое зрение, ведь я внутри разобщен, раздроблен и состою из десяти свойств, АВАЯ. Если же я упорядочиваю свои свойства, то становлюсь частью системы и начинаю чувствовать то, что вне меня.

С материальной фотокамерой мы видим реальную картину и ее фотоснимок. Но в духовном мы не видим самого объекта, пока не построим объектив, то есть группу. Если у меня есть духовный объектив, десятка, в которую я включаюсь как малхут в девять первых сфирот, то через товарищей я получаю знание и ощущение Творца и начинаю видеть духовный мир.

Что же я вижу: товарищей или Творца? Я вижу Творца в товарищах! Товарищи – это объектив, в котором я увижу Творца. У Творца нет образа, имени, никакого выражения, кроме того, что можно почувствовать через десятку. Десятка – это десять сфирот, мой родной дом, моя жизнь, моя душа. Отменяя себя по отношению к товарищам, я могу быть уверен, что отменил себя относительно Творца.

У Творца нет ни образа, ни цвета, ни запаха, никаких форм, воспринимаемых нашими органами чувств: зрением, слухом, вкусом, обонянием, осязанием. Эта сила раскрывается только в соответствии с нашей способностью соединиться между собой. Мы проявляем Творца словно фотографию. Поэтому нам надо построить основу, на которой можно Его раскрыть.

Так магнитное поле можно обнаружить только при наличии намагниченной стрелки, которая начинает поворачиваться, показывая присутствие некой силы. Стрелка указывает, в каком направлении действует силовое поле.

Поскольку мы не знаем Творца, то нам необходим прибор, компас для Его раскрытия, а это и есть десятка. Все детекторы для обнаружения явлений обязаны быть в чем-то подобны этим явлениям. Поэтому для обнаружения магнитного поля нужен магнит, а для духовного поля – десятка. Если я отменяю себя перед десяткой и служу ей, то поворачиваю ее как стрелку компаса и раскрываю связь с Творцом.

Чем более сплочена группа в направлении цели творения и Творца, тем больше она фокусирует Творца и дает раскрыть и увидеть Его. В сущности, она раскрывает не Творца, а свои свойства выше эгоизма, выше знания, и так проявляет в себе образ Творца, становясь прибором для Его раскрытия.

Я должен сплотить нас вместе в самый тесный круг, в крохотное отверстие, через которое увижу Творца, как сквозь фокусирующую линзу. Я фокусирую вместе все девять свойств товарищей относительно себя в одно, сжимаю все девять явлений в одно понятие, отменяя своим желанием разделяющий их эгоизм, и в такой форме вижу результат: начинаю различать Творца. Получается, что я создаю Его.

На эту нить мне потом нужно будет нанизать группу, центр десятки, все системы, с помощью которых я связываю себя с Творцом. Я все больше привязываю себя к Творцу через десятку параллельно тому, что делаю в этом мире.  

Устремление – это сила, выходящая из меня в направлении Творца, прямой вектор, мое желание достичь Его кратчайшим путем и прикоснуться к Нему, завязать с Ним связь.

Эта нить потом превратится для меня в лестницу из 125-ти ступеней, внутри которых я буду жить и раскрывать духовные парцуфим и миры, возможность помогать и развивать связь с Творцом количественно и качественно, расширяя канал связи.

Группа должна создать внутри себя такую атмосферу, чтобы все находились в таком стремлении. И тогда я буду вспоминать и возвращаться к этой работе из любого состояния, пока она не войдет в привычку. Это необходимое упражнение, направленное прямо на цель – построение канала связи.

Помехи, сбивающие меня с пути, добавляют мне эгоизма. И возвращаясь обратно вместе с этой силой, я все прилепляю к этой нити, укрепляя связь.

Ему надо как можно быстрее, всеми силами включиться в группу, чтобы через нее начать получать окружающий свет, который будет его изменять.

Если нам кажется, что все в порядке и нас ничего не беспокоит – тут самое время побеспокоиться.

* * *

В этом мире сильным считается тот, кто идет вперед, не чувствуя тяжелой ноши. Ему на спину взваливают еще десять килограммов – он идет, еще двадцать килограммов – он идет как ни в чем не бывало.  Вот это силач, герой!

Но в духовном все наоборот. Герой – это тот, кто чутко реагирует на каждый грамм, добавленный ему в пути, немедленно обращаясь к Творцу с просьбой, чтобы исправить недостаток уверенности, сил отдачи.

Духовное продвижение совсем в другом – в повышении чувствительности. Творец добавляет нам нагрузку по количеству и качеству, и у нас всегда есть возможность попросить у Него новые силы через окружение и так продвинуться.

Продвижение в пути зависит только от ощущаемых человеком изменений, которые пробуждает в нем Творец. Каждый раз мне нужно понять, в чем моя слабость и как укрепиться, чтобы продолжать. Разумеется, мне не хватает веры, силы отдачи, и поэтому я все больше нуждаюсь в окружении и Творце, чтобы добавить в окружение, через него обратиться к Творцу и так продолжить путь. 

* * *

Каждому нужно проверить, какие изменения произвел в нем конгресс. Один ощущает отторжение, другой притяжение, третий туман в разуме и чувствах. Кто-то не может найти себя в десятке, смотрит на товарищей и не чувствует их, не находит их в своем сердце, как было прежде. Участие в более широкой десятке подействовало на него так, что он перестал ощущать прежнюю связь с товарищами.

Есть множество пост-конгрессных явлений, и нельзя их игнорировать, ожидая, когда вернешься в привычную колею. Нужно проверить, что со мной происходит и почему, как повлиял на меня конгресс. Это очень важно.

Каждый в десятке ощущает себя по-разному, и надо проверить, можем ли мы вернуться к прежнему состоянию или наше новое состояние гораздо яснее, выше, острее.

Ведь мы стали больше ценить связь между нами и понимаем, для чего возвращаемся в свою десятку, чтобы быть вместе. Мы не просто выполняем советы каббалистов, но и сами уже осознаем, что без этого у нас не будет уверенности и силы для продвижения, негде будет почерпнуть силы и неоткуда обратиться к Творцу.

Десятка превращается для нас в духовный источник, родник.  Мы чувствуем, как можем внутри нее стабилизировать себя и возвратиться к исправлениям. Каждый из нас несет особое свойство, как десять сфирот, и потому мы очень разные. Но нас связывает общая работа, общая цель, а потому именно из десяти человек и не меньше, мы можем сформировать совершенное отношение к Творцу.

Десятка превращается в кли, в инструмент, с помощью которого мы можем что-то изменить, повлиять, связаться с более широким или более высоким слоем.  

Из урока на тему "Отягощение сердца – приглашение к подъему", ч.2

Центр десятки – это крохотное игольное ушко, сквозь которое я перехожу в духовный мир. Для этого я должен сократить все свои мысли, все желания, сжав в одну точку, чтобы они провели меня в высший мир через центр десятки.

Произошло расширение, а теперь его надо перевести в сжатие, чтобы наше новое соединение было гораздо мощнее прежнего, с более глубокими внутренними свойствами. Как будто раньше соединялись десять детей, а теперь это уже десять подростков, а потом будут уже десять взрослых мужчин.

Каждый раз достигается новое качество соединения за счет того, что от расширения мы возвращаемся к сжатию. При сжатии мы будто возвращаемся к тому же состоянию, но на более высокой ступени.

Постоянная десятка – это мой щит, любимая соска для младенца, без нее я не существую. В духовном мире моя десятка – это мой паспорт.

* * *

Творец танцует с нами танго: то приближается, то отступает, и требует от меня ответного действия. После того, как Он подсветил мне, а потом отдалился и исчез, я должен приблизиться к тому состоянию, которое было. Это словно дыхание: выдох и вдох.

Так Творец учит меня, чтобы за счет действий в группе я дал Ему место, где можно раскрыться, пригласил Его, потребовал раскрытия. А раскрывшись, Творец наполняет это место и опять исчезает, оставляя его пустым. И тогда я снова должен притягивать Его назад.

Мне нужно добавить в это танго свою страсть, устремление. Всякий раз после того, как Творец исчезает, я должен проверить себя: к чему я собственно стремлюсь, и постараться повысить качество своего стремления к Нему, чтобы мне было важно не мое наполнение, а тот, к кому я устремляюсь.

* * *

Нам нечего дать Творцу, кроме нашего объединения! Творец совершенен и ни в чем не нуждается, не чувствует никакого недостатка. Единственное, что мы можем Ему предложить – это сосуд, кли, в которое Он мог бы облачиться и насладиться тем, что наполняет наше желание.

Поэтому у каждого из нас есть возможность насладить Творца тем, что он подготавливает девять первых сфирот, девять товарищей к раскрытию в них Творца.

Каждый из нас становится Малхут относительно остальных и готовит их к наполнению Творцом. Он дает свое желание, а Творец раскрывается в девяти первых сфирот, в товарищах. В этом и заключается наша работа и наш подарок Творцу: духовный сосуд.  

* * *

Стремление к Творцу формируется долгим путем из эгоистического желания. Я получаю разные удары, а потом чувствую, что они подстроены Творцом, чтобы дать мне понять, что все приходит от Него, и плохое, и хорошее, любая жизненная ситуация. Внутри всех жизненных проблем, "наказаний", раскрывается рука Творца.

Сначала я чувствовал лишь наказания, а потому ощущал боль, страх, отчаяние, стыд. Но вдруг выясняется, что наказания приходят от Творца – а это уже послабление. Ведь есть оправдание и объяснение тому, что происходит: таким путем Творец ведет меня к конечному исправлению. Это уже подслащает суды.

Мне было плохо, когда пришли наказания, но от их подслащения я чувствую себя хорошо. И невозможно получить это приятное ощущение без предварительного страдания. Поэтому я соглашаюсь, пусть будут страхи, тревоги, путаница – только бы потом раскрыть помилование, подслащение. Так мы учим, что связь с Творцом оправдывает любые состояния.

Так строится устремление к Творцу, ведь я вижу, что все преступления покрывает любовь, и хочу почувствовать Творца, понять, полюбить. Мне приятно находиться в устремлении к Нему – это пока эгоистическая форма.

Я чувствую себя хорошо от того, что у меня есть мысли о Творце, устремление к Нему, ведь я знаю, что связь с Ним дает сладость. И уже не только потому, что Он подслащает мне полученное наказание, но даже и без угрозы наказания мне хочется думать о Нем. Это второй этап.

Если я не думаю о Творце хоть мгновение, то мне уже плохо. А если мне не плохо от этого, то я сожалею от чего это так? Ведь это означает отрыв от Творца. Тут человек может проверить себя, насколько ужасным ему представляется оторваться от Творца хоть на миг.

Меняется мое определение добра и зла: зло – это когда я не думаю о Творце, а добро – когда думаю. Я все еще оцениваю по тому, что мне приятно или неприятно, но сама мысль о Творце уже становится вознаграждением.

Я уже не нуждаюсь в предварительном наказании в этом мире для того, чтобы ждать Творца как своего спасителя. Выходит, что я уже перехожу из этого мира к Творцу и говорю, что думать о Нем – это вознаграждение, а не думать – наказание.

Кли, которое Творец может наполнить – это десятка. Добро – это когда Творец раскрывается всей десятке как одному: соединяет всех и раскрывается всем. Дайте Ему работать, Он любит эту работу! Но Он ничего не сделает, пока мы не закажем Ему работу. Мы – хозяева, которые заказывают работу Творца: выясняем места, где мы не связаны, и требуем Творца соединить нас и наполнить. Это подъем МАН, молитва.

Надо быть очень внимательными, ведь возможно, что относительно прошлых падений и отягощения сердца, нынешнее состояние будет казаться нормальным, будто нет никакого падения и тяжести. Однако связан ли я с десяткой? Я этого не чувствую – а это и означает падение.

Думаю ли я о слиянии с Творцом или вообще ни о чем не думаю? Вот такой туман в голове и есть падение. Мою чувствительность перевели в новый диапазон, увеличив в десять раз. И теперь я должен распознать большие подъемы и падения по очень тонким параметрам.

Это уже не упадок настроения или полное отупение, как прежде. Вроде у меня нормальное настроение и способность соображать, не то что раньше, когда я видел все в черном цвете и не мог собрать мысли.

Но сейчас в этом новом желании и в новом уме я должен решить, что у меня нет слияния с Творцом, то есть повысить в себе порог чувствительности чувства и разума, чтобы оперировать более тонкими показателями. И это нужно сделать через силу и путем молитвы, просьбы.

Тогда я действительно поднимусь на новую ступень. Ведь я хочу учитывать детали, которых прежде вообще не замечал, думая, что все в порядке. Но это не порядок, если у меня нет слияния, нет мыслей о Творце и о десятке, нет должной остроты чувств. Притупились ощущения, и мне не стало от этого плохо, но плохо то, что в этом состоянии у меня нет слияния с Творцом в чувстве и в мыслях.

Вот этого я должен требовать и просить, и тогда начну различать темноту, падение по более тонким показателям. Творец будто говорит: "Бери, не беспокойся, все в порядке!" Но я не согласен взять и уйти, я требую от Него близости, а потому ощущаю гораздо большую тьму, чем прежде.

Отягощение сердца не означает, что я чувствую тяжесть, темноту и полное непонимание в разуме и сердце. Оно может выражаться в самых незаметных вещах: просто мне не дают стремления свыше и ждут, чтобы я сам обострил свой разум и чувства и нашел точки связи с Творцом. Отягощением сердца считается уже то, что мне не дают такой связи, и я должен просить ее, требовать, завоевывать силой.

Раньше я попадал в такую тьму, когда не мог подняться с постели, или слышал, что мне говорят, и не понимал ни слова. А сегодня такого нет, я понимаю, о чем идет речь и чувствую. Но у меня нет сильного влечения к слиянию с Творцом, былого устремления, и это для меня тьма. Чувства и разум работают, но пропало стремление, желание – вот она темнота.

Я начинаю определять понятие темноты в более высоких параметрах. Я измеряю темноту не по тому, сколько недополучил от Творца, а насколько не стремлюсь к Нему. Меня волнует только это, а не то, сколько я от Него получу. Мне это не важно, потому что я хочу не получать, а отдавать, стремиться. Это означает новый порог чувствительности в работе Творца, в отношении к Нему.

Я хочу, чтобы мой разум и сердце работали только ради удовольствия Творца. Меня не волнует, что будет в моих келим, а лишь то, что я могу дать Ему из них.

Прежде я считал отягощением сердца потерю желания или понимания. Но сейчас этого нет, вроде все в порядке. Так есть у меня отягощение сердца или нет?

Сказано, что каждый миг происходит падение, если мы способны его разглядеть, ведь постоянно раскрываются новые келим. Сейчас я могу неплохо себя чувствовать, но есть ли во мне устремление к Творцу, желание отдавать Ему через группу, любить? Если нет, то это и называется отягощением сердца.

Это отягощение сердца нового типа, каких прежде не было. Раньше я даже не обращал внимания на такие мелочи, а сейчас от меня требуют именно этого.

То есть подъемы и падения сейчас оцениваются относительно страстного желания, устремления, отдачи Творцу. Относительно него я сейчас должен проверять себя, нахожусь на подъеме или в падении: не по тому, что ощущаю в своих келим, а по своим чувствам в отношении Творца.

Я вдруг обнаруживаю, что у меня нет былого желания, мотивации. Ведь прежде меня подталкивало то, что мне не хватало наполнения, а теперь моей мотивацией должно быть то, что не хватает Творцу.

Как же мне найти в себе такие желания и потребности, чтобы тянуться к Нему, стремиться отдавать и любить в то время, когда я не ощущаю в этом надобности? Решение одно: соединение с десяткой и через нее поднятие молитвы к Творцу.  

Раньше Творец пробуждал темноту, а теперь я сам должен пробудить предрассветную тьму. Это гораздо труднее. Я сам должен позаботиться о своем кли, о желании к Творцу. Прежде я обращался к Нему от того, что мне было плохо. А сейчас вовсе не плохо, как же я обращусь к Нему? Вот здесь и есть место для устремления, молитвы и действия. Это более сложная ситуация, качественно новая ступень.

В результате я начинаю все лучше понимать действия Творца и могу поделить их на этапы, на шаги, отследить причины и следствия. Таким образом я нахожу причинную зависимость, а также повышаю качество своих действий.

Выходит, что я уже воспринимаю это не как отягощение сердца, а как язык, на котором Творец говорит со мной. Во всех подъемах и падениях я начинаю ощущать построение келим и их наполнение, наш разговор с Творцом, меня и Его.

Я начинаю чувствовать десятку как музыкальный инструмент, дающий мне все возможности выразить себя и услышать, почувствовать Творца внутри десятки словно в мелодии, сыгранной на десяти клавишах.

Моя совместная работа с Творцом состоит в том, что в каждый миг я стараюсь восполнить состояние, в котором оказался. Я осознаю, что получил это мгновение от Творца: все ощущение и понимание пришло от Него, а я должен дополнить это до "нет никого кроме Него, доброго и творящего добро".

И я делаю это не примитивно один на один, напрямую от меня к Творцу, а через десятку. Я начинаю чувствовать, как мы с товарищами должны соединиться между собой, чтобы обеспечить правильный ответ Творцу.

Вся десятка соединяется в таком взаимном поручительстве, чтобы восполнить наш общий ответ Творцу. Творец изменяет наши состояния, а каждый из нас должен восполнить себя так, чтобы уравновесить десятку, привести всех к одной мысли, одному намерению вместе доставить удовольствие Творцу.

Поэтому каждый хочет чувствовать каждого и всех вместе, чтобы мы почувствовали, что Творец доволен. Таким путем мы начнем все больше сближаться с Творцом и разговаривать с Ним. Это язык общения с Ним: во всех десяти келим мы почувствуем связь, механизм, позволяющий нам говорить друг с другом. Если мы вместе с товарищами, то слышим Творца и беседуем с Ним.

"Да поможет человек ближнему" – через связь с товарищами мы приходим к тому, что можем передать Творцу нашу мысль, желание и услышать Его голос в нашем общем кли.

Это особое ощущение, когда мы ощущаем нас не просто вместе, а как один. При таком соединении уже возникает эффект резонанса: все частные гармоники соединяются вместе, и не просто дают большую мощность, но переходят в новое качество из-за нашего единства.

* * *

Творец раскрывает нам дополнительную часть разбитой души и хочет, чтобы мы не просто ощутили тьму, свое бессилие и беспомощность, а поняли, что это начало новой ступени, пришедшей от Творца.

Но обычно такое осознание успокаивает человека, и он сдается перед новым состоянием, оправдывая свою слабость и неспособность действовать. Он думает, что все пройдет само собой через день-два, не страшно, можно подождать.

Опыт приводит к тому, что человек привыкает к падениям и соглашается с ними, не стараясь из них выйти. Но именно здесь есть возможность приложить усилия. С одной стороны, надо согласиться с пришедшей тьмой и неприятными ощущениями, радуясь тому, что падение пришло от Творца, управляющего всеми состояниями. Но в то же время, именно во тьме, темными ночами, у нас есть возможность добавить свою работу.

Такие состояния, где мы чувствуем свое бессилие, надо постараться выяснить и сделать рабочими состояниями, чтобы как можно быстрее, через все необходимые действия прийти к единственному эффективному средству: к молитве.

И это молитва не о получении большего света и ощущения, а о возможности порадовать Творца через товарищей. Место, где царит тьма и отупение чувств – это как раз та самая зона, которую нам надо оживить. Там и будет главное место нашей работы.

Если мы научимся такому правильному подходу, то каждый раз сможем уточнять его, добавляя все больше деталей, и тогда поймем, что работать и продвигаться надо именно в темноте, и ночная работа самая благословенная.

Мы будем сами искать возможность работы во тьме, чтобы из темноты генерировать свет. Это будет уже не свет, пришедший от Творца, а свет, который мы ощущаем от возможности работать во тьме, свет веры, поднятый нами свет Хасадим.

Тогда мы поймем, что день и ночь могут прийти от Творца, а могут быть вызваны самим человеком. Ведь человек способен осветить ночь и обратить ее в день, сам пробуждая рассвет! Это другой рассвет, вызванный работой человека, а не просто пришедший сверху.

Поэтому надо искать, как в состояниях тьмы не оторваться от Творца, от "нет никого кроме Него", и от десятки, от святости, чтобы стремиться и искать силу отдачи, Хасадим как единственное наполнение.

И в этом может помочь единственное средство, подготовленное Творцом – группа. И как бы я ни ненавидел товарищей и ни отталкивал из-за своей эгоистической природы, но главное – это не оставлять путь, а продолжать и продолжать годы за годами.

Я соглашаюсь быть в поисках правды, даже если не добьюсь ощутимого результата. Ведь лучше быть на пути к истине, ища правду, чем жить в мире обмана в дурмане смертельного наркотика, внутри иллюзии, созданной Творцом для тех, кто еще не готов обратить ложь в правду.

Во всей реальности есть одна часть, призванная мне помочь – это группа. Влияние окружения – это тот рычаг, которым я могу перевернуть мир. Она кажется нам обременительной и надоевшей, но понемногу через много лет до нас все-таки доходит, что выбора нет: единственное средство изменить свой мир – это изменить себя через группу, склонившись перед ней.

* * *

Европейский конгресс представляет нам разбитое состояние мира в самой внутренней, истинной форме. Конгресс – это та же моя десятка, только в другой резолюции, в зуме, в другом масштабе. Восемьсот товарищей, которые приехали – это и есть моя десятка. Я должен так к ним относиться, ведь каждый из них несет внутри себя часть Творца.

Если я отношусь ко всем, как к одной десятке, то не упущу ничего из своей души, соединяя их вместе и получая от них поддержку, ведь они хотят того же. Выходит, что мы достигаем такой мощности, что нашими общими усилиями можем раскрыть Творца прямо на месте, между нами.

Это первая духовная ступень, первое упражнение, которое нам надо выполнить по принципу "все прегрешения покроет любовь". Откуда же возьмется любовь? От того, что я люблю духовную точку, которая есть в каждом, "часть божественного свыше". Эти точки я соединяю, строя из них образ Творца.

* * *

Я должен видеть тысячу человек как одну свою группу. Это моя десятка, только под увеличительным стеклом, умножающем в сто раз. Все помехи и соединение, которого я хочу достичь – все это в сто раз больше.

Поэтому на европейском конгрессе нужно искать, как над всеми различиями, отторжением, вплоть до ненависти и неприятия других такими, как они есть, связываться с ними только потому, что Творец привел их на встречу со мной и хочет, чтобы мы были вместе.

Творец решил, что мы должны быть вместе, объединиться и любить друг друга. Согласно же всем остальным нашим свойствам мы настолько разные, что никогда даже не приблизились бы друг к другу. В противоположность материальной любви, открытой от сердца к сердцу, а потому такой недолговечной, любовь каббалиста строится поверх ненависти, отдаления, несогласия.

Творец обязывает нас к любви и соединению. Мы должны соединиться, потому что это Он выбрал каждого из нас и свел вместе, приведя к одной Торе, к одной методике, собрав на одном конгрессе, в одной группе, в одной десятке, в одно время, чтобы мы соединились в данных нам условиях. Творец выбирает свой народ с любовью, и потому мы приходим.

Надо проверить, может быть меня тянет к товарищу просто потому, что мне с ним хорошо и приятно? Мне и прежде нравились люди такого типа, и я с ними дружил. Или я никогда не сближался с такими, они совсем не в моем стиле?

Но именно потому, что Творец приводит мне его и дает в товарищи, я принимаю его и заключаю в объятия. При этом я осознаю в каждую секунду связи с ним, что делаю это через силу поверх естественного чувства отторжения. Вот тогда мы находимся в двух линиях и духовно продвигаемся.

Если мы все время помним, что любовь строится поверх отторжения и даже ненависти, то будем правильно относиться к связи между нами и выстраивать ее по-взрослому.

Поэтому на конгрессе, встречая множество людей, я радуюсь тому, что чей-то вид и поведение вызывает во мне негативную реакцию. Мой эгоизм как тонкий сенсор безошибочно распознает качества, которые я никогда не любил.

Но я обязан принять их с радостью и поверх них немедленно завязать связь. Это как раз хорошо, что я связываюсь с человеком не из-за свойств, приятных моему эгоизму, а из-за свойств, полезных на моем пути.

Это Творец привел мне таких товарищей, а потому я выбираю их! И этот выбор надо делать постоянно. Все время будут раскрываться помехи, которые меня радуют, ведь они помогают мне построить подлинную, духовную любовь к товарищам.

* * *

Товарища дает мне Творец, который устроил так, чтобы мы были рядом. И если мы хотим достичь духовной цели, которая нам дороже всей нашей жизни, то обязаны подняться над всеми помехами и быть вместе. Ведь это не наше решение, а Творца – Творец выбрал мне этих товарищей. А потому я должен быть с ними в связи.

Творец будто ставит условие: "Ты хочешь быть со мной? Пожалуйста, ты обязан соединиться с этими людьми, будто ты и они – это один человек. В мере того, как вы станете одним человеком, Я раскроюсь в вас." 

Если я осознаю, что это Творец свыше организовал нам встречу, то воспринимаю товарища как посланника Творца. Сам я ни за что не приблизился бы к такому человеку, мне такие никогда не нравились. Но Творец поставил мне такое условие: если мы сблизимся и над всеми различиями построим между нами связи любви, то Он раскроется внутри этих связей.

Такой расчет надо постоянно производить в разуме, пока он из ума не перейдет в сердце, как сказано: "Понимают сердцем".

* * *

Не надо ждать, что по мере продвижения наши отношения улучшатся – наоборот, они будут становиться все хуже и хуже, чтобы дать нам возможность все больше и больше исправлять разбиение. Самое важное – это преодолеть первую ступень, переход из материального в духовное.

Если я способен при всей своей нелюбви, отторжении и ненависти, поверх всего этого соединиться с товарищем, потому что он послан мне Творцом, значит выполняю условие. Я иду на это ради раскрытия Творца, выходит, что товарищ важен мне как Творец, и так я прихожу к правильному соединению, которое действительно ради отдачи.

* * *

Все, что меня отталкивает в другом человеке, в обычной жизни держало бы меня на расстоянии.

Но в духовной работе, наоборот: я чувствую инстинктивное отторжение, однако понимаю, что Творец предоставил мне такую возможность, чтобы преодолев свое отторжение и сблизившись с товарищами, в связи с ними, поверх неприятия, я ощутил Творца, высшую силу, которая раскрывается именно между двух противоположностей как средняя линия.

* * *

Сближение невозможно без отторжения. Если мы сближаемся без труда, значит эта связь пока на материальном уровне, а не в трех линиях. Духовным называется то, что находится в трех линиях: левой, правой и средней, то есть где есть отторжение за счет эгоизма, против него сближение в правой линии, а посередине раскрывается мой шаг навстречу к Творцу.

* * *

Я вхожу в зал конгресса, и что же я там вижу? Я вижу то, что Творец хочет мне показать: одно лицо, другое. Я чувствую, как внутри меня меняются разные состояния и передо мной сменяются разные люди – все это театр! Так Творец играет со мной, чтобы я построил кли для Его раскрытия.

Все происходящее в мире предназначено для того, чтобы построить кли для раскрытия Творца. "Нет никого кроме Него" – Он один и постановщик, и режиссер. От нас же Он хочет совсем немного: чтобы мы познакомились с Его замыслом и оценили по достоинству.

Высшая часть желания, выполняющая работу Творцу, то есть Исраэль, по сути должна быть самой плохой, самой эгоистичной и противоположной Творцу. Тогда у нее больше шансов почувствовать свою противоположность и необходимость исправления. А другая часть не реагирует на свет и не стремится к нему приблизиться, и в этот спектр входят все "70 народов мира".

Исраэль находится на самой верхушке желания, с самым большим эгоизмом, а потому они более хитрые, умные, испорченные и больше всех остальных народов чувствуют, насколько велико их отличие от высшей силы. Это помогает им добиться больших успехов на земном уровне: относительно денег, славы, знаний.

Получается, что люди, отобранные из всего мироздания словно сливки на молоке или просеянные через сито как самые большие эгоисты, осознающие свое зло, организуются в группу, работающую, чтобы приблизиться к Творцу. Они хотят устранить свою противоположность Творцу и достичь подобия с Ним, а потому превращаются в канал для передачи воздействия Творца всему миру.

Здесь сочетаются две противоположности, как это обычно бывает в духовных законах, и то же самое мы видим в нашем мире. Надо рассматривать это как одну полную систему творения и продвигать ее всю, так как мы живем в эпоху конца исправления, в поколении Машиаха.

Свет, проходящий через Исраэль к народам мира, вытягивает (мошех) все эгоистическое желание к исправлению. А потому мы – все, в ком пробудилось желание раскрыть Творца, обязаны понять свою миссию и свое место, чтобы стать духовным каналом для мира.

Есть разные другие группы, изучающие науку каббала, но здесь идет речь о группе Бней-Барух, предназначение которой в том, чтобы стать духовным передатчиком, способным приблизить общее исправление и доставить этим удовольствие Творцу.