Вопрос: А что это такое? Какое у меня тогда ощущение к другому?

Ответ: Просто нет границ и всё.

Вопрос: То есть у меня нет от него опасения, я от него ничего не требую?

Ответ: Совершенно ни в чем и никак. Допустим, мы живем на одной лестничной площадке, миллион дверей, и все двери открыты. И всё.

Реплика: Когда-то было такое здесь в кибуцах, а еще раньше в деревнях. Двери были открыты, люди ходили.

А сейчас, как вы все время говорите, эго так нас закрутило, что мы не можем.

Ответ: Мы не можем, мы вообще не в состоянии быть близкими друг другу. Эгоизм рос в течение многих-многих лет, сотен и тысяч лет, пока не дошел до такого состояния, что если бы не технологии, воспитание, образование, средства массовой информации, которые нас связывают, как ни говори, то, конечно, мы уже давно съели бы друг друга.

А так мы все-таки как-то понимаем друг друга и подсознательно ощущаем, что будет плохо мне – будет плохо тебе и так далее. Этот расчет идет внутри нас, и поэтому мы не какие-то бездумные, алчные животные, а с хорошим эгоистическим расчетом.

Вопрос: Что должно произойти, чтобы мы решили, что нам нужно потихонечку снимать эти загородки между сердцами?

Ответ: Это должен быть очень серьезный расчет. Допустим, государство поставило бы такую задачу, что каждый гражданин получает, допустим, 1000 долларов в месяц, если он сделает что-нибудь хорошее по связи с другими.

Это регулирование сверху нашего эгоизма. И тогда мы будем соглашаться на какие-то эгоистические уступки.

Хотя это, в принципе, поощрение эгоизма. Но, с другой стороны, это привело бы к некоторому пониманию, насколько доброе отношение может быть и полезным. Поэтому надо покупать народ.

Вопрос: Вы считаете, что платим – и человек делает хорошее дело. В какой-то момент у него произойдет какой-нибудь щелчок, что он скажет: "Не надо мне денег, мне хорошо от этого". Это может быть?

Ответ: К этому придут, конечно. Постепенно придут.

Вопрос: То есть эгоизм нас приводит так или иначе к такому решению?

Ответ: Да, но не к полной отмене эгоизма. Это уже свыше.

Вопрос: То есть границы рано или поздно падут? В этом у вас нет сомнения?

Ответ: Я думаю, что, конечно, не сегодня и не завтра, но – да.

Вопрос: Это когда человек сможет доверять другому и быть открытым другому? Только в этом случае?

Ответ: Но это уже конечное исправление. А мы говорим о том, чтобы люди хотя бы понимали, что не делай плохо другому, потому что будет тебе в ответ.

Вопрос: Скажите, пожалуйста, в таких государствах, которые, допустим, потихоньку будут убирать границы, армия должна существовать?

Ответ: Армия будет существовать до самого конца.

А разве ты можешь быть уверен в другом? Ты в себе не можешь быть уверенным. Армия будет существовать до упора.

Вопрос: А свои деньги будут существовать? Или перейдут на какую-то единую валюту?

Ответ: Это не имеет значения, единая или нет. Это как в Европе.

Вопрос: Но будут существовать деньги в исправленном обществе?

Ответ: Да.

Вопрос: То есть так или иначе высшая сила ведет нас именно к такому миру?

Ответ: Да. Приведет нас к нему.

Вопрос: Что это за слой?

Ответ: Информация о нашем мире, но более глубокая, скрытая внутри природы. Это информация о том, что происходит в самой природе и проявляется в каждом из нас и в связях между нами. Этот источник будет нам очень интересен.

Все остальное – то, что мы и сейчас ищем, – это только неосознанная связь с этим же источником. Другого человеку не надо. Именно это он все время хочет найти.

Вопрос: Это логично. То есть решения нет вокруг, в товарищах, вообще вокруг здесь, а есть в самой природе. И тем самым я начинаю таким образом потихонечку общаться с природой?

Ответ: Да. Это и есть общение с природой.

Вопрос: То есть в тебе есть решение, так я говорю? Дай мне это решение.

Ответ: Да. Это должно дойти до состояния, которое вынудит человека действительно так обратиться к природе.

Вопрос: И в какой момент природа даст ответы и ответит?

Ответ: Когда человек будет в полном отчаянии, когда ему на самом деле только это необходимо.

Вопрос: Если обобщить все это, нас сейчас именно к этому состоянию и ведут? Мы эту точку не минуем, мы не обойдем ее никак?

Ответ: Никак.

Вопрос: То есть у вас четкое ощущение, что нас именно к этому ведут?

Ответ: Да. Нам только надо понять, почувствовать, что на этой точке базируется внутренний переворот. Он необходим, иначе ты не перейдешь в другое существование.

Вопрос: А скажите, если человек вас услышал, в этот момент каковы его действия? Даже если он начнет механически общаться с природой, как с Творцом.

Ответ: Только лишь укреплять себя в этой парадигме.

Вопрос: Не себя, а Творца?

Ответ: Да! А кто же создал эго?! Так и сказано: "Я создал эгоизм и создал Тору для его исправления". Так что единственное, что у нас есть, – это раскрыть нашу природу как эгоистическую и раскрыть метод исправления нашей природы как Тору.

Вопрос: То есть в том, что мне плохо, и я понимаю, что это от моего эгоизма, в этом я обвиняю Творца, а не себя?

Ответ: Ты можешь обвинять Творца. Но, в принципе, Творец никуда не убегает от этой ответственности. Он говорит: "Я дал вам Тору, для того чтобы вы себя исправили". А для чего Я сделал вас эгоистами, и чтобы вы себя исправили – это вы должны сами изучить и согласиться с тем, что именно такое отношение к миру, как ко злу и возможности исправить мир, находится в ваших руках.

Вопрос: Почему человечеству требуются тысячелетия, чтобы прийти к этой форме?

Ответ: Не желает оно этого. Не желает смотреть в эту сторону.

Вопрос: Оно не желает смотреть в себя? И нужны тысячелетия войн, страданий, крови, всего-всего?

Ответ: Это всё входит в процесс исправления. Это мы считаем всё на дни, часы, недели и так далее, а у Творца есть время.

Вопрос: То есть вы говорите, что нет истории как таковой? Истории не существует?

Ответ: Есть, но всё это все равно потом подключается к общему исправлению.

Вопрос: Значит, это сила, которая накапливается? И именно только для этого одного решения: зло во мне и я должен его исправить?

Ответ: Конечно, а кроме него ничего не надо.

Вопрос: Это потрясающе, конечно! Все историки, археологи занимаются историей, археологией, науки раскапывают, как мы появились. Большой взрыв… А, в принципе, оказывается, что всё складывается в одну точку.

Нужны все эти науки, как вы считаете?

Ответ: Нет. Если бы мы сразу занялись тем, чем надо, исправлением себя и объединением, то нам всего этого не надо было бы.

Вопрос: То есть все знания нам особенно не нужны?

Ответ: Нет. Мы всё узнали бы от самой Природы.

Вопрос: Если так мы идем и будем двигаться так, к какому человечеству мы придем?

Ответ: Нет, это все изменится. Это переходной период.

Кроме того, сейчас идут такие войны, и эти войны еще будут развиваться.

Человечеству нужна четкая определенная цель. Этой цели нет. И поэтому не к чему призывать, не за чем бежать, стремиться и так далее. Так что проблема у человечества в том, что оно потеряло абсолютные ориентиры. Раньше хоть были коммунизм, капитализм, фашизм, и так далее. Были люди, ораторы, идеологи.

А сегодня что? Нет практически ничего. И поэтому человечество находится в таком промежутке, когда его никуда не тянет, его никуда не тянут. И оно все такое, аморфное.

Вопрос: К чему эта аморфность приведет?

Ответ: Эгоизм постоянно растет. И поэтому нам надо подождать, когда он потребует от человека новых целей, новых состояний. Экшен обязательно должен быть: "К чему? Для чего?" Всего этого сегодня нет. Оно должно обрисоваться.

Реплика: Но эгоизм потребует наслаждений настоящих, больших.

Ответ: Эгоизм потребует наполнения.

Вопрос: Что его наполнит? Как вы считаете, что его наполнит в будущем? До этого понятно, какие наполнения у нас были.

Ответ: Сегодня мы тоже говорим о наполнении эгоизма: или захватить кого-то, или что-то сделать кому-то, подсунуть какую-то подлость и так далее. Или критиковать резко, это тоже наполняет эгоизм и свой, и зрителя. Это всё наполнения.

Но эти наполнения будут все более резкими, явными, эгоистическими, антагонистическими: хорошо мне – плохо тебе, и так далее. Сегодня это все относительно как-то заглаживается, находится в промежуточном состоянии развития.

Вопрос: Приведет ли этот поток критики, ненависти к тому, что начнут слышать других, которые говорят о доброй связи, о любви?

Ответ: Я боюсь, что до доброй связи, любви и разговорах о ней не дойдет. Люди начнут пожирать друг друга. Будет такой эгоистический взрыв.

Вопрос: И именно он приведет к какому-то повороту?

Ответ: Я не верю, что так это быстро, сразу же перетечет из одного в другое.

Реплика: Вы все время были бо́льшим оптимистом.

Ответ: Да. Сейчас это все более растекается. Так что не думаю, что мы находимся в состоянии, когда будут происходить резкие смены в обществе, в людях.

Вопрос: Так у вас нет оптимистического прогноза?

Ответ: Нет.

Реплика: Нет? Это нехорошее завершение...

Ответ: Это завершение реальное. Реальное. Я не думаю, что мир находится уже перед осознанием зла.

К этому мы должны прийти. И к тому, чтобы отскочить от него к добру. Этого еще нет. Для этого в обществе должно накопиться очень много всевозможных впечатлений, пониманий того, что происходит сегодня. А этого нет.  

Мир не понимает, что ему надо избавляться от эгоизма, от этой мещанской суеты – у кого что дешевле, лучше, больше и так далее. Ведь чем занимаются государства, чем занимаются люди? Они должны сменить все-таки ценности на более возвышенные. А не к этому идет.

Вопрос: Какие ценности характеризуют следующий шаг человечества?

Ответ: Ответ на вопрос: "Для чего я существую?" То, что я существую – существую, то, что мне надо существовать – надо существовать. А для чего? Вот этот вопрос еще в людях не живет, не проявляется.

Реплика: То есть вы говорите, что хотя бы этот вопрос – и это вопрос переворота…

Ответ: О, если бы этот вопрос был, тогда человечество уже начало бы стонать: "Для чего же мы существуем?!".

Вопрос: То есть это характер народа?

Ответ: А характер народа… У них у каждого есть по 200-300 овец, свой домик, и не один. Свой домик, в котором они живут, и еще пара домиков, которые они сдают туристам. И каждый этот домик оборудован по полной программе, включая сауну под открытым небом, а вокруг снег, и так далее.

Вопрос: Вы считаете, что для такой страны и трехдневная неделя прошла бы?

Ответ: Это неважно. Это не место для экспериментов. Они самодостаточны, они спокойны.

Вопрос: А как вы вообще относитесь к этому эксперименту, о котором все в мире говорят, – четырехдневная рабочая неделя?

Ответ: Как ты хочешь освободить человека от его работы? Чем он будет заниматься?

Я не думаю, что они дадут человечеству то, что вроде бы от них ожидают. Мы должны четко воспитать человека к новому образу жизни. И вообще мы должны это уже начинать делать давно.

Вопрос: К какому образу жизни?

Ответ: Когда у него будет много свободного времени от необходимой работы. А сегодня он забивает это время ненужной работой и загрязняет землю, экологию и так далее.

Нам надо сделать так, чтобы этот человек правильно использовал свое время на самоусовершенствование. Чтобы становился человеком, чтобы изучал, каким образом можно сблизиться с другими людьми, потому что в этом заключается исправление мира.

Это работа. И надо ее так оформить, чтобы она была как работа. А не то, что это три выходных дня, и в них ты делаешь, что хочешь.

Вопрос: То есть от этой работы по сближению с другими человек никогда не свободен? Это постоянная работа? И на предприятии, и дома, и вообще все время?

Ответ: Да. Неважно, где и что.

Вопрос: И ты все время находишься в этой работе сближения друг с другом, добрых отношений?

Ответ: Да.

Вопрос: То есть сказка на самом деле рассказывает о том, что действительно будет? Что добро восторжествует над злом?

Ответ: Обязательно. Иначе ничего бы не начиналось. У всех сказок обязан быть хороший конец, потому что он уже задан изначально.

Вопрос: А сказки с плохим концом – что с ними?

Ответ: Нет такого. Значит, они недосказанные.

Сказку пишут именно с конца. Но конец хороший должен быть в том, чтобы существовала завязка, развязка, кульминация. В общем, всё-всё и обязательно хороший конец. Он задуман уже изначально.

Мой вывод такой: сказка должна начинаться с завязки. Затем должен следовать какой-то показательный процесс. Воспитательный, обвинительный и так далее. Герои должны расходиться и быть недовольны тем, что происходит: этот хотел убить и не получается, этот хотел удрать – не получается, эти хотели пожениться – не получается и так далее.

То есть они не могут во всей этой завязке между собой найти: а кто же ту сказку пишет? Творец! Вот когда они постепенно-постепенно отчаиваются в решениях, каждый по-своему: "Что же делать?", тогда они начинают понимать, что они находятся под высшей волей, и тогда у них начинает все получаться, сближаться. И оказывается, что эта высшая воля, высшая сила – она и приводит их к правильному решению, к хорошему концу. И торжествует добро.

Вопрос: Вы сейчас на самом деле говорили о нашем времени?

Ответ: Именно в наше время начинает проявляться эта высшая сила в разных состояниях, когда у человечества нет другого ответа на вопросы, кроме как сказать, что это высшая сила.

Реплика: И эта недобрая сказка, как кажется человечеству, начинает двигаться…

Ответ: И тогда она будет доброй! Потому что она указывает тебе на наивысшее решение – на Того, кто это зачал, начал развивать и делать, и сейчас должен закончить.

Вопрос: И нас подводят к любви, к счастью?

Ответ: Да!

Это уже высшая психология, которая пока еще нам в обычной жизни неизвестна. Но мы должны будем ее осваивать. Надо будет учиться этому. Это курсы, это объяснения. Это не страшно.

Реплика: Как готовить таких специалистов?

Ответ: А они приходят к нам на занятия, и сами постепенно входят в это дело, и на себе же обучаются.

Реплика: И чего остерегаться?

Ответ: Остерегаться? Не знаю даже. Я не вижу в этом никаких проблем.

В любом случае человек развивает себя, даже если он понимает не совсем верно, не может правильно выполнять какие-то упражнения, задания. Все равно он развивается.

Это все происходит в человеке, для того чтобы раскрыть в нем его природу, состоящую из двух противоположностей. Как и вся природа: приближение и отдаление, плюс – минус, свет – тень, и так далее. Так что нам нечего здесь бояться, испортить мы ничего не можем. Мы только должны прийти и интенсивно заниматься.