19.01.2012, 15:56 [#66976]
Идолопоклонство
Нам ненавистно раскрытие Творца
Скрытие порождает свет
Свяжи свой быт с Творцом
Все о чем просит он получает
Идолопоклонство
Нам ненавистно раскрытие Творца
Скрытие порождает свет
Свяжи свой быт с Творцом
Все о чем просит он получает
На духовном пути человек проходит этапы скрытия и раскрытия. И даже скрытие – вещь далеко не простая. Кто, собственно, скрыт? Где он был и куда исчез? Ведь скрытие – это часть раскрытия. Если я чувствую, что кто-то скрыт, значит, я знаю его, знаю, кто он такой и каким должен проявиться. В таком случае можно говорить о сокрытии: ведь я уже обладаю определенным пониманием, постижением, ощущением, только противоположным раскрытию.
Как же достичь этого? Прежде всего, я должен понять, что сейчас нахожусь в отрыве, в бессознательном состоянии. Далее я, по-видимому, должен почувствовать, что от меня что-то скрыто. Это уже шаг вперед. Затем я прохожу двойное и одинарное скрытие, за которым следует частичное и полное раскрытие.
Как же пройти эти этапы? Здесь всё зависит от того, как Творец проявляется мне. Отсюда вопрос: посредством чего можно ускорить это Его проявление?
Он хочет раскрыться творению, и мы вроде бы тоже хотим раскрыть Его. Однако затем выясняется, что мы вовсе этого не желаем. Ведь раскрыть Творца – значит раскрыть свойство отдачи, царящее в мире, и стать целиком дающим. Выходит, я сокращаю, утрачиваю себя, совершенно забываю о себе. Мое Я больше не существует – об этом даже подумать невозможно. Так хочу ли я раскрытия Творца?
Здесь мы начинаем понимать, что речь идет об очень непростых, серьезных вещах, и все они кроются в человеке.
По своей природе, мы ненавидим раскрытие Творца. Ведь оно противоположно желанным для нас эгоистическим удовольствиям. Его постепенное проявление представляется мне чем-то ужасным: словно я владею целым миром, и вдруг некое чудовище начинает откусывать от него кусок за куском, не оставляя ничего, пока не проглатывает и меня. Мало того, я еще должен соглашаться с этим, желать и искать этого, умолять об этом…
Отсюда мы видим, что цепочка этих действий не раскрывается нам напрямую – ей предшествует непростой подготовительный процесс. Поначалу меня услаждают раскрытия, приятные, либо неприятные моему эгоизму. А далее я должен обрести чувство, лежащее над эгоизмом, – и тогда увижу противоположную картину, руководствуясь уже не горькими и сладкими ощущениями, а критериями истины и лжи.
Из урока по "Предисловию к Учению Десяти Сфирот"", 19.01.2012
Бааль Сулам, "Предисловие к ТЭС": Когда страдания и муки максимально возрастают, это приводит к двойному скрытию, когда даже обратная сторона Творца невидна…
Человек представляет собой получающее желание. Если он находит силу, чтобы приподняться над своим эгоизмом, то уподобляется по свойствам Творцу. И тогда, в мере этого подобия, Творец раскрывается ему как Добрый и Творящий добро, как Дающий. Ведь и человек, возвысившийся над своим желанием, тоже стал добрым и дающим. Вначале ему раскрывается управление, основанное на вознаграждении и наказании, а затем – вечное управление.
Если же человек неспособен удерживать себя над эгоистическим желанием в подобии Творцу, если у него нет экрана достаточной силы, тогда он не может справиться с возникшим перед ним наслаждением, и оно превращается для него в тьму. Так человек ощущает сокрытие. Это не пустота, не неведение, а именно ощущение чего-то утаенного: там кто-то есть, и я могу различить его по собственным испорченным свойствам. Ведь они противоположны ему, и поэтому я чувствую, что он скрыт.
Таким образом, скрытие – это определенный вид раскрытия. Оно делится на два: двойное и одинарное, но в любом случае речь не идет о полном отрыве, как в нашем случае. Здесь всё зависит от экрана, т.е. от моего упорства в старании держаться над своим эгоистическим желанием, противостоять наслаждениям отдачи и руководствоваться не ими, а самим свойством отдачи. Я должен устремляться к Источнику, к Творцу, не потому что наполняюсь от Него, а вследствие самой Его сути.
Если же приходят такие состояния, с которыми я не могу справиться, тогда я вступаю в скрытие, и оно ведет меня к большим страданиям. Однако страданиям духовным. Ведь и сокрытие относится к духовному восприятию. Речь тут идет не о нашем "бессознательном" мире с его "животными" потребностями, а о страданиях духовных, когда я неспособен доставить удовольствие Творцу. Во мне разверзаются очень большие пустóты, несущие боль, но я знаю, от чего и почему страдаю.
Таким образом, в скрытии мы обнаруживаем сосуды-желания, которые постепенно продвигаются к раскрытию. Нам всегда требуется этот период ожидания в сокрытии, чтобы разобраться в деталях: "Чего и почему мне недостает? Почему я не подобен Творцу? Почему у меня не получается? Что еще я должен сделать? К каким средствам прибегнуть, чтобы достичь успеха?" Я обязан приложить усилия, неприятные с одной стороны и приятные с другой. Всё здесь зависит от силы веры, т.е. от света хасадим, от того, насколько я хочу уподобиться Дающему.
В целом, важно уважать сокрытие и видеть в нем основной и необходимый этап нашего развития. Мы не придем к раскрытию, пока не изучим скрытие во всю его глубину и во всех проявлениях. Сокрытие, ощущение тьмы, ночи – это время построения сосудов. А затем наступает день – раскрытие светов в этих сосудах.
Ведь свет приходит не извне – само сокрытие порождает его из себя. Говоря иначе, я прихожу к такому исправлению, что бывшее скрытие обращается для меня светом. Раньше я ощущал скрытие в своем желании, потому что подчинялся эгоистическому намерению. Затем я начал работать и обретать экраны, пока не обрел желание отдачи. И тотчас я перестаю ощущать сокрытие, сокращение, а вместо этого ощущаю в себе свойство отдачи, становлюсь дающим и наполняюсь наслаждением от подобия Творцу. Это и есть свет. Он пришел ко мне не откуда-то снаружи, а возник во мне – так я ощущаю собственное исправленное свойство.
Из урока по "Предисловию к Учению Десяти Сфирот"", 19.01.2012
Допустим, раньше я хотел что-то украсть и терзался тем, как это сделать: "Почему у меня не выходит? Где научиться мастерству воровства?"
Затем, под воздействием хорошего окружения, я понимаю, что это мое желание дурно. Таким образом, я оказываюсь в состоянии сокрытия – не соглашаюсь с собственным свойством. От меня скрыт мой добрый образ исправленного, хорошего парня. "Как же мне стать человеком? Так чтобы все меня уважали и я сам себя уважал, а не корил сутки напролет…"
Так я двигаюсь вперед, изучая формы сокрытия. И как только я вижу свой совершенный образ, пускай в первом приближении, – мое страстное желание порождает молитву. Хочу я того или нет, эта молитва вырывается из сердца, и я обретаю желанную форму. "Вот оно – я не больше не хочу воровать! Мне ничего не надо…" И я наполняюсь.
Это и есть свет. Пока что – свет хасадим. И пускай он намного ниже света хохмá, однако он предпочтительнее сейчас – ведь у него другое качество: я наслаждаюсь подобием Творцу.
А дальше наступает следующий этап исправления: раз уж я ни в чем не нуждаюсь – может быть, я смогу совершить отдачу другим? И я приступаю к работе. Она подразделяется на несколько частей. Прежде всего, я выясняю, у кого воровал, чтобы вернуть им "долг". Затем обнаруживается, что я воровал у всех…
В целом же, я начинаю наслаждаться тем, что на деле обретаю подобие Дающему, Творцу. Я наполняю всех светом хохма, и это – мера моего соответствия Творцу.
Из урока по "Предисловию к Учению Десяти Сфирот"", 19.01.2012
Вопрос: Почему духовный путь представляется таким мазохистским? Почему нельзя обойтись без опустошенности и страданий?
Ответ: На этом пути я страдаю от любви. Я все время сожалею о том, что лишен подобия Творцу.
Или ты думаешь, что Творец лишает тебя еды, питья, жилья, ночлега, здоровья и т.д.? Нет, речь идет о страданиях людей, которые хотят идти к Нему.
Внезапно мне усиливают эгоистическое желание или наслаждение, что одно и то же, – и я не могу справиться с этим. Тогда я испытываю страдание, и Творец исчезает от меня. Раньше Он был раскрыт, а затем приходят беды: я не справляюсь с Его раскрытием, и Он скрывается.
Это не сравнить со страданиями обычного человека, который, вместо вчерашних десяти тысяч, заработал сегодня всего сотню. И потому нужно понимать язык каббалистов, которые говорят о духовных вещах, а не о материальном уровне. На духовном пути страдание, "наказание" – это скрытие Творца, неспособность совершать отдачу.
Из урока по "Предисловию к Учению Десяти Сфирот"", 19.01.2012
Вопрос: Как подготовиться к конгрессу в пустыне, чтобы, как сказано: "совершенно отменить себя"?
Ответ: Сначала тебе надо разобраться, что это значит: "отменить себя" – перестать существовать? А что тогда останется?
"Я" – это мой разум и чувства, ум и сердце. Если забрать это у меня, то останется лишь животное тело – и что же дальше? Но и мой разум и чувства – тоже не зависят от меня. Я таким родился, получил воспитание, меня вылепили в каком-то виде – разве это я сам? От чего мне тут отказываться – где тут тот "Я", которого мне нужно отменить?
Если ты этого еще не чувствуешь, то тебе нечего отменять. Но если ты собираешься через группу прилепиться к Творцу, как сказано: "от любви к творениям – к любви к Творцу", и открываешь в этом отторжение, ненависть, то именно в этом тебе нужно отменить себя. Это и есть "Я" – раскрывший свою истинную суть, сопротивляющуюся и нежелающую соединения.
Это сила разбиения, скрывающаяся во мне – та самая "запись" (решимо), информация, пришедшая ко мне из разбиения. Когда-то я был связан с остальными, а теперь я пробуждаю эту связь и проверяю – нахожусь в ней или нет? И благодаря ощущению связи или ее отсутствия, своего желания к ней или нежелания, я начинаю прояснять это разбитое "решимо".
Если я выясняю, что стою против всех остальных – это уже первое появление Фараона. Но если ты не приложишь таких усилий, то не раскроешь его. Может быть, ты еще даже не вошел в Египет или находишься там, но пока не закончились твои "семь сытых лет"? И ты пока просто получаешь удовольствие от общих трапез, собраний товарищей, приятного окружения, тебе нравится быть всем вместе и любовь товарищей.
А когда кончаются "семь тучных лет", начинают обнаруживаться проблемы, беды, споры, столкновения – но человек не бежит от этого, а осознает, что все это дается ему специально. И хотя чувствует отторжение, ненависть, пренебрежение к такому обществу, но все же, старается его преодолеть. Тогда наступает такой момент (если он до того не бросает этот путь), когда он начинает ощущать в этом важность, понимает, что нет выбора, и так должно быть.
Так он оказывается прямо против Фараона. И все это внутренняя работа, снаружи она может быть совсем не заметна. Это целый период приложения усилий и осознания, что он ничего не может сделать – ведь это Творец раскрывает ему силу разбиения, о чем сказано: "Пойдем к Фараону, ведь Я ожесточил его сердце".
Творец показывает человеку, насколько тот слаб и не способен выдержать это требование: любить ближнего. Он уже не знает, что еще может сделать, и готов на все, лишь бы достичь братской любви. Он согласен пройти через все "10 египетских казней", перейти Конечное море, принять условие о взаимном соединении и поручительстве, чтобы получить силу света, возвращающего к источнику, называющуюся "Тора" – ради того, чтобы исправить себя и достичь любви к творениям, а через нее прийти к любви к Творцу.
Представляете, какую поддержку и заботу он обязан получить от окружения и свыше, чтобы не сбежать со своим эгоизмом, который каждый раз так укрепляется и наваливается на него. Он должен видеть, что "одно против другого создал Творец": есть лишь "посох и змей" (отдача и эгоизм), и нет ничего посередине – либо одно, либо другое.
Из урока по статье из книги "Шамати", 19.01.2012
Есть условие: "Если оставишь Меня на день – Я оставлю тебя на два дня". Подобно сказанному, что раскрывая одну меру, высший скрывает вдвое больше – ведь это необходимые условия для создания духовного сосуда.
Человеку намеренно дают возможность оступиться, что называется "оставить Творца на день" – и тогда он вынужден работать и исправлять это два дня. То есть он оставляет ту ступень, на которой находился, падает, совершает прегрешение. Но падает он уже на худшую ступень – не на эгоистическую ступень, обратную той отдаче, в которой находился, а еще на ступень ниже – не на минус первый (-1), а на минус второй (-2) этаж. И тогда ему приходится подниматься на +2-й этаж.
А когда он, наконец, доходит до +2 этажа, то падает на минус 3-й - и должен подниматься на +3-й. Так происходит наше продвижение, поэтому нам только на благо такие действия, когда мы падаем и потом вынуждены работать вдвойне.
Главное, не потерять силы, позволяющие выстоять – ведь видишь, что не получаешь никакой награды. И поэтому нам нужно каждый раз пытаться найти для себя все более высокое вознаграждение, все больше оторванное от материальной жизни. Надо научиться оценивать свою награду относительно общей пользы: насколько она может быть такой, что я работаю, а получает – общество.
Я должен постараться, чтобы свет, возвращающий к источнику, приблизил меня к такому отношению - чтобы я получал все больше горючего для работы, от которой получаю не я, а все остальные. Этим и измеряется мое продвижение.
Из урока по статье из книги "Шамати", 18.01.2012
Возможно, человек работает только от того, что получает от этого удовольствие. Скажем, я приезжаю на конгресс, потому что для меня это радостное событие, и мне нравится встреча с товарищами, соединение, музыка, танцы. Я получаю удовольствие от ощущения единства, песен, уроков – от всего.
Спрашивается: а если бы мне все это не доставляло удовольствия, я все равно бы приехал? А если бы я страдал – я был бы там или нет? До какой меры?
Важно ли мне быть вместе с другими, несмотря на то, что я мучаюсь? Или возможно я остаюсь там потому, что мне просто некуда сбежать или мне стыдно перед другими, а в душе я все проклинаю. Или я просто приехал получить удовольствие в такой приятной компании.
А может быть, я чувствую, что это приближает меня к Творцу, и я когда-то смогу достичь раскрытия и заработаю вечность, совершенство, что-то выше этого мира, и потому прилагаю усилия?
Готов ли я стараться ради достижения духовного мира, даже не чувствуя, что он принесет мне награду? Готов ли я поступиться материальным миром ради духовного? Здесь есть очень много расчетов.
Если человек приезжает на конгресс и получает удовольствие – это тоже хорошо. Но нужно ясно понимать, что наслаждаешься. А духовное измеряется способностью оторваться от наслаждения – сделать сокращение, выйти за пределы своих "шкурных интересов".
Поэтому существует условие. Прежде всего, я должен получать огромное наслаждения от соединения с другими, любить их, наслаждаться самим действием. Но я жертвую всем этим наслаждением и готов его не получать.
Допустим, я попадаю в такое падение и не получаю никакого удовольствия от встречи, и даже страдаю, ненавижу группу, товарищей, соединение, песни, танцы, все вокруг. Но я нахожусь в прежнем вдохновении, с тем же отношением, той же мотивацией и горючим, и участвую во всем. Только потому, что этим доставляю удовольствие Творцу – или товарищам.
Сейчас мы ожидаем конгресса в пустыне Арава. Но способны ли мы оценить свое продвижение, чтобы каждый пришел без всяких своих личных расчетов, а сделал только общий расчет на всех вместе.
То есть мне должно быть не важно, что я ощущаю: хорошо мне или плохо. Или мне, наоборот, важно, что мне приятно или неприятно – чтобы подняться над этим ощущением.
Важно, чтобы я ждал от этого конгресса какого-то желанного результата: что мы выйдем вместе, вместе добьемся, вместе достигнем, вместе раскроем! Или может быть, я думаю не обо всех, а о себе одном, а с другими соединяюсь по безвыходности, чтобы помогли мне достичь цели.
А возможно, я могу пожертвовать всем этим будущим миром ради товарищей, чтобы они его раскрыли, а я нет. Так, чтобы я даже про это не знал и не чувствовал, не имея возможности возгордиться.
А может быть, я делаю это ради Творца – но так, чтобы Он не знал, что это я доставил Ему удовольствие, и я сам тоже не хочу это знать.
То есть спрашивается: как нам суметь оторваться от любого собственного интереса? Так, чтобы мы не знали и не имели ничего, кроме возможности приложить усилия, без всякого дополнительного горючего и компенсации, чтобы единственной наградой – было само усилие.
Если мы сможем приблизиться к такому требованию, тогда будет смысл уйти в пустыню…
Из урока по статье из книги "Шамати", 18.01.2012
Вопрос: Люди, требующие социальной справедливости, хотят немедленно получить ответ. Что мы можем им сказать?
Ответ: Невозможно ввести в обществе равенство и справедливое распределение, удовлетворяющее всех, если сначала не выстроить это общество как семью.
Все мы разные, у каждого свои потребности, и каждому полагается своя норма, отличная от других. В таком случае, как же нам угодить всем?
Это возможно только при условии, если всех нас связывают узы любви, которая восполняет мне недостачу от того, что кто-то имеет больше. Человек отрывает от себя что-то и дает другому – скажем, отказывается от своей порции ради сына. Это совсем не то, что заказать ему еще одну порцию. Поступиться чем-то своим приятнее, чем просто дать ему что-нибудь. Ведь этот "кусок пирога" ты восполняешь любовью – наслаждением с совершенно другой ступени, более высоким, более отвлеченным.
Итак, равенство и справедливое распределение могут быть только относительными, т.е. согласованными с реальными различиями людей. Чтобы научиться договариваться "по-семейному", мы должны выстроить между собой правильные взаимоотношения, а для этого требуется интегральное воспитание общества.
Надо объяснять это людям всеми доступными средствами, с помощью клипов, песен, драм… Можно показать, как человек понимает это на собственном горьком опыте. Скажем, он желает всем добра, а в ответ получает презрение.
Он раздает всем тот самый творог, из-за стоимости которого люди вышли на демонстрацию, а через день видит за углом свалку из неиспользованных упаковок.
Тогда он дает каждому по тысяче долларов. Некоторые на радостях покупают себе алкоголь и наркотики, а другим даже этого подарка не хватает до получки, и они предъявляют ему претензии…
Разве могу я облагодетельствовать всех на единый лад? Пускай даже у меня есть неисчерпаемые сокровища, из которых я щедрой рукой рассыпаю подарки для всех. В итоге все передерутся и растерзают друг друга. Человек не может вытерпеть, даже когда он имеет столько же, сколько другие. Ему необходимо, чтобы у других было чего-нибудь капельку меньше.
Раздели щедроты поровну на двоих – и они загрызут друг друга, не в силах вынести этого равенства. Ведь паритет лишает нас ощущения жизни – мы живем лишь на контрасте, на превосходстве друг перед другом. Я готов получить половину зарплаты, если ты получишь еще меньше. Для меня это лучше, чем получить десятикратный оклад, в то время как ты получишь двадцатикратный. Такого я вытерпеть не смогу.
Всё относительно. Так придем ли мы когда-нибудь к равенству? Что это, вообще, такое – социальная справедливость? Как ее отмерять? Ведь сколько людям ни давай, они все равно останутся недовольны. И это мы должны объяснить – если не сразу, то постепенно, шаг за шагом, пока человек не поймет, что искусственное равенство между нами невозможно.
Тогда он задастся вопросом: что делать? И ответ будет прост: подлинное равенство должно доставлять нам удовольствие, и поможет в этом только любовь, взаимное поручительство. А иначе человечество будет погружаться во всё новые и новые беды. Надо, по крайней мере, стремиться к этому, понимать, что это необходимо. Это и есть цель нашего распространения.
Из урока по "Предисловию к Учению Десяти Сфирот"", 18.01.2012
Социальная справедливость возможна только в семье
Вопрос: Что значит, что "решимот включаются в экран"?
Ответ: После первого сокращения (цимцум алеф), главным во всей работе становится экран.
Экран – это моя единственная забота, то место, где я постоянно ощущаю себя. Все остальное, кроме экрана – это другие условия, предназначенные для того, чтобы поддерживать экран, и определяющие его форму, характер, точную направленность.
Моя задача – сконцентрироваться только на экране. Какое мне дело до того, какие во мне возникают желания, какой есть свет, что там происходит в жизни – если было принято решение, что отныне и далее, я всегда стараюсь быть подобным высшему. А подобие с высшим обеспечивает экран.
Все остальные условия, внешние и внутренние, что бы ни случилось – все собирается и концентрируется в одном этом понятии, которое называется "экран" (масах). И я думаю только о нем: как мне сделать самое оптимальное и максимальное действие, из всех возможных, чтобы стать подобным Творцу – в каждом состоянии.
Меня не волнует ни само состояние, которое от меня не зависит, ни то, что я ощущаю внутри – ничего! Мне важно лишь понять, что я получил это от Него, и в этом состоянии, куда меня привели, выполнить такое действие, которое сделает меня подробным Ему. Вот и все!
Пусть это будет самое маленькое состояние (катнут) или самое большое (гадлут), или какое-то посередине между тем и этим – не важно! Ведь это все приходит от Него. Я же все внимание устремляю на экран.
А "решимот, включенные в экран" – это данные, с которыми я работаю. Это информация обо мне самом, о высшем – о предшествующем мне сверху состоянии, о низшем – отовсюду. "Решимот" – это "записи" всех моих впечатлений от всего, что было и будет. Все эти данные собираются в экране, а моя работа – выяснить их, отсортировать в порядке важности и согласно ним действовать, чтобы уподобиться высшему.
Формула проста – оптимум. То есть сделать максимум возможного, выбрав самое лучшее.
Из урока по "Учению Десяти Сфирот"", 18.01.2012
Расчет, который делает из меня человека
Этот мир предоставляет нам возможность получать воодушевление от группы, от товарищей.
Пускай они такие же, как я, и даже хуже меня. Пускай они, как дети, понарошку тянутся к великому, еще ни в чем толком не разбираясь. Свыше им придают импульс, и они приходят в группу с воодушевлением новичков. Ясно, что своих сил у них еще нет, что их продвигают к исправлению.
Однако я, со своей стороны, должен присоединять к их внешним действиям свое намерение: я хочу быть как они, хочу проникнуться таким же деятельным воодушевлением, вместо того чтобы рассудительно предрекать им скорое расхолаживание. Я должен вдохновляться их делами, перенимать от них максимум энергии и впечатлений, включаться в них – и приобщать к этому свое намерение. Я хотел бы гореть, как они, сознавая важность отдачи, пускай даже лишенной всякого отклика, всякого подтверждения, всякой возможности личной выгоды.
Таким образом, приобщая к внешним действиям товарищей свои намерения, я могу подниматься, учиться, получать воздействие от группы. И неважно, на каком уровне она находится, – я всегда могу присоединять к ее делам свое состояние, свои намерения, и так восходить.
Самая простая и надежная проверка – на уроке по Книге Зоар спросить себя: озабочен ли я тем, чтобы это мне помогло? Действительно ли я не хочу ничего, кроме этого? Действительно ли моя тревога столь велика?
Мы вместе уже долгие годы, мы вместе старимся. Так продвигаемся ли мы к этому?
Очень важный момент развития Человека в нас – когда я сижу перед книгой и вижу в ней, в ее воздействии свое единственное спасение. Все прочие источники воздействия я оставил – они уже проверены, и оказалось, что они пусты и сухи. Лишь открывая Книгу Зоар, я чувствую в ней дыхание огромной силы. Однако я словно отделен от этой силы перегородкой и должен произвести некое действие в себе, снять скорлупу с сердца, чтобы Книга оказала на меня свое влияние.
К этой точке мы и должны прийти.
Из урока по Книге Зоар, 18.01.2012
На уроке Зоар: вопросы и ответы, ч.2
Вопрос: Как на уроках по Книге Зоар использовать ту точку единства, которой мы достигли на декабрьском Конгрессе?
Ответ: Точка единства, которой мы достигли, уже исчезла, скрылась, ускользнула из нашего ощущения. И не надо сожалеть об этом, не надо пытаться силой удержать ее. Нужно взять с собой лишь тепло того воодушевления – ведь нам все-таки требуется ощущение надежной основы, мы не можем висеть в пустоте.
Сегодня пора позаботиться о новой точке единства и сплочения. Объединяться – не значит обниматься и держаться за руки. Единство определяется, прежде всего, тем, насколько я способен отключиться от себя. В объединении с другими не должно быть ничего моего – иначе в этом не будет даже доли подлинного сплочения. Я как таковой не могу объединяться с другими – в объединении может участвовать только "анти-я", когда я преобразую себя в противоположность, избавляясь от всего, что у меня есть в разуме и чувстве, от всего, что я знаю.
Итак, первым делом надо отрешиться от своего "Я". Тогда на меня воздействует свет, возвращающий к Источнику, – и с тем, что осталось, я приобщаюсь к состояниям, формируемым моими товарищами. Если так, вместе, мы раскрываем единство между нами, если извлекаем свои точки из сердец, из эгоизма, и с помощью света, возвращающего к Источнику, обращаем их из обратной стороны в лицевую сторону святости, спаиваясь друг с другом, тогда это единство уже достойно слияния с праведниками, с высокими душами. Мы раскрываем свою связь с ними и готовы вверить себя им, чтобы они позаботились о нас. Ведь теперь мы соприкасаемся с ними, а до тех пор никакого контакта не было – они просто говорили с нами на расстоянии.
Тогда-то мы и увидим, как авторы Книги Зоар, Рабаш и Бааль Сулам заботятся о нас и растят нас.
Из урока по Книге Зоар, 17.01.2012
Источник зла
Скрытие и раскрытие
Ты просто тряпка
Воодушевление
Творец не скрывается от нас – Его скрывает наш эгоизм. Нас отделяет от Него противоположная природа. Как же принять форму Творца? Как прийти к Нему, согласно закону подобия свойств? Как раскрыть Его, раскрыть, что Он находится в нас?
Для этого требуются определенные действия. Кто их совершает: мы или Он? По-видимому, здесь нужно сотрудничество. Мы не можем двигаться вперед без высшего света – своими "встрясками" он требует от нас участия, которое называется "свободным выбором". В этом участии и заключается вся наша работа. Ограничений здесь нет, она открыта для всех и осуществляется путем правильной учебы по каббалистическим первоисточникам.
Эти источники могут стать "эликсиром жизни" или "ядом смерти" – всё дело в нашем подходе.
На пути мы проходим этапы скрытия и раскрытия Творца. Скрытие бывает одинарным и двойным, а раскрытие сначала проявляет перед нами управление посредством вознаграждения и наказания, а затем – вечное управление.
По сути, всё зависит от моих желаний. Со стороны Творца нет никаких ограничений, Он не прячется и не раскрывается. Его застилают мои собственные желания, и если я правильно работаю с ними, то постепенно они исправляются и в мере этого исправления раскрывают Творца. Так или иначе, я сам скрываю Его от себя.
Точно так же мы открываем в нашем мире многочисленные явления, которых раньше не замечали: новые виды пищи, новые виды творчества, новые виды животных… Вещи эти существовали и раньше, но не для нас. Однако со временем мы становимся восприимчивее, благодаря чувственному и рассудочному развитию, под воздействием окружения, которое возвышает что-то в наших глазах, пробуждает в нас страсть, властолюбие, тщеславие и заставляет уделять внимание тому, что раньше не имело никакого значения. Все говорят, что это важно, – и я проникаюсь чужим желанием. Этого достаточно, чтобы сломить равнодушие: я раскрываю новые желания и выхожу из сокрытия по отношению к данному явлению.
То же касается науки каббала и Творца – здесь действует тот же простой принцип. Я эгоист, и мне нет дела ни до чего, кроме текущих "животных" запросов. И потому, если мне хочется чего-то более высокого, я должен вступить в соответствующее окружение, которое будет побуждать и направлять меня к великому.
Таким образом, всё зависит от исправления моих желаний. Вначале любое явление для меня не существует, оставаясь в полном сокрытии. Затем я начинаю раскрывать некое желание, устремленное к нему, и сокрытие понемногу ослабляется, пока я не обнаруживаю нечто новое.
На духовном пути я ищу Творца, но не как источник наслаждений, – я хочу раскрыть Его отношение ко мне. Ведь Он желает раскрыться как Добрый и Творящий добро. Дело не в том, чтó я от Него получу, – Ему важно, чтобы я раскрыл, как Он ко мне относится, чтобы я увидел Его абсолютную доброту, и воодушевился, преисполнился этим отношением. Тем самым Он "покупает" меня.
А значит, все четыре этапа скрытия и раскрытия соотносятся именно с неизменным добрым отношением Творца, которое я постепенно раскрываю в соответствии со своими сосудами-желаниями. Раскрывая лучшее отношение с Его стороны, я вижу, что оно существовало и раньше, – только я в своей испорченности не чувствовал, не понимал этого. Соответственно, и сейчас, когда доброе отношение Творца я вижу далеко не во всем, мне нужно делать расчет на скрытие: пускай в тех или иных вещах я не усматриваю доброго отношения, однако, возможно, и здесь оно присутствует. Возможно, это я виноват в том, что не вижу Его доброты.
Из урока по "Предисловию к Учению Десяти Сфирот"", 17.01.2012
