10.01.2026, 19:15 [#317029]
Почему, когда люди ссорятся, они кричат, хотя находятся рядом друг с другом? Как научиться понимать друг друга даже без слов?
Почему, когда люди ссорятся, они кричат, хотя находятся рядом друг с другом? Как научиться понимать друг друга даже без слов?
Реплика: Пишет вам врач. "Последнее время наблюдаю, что молодые ребята находятся в сильнейшем стрессе. Стремительно растет спрос на антидепрессанты. Для них рушится привычный мир. Они лишаются работы, спокойной, стабильной жизни, непонятно, что будет завтра.
Я врач, и я вижу, что кроме лекарств мы им ничего предложить не можем. Тренинги уже перестают работать. Мой вопрос к вам, уважаемый Михаэль Лайтман: где они могут взять точку опоры? Куда им дальше двигаться?"
Ответ: Где-то 100 – 200 лет назад люди были не так оторваны от земли: это мой дом, это мои родители, это моя деревня, местечко или что там. Тут есть моя знакомая, на которой я женюсь, дети мои будут расти здесь и так далее. В общем, все было понятно, ясно, просто.
Практически, животная жизнь. Но она не давала человеку такой неуверенности, огромной неуверенности во всем.
Сегодня человека раздувает изнутри вопросами о мироздании, о жизни, о его собственной психологии, поведении. Это на ментальном уровне.
На психологическом уровне он чувствует, что весь мир находится в каком-то непонятном состоянии. Сумятица такая внутренняя у всех: "Куда?! Что?! Зачем?! Для чего?!" Ничего неизвестно! Это время такое, которое вынуждает нас все-таки понять общую картину мира, систему мира. Раньше этого не было. А сегодня есть.
Что будем делать? Пока мы не узна́ем всю картину мира и узна́ем так, чтобы соединиться с ней, понимать ее, возможно даже управлять ею хотя бы в какой-то мере, ничего не будет. Тут просто забыться и заснуть. Поэтому многие и убегают в наркотики и в прочие дела.
Реплика: То есть подавление антидепрессантами, подавление…
Ответ: Даже подавление работой. Я ничего не хочу знать. У меня есть дом, магазин, работа. Я с работы в магазин, из магазина домой, поем, снова за компьютер, что-то там делаю, еду в отпуск.
Счастлив человек, который находит какое-то хобби, что-то строит в компьютере или физически. И всё. И ничего не хочу знать! У него ничего другого не остается. Это будет действительно бегство из тюрьмы нашего мира.
Это такой естественный антидепрессант, которым пользуются многие. Или ударяются во всякие красивые или некрасивые увлечения. Ничего другого человеку нельзя предложить.
И всё это бегство, абсолютно всё! Вплоть до того, что он идет на воровство, на убийство, он идет на все, что угодно. Спорт тут подворачивается, все это только бегство. Что бы ты ни назвал. Великие произведения, еще что-нибудь… Только бегство от одного и того же вопроса: "А зачем?". Когда нет ответа, то любой другой ответ, если я считаю его важным, меня спасает.
Вопрос: Вы сказали: "А зачем?". А зачем я живу? А зачем всё это? Задаваться этим вопросом не стоит. Загонит совсем уже.
Ответ: Конечно. Он гонится за нами, бьет каждый раз сзади, пока мы не очухаемся. Это то, что Бааль Сулам пишет в "Предисловии к Книге Зоар".
Вопрос: Мы должны остановиться и принять этот вопрос на себя?
Ответ: Мы должны в нем разобраться, потому что не зря он возникает в каждом человеке и не дает нам делать ничего другого. Или мы забываемся и занимаемся чем-то, составлением какого-то гербария, или мы должны поднять этот вопрос и решить.
Вопрос: Мы когда-нибудь осмелимся на это? Уже страшновато на всё задать вопрос: "Зачем? Зачем? Зачем?"
Ответ: Это очень хорошо. Тогда у человека каждая минута в жизни будет наполнена высшим смыслом. Постараемся.
Из ТВ программы "Новости с Михаэлем Лайтманом"
Реплика: Когда мать уходит на охоту, няньки стерегут малышей и играют с ними. Отношение к малышам в стае самое нежное. Любой взрослый всегда готов поделиться с ними пищей, поиграть, поучить правилам охоты или субординации. Именно поэтому волчья стая такая сплоченная и эффективная.
То есть это процесс воспитания? Когда все-все, всё общество приходит к заботе не о своих детях!
Скажите, пожалуйста, когда я могу оторваться от своего ребенка? Тут говорится, что я забочусь и о чужом, о другом ребенке, вся стая заботится о нем. В каком случае это возможно?
Ответ: Когда ты понимаешь, что все вы – это одно общее целое. Каббалистические принципы.
Вопрос: Абсолютно! Что без этого я пропаду, да?
Ответ: Да.
Реплика: Вот этот соседский ребенок для меня так же важен, как мой собственный ребенок?
Ответ: Да.
Вопрос: Это выглядит очень нереально для человека. Но это должно быть так, правда?
Ответ: Должно быть так, конечно!
Из ТВ программы "Новости с Михаэлем Лайтманом"
Вопрос: Израильские дети очень шумные, подвижные, можно сказать, гиперактивные. Это относится к определенной ментальности евреев?
Ответ: Евреи – это выходцы из Древнего Вавилона, из единой цивилизации землян, которые поднялись на духовный уровень и потом упали с него. Потому этот подъем и падение сохранились у них в генах. Ничего не сделаешь, они являются самой активной частью человечества во всем: науке, культуре, везде.
Они составляют буквально какие-то 0,01% человечества – и вдруг 50% нобелевских лауреатов, 20-30% музыкантов, 30% художников и так далее. И все из-за того, что они были на духовном уровне, упали с него и занимаются земными делами. Надо было бы им вообще от этого отказаться и посвятить себя только духовной работе. Я надеюсь, что впоследствии так оно и будет. Нам не нужны "эйнштейны" и "революционеры". Нам нужно заниматься духовными революциями, а не земными.
Я думаю, что сейчас всё к этому идет. Общий кризис и вообще все, что сейчас происходит в мире, приведет человечество к духовному возвышению, и тогда эта гиперактивность реализуется в духовные действия.
Просто в евреях она проявляется потому, что они упали с духовного уровня на земной, потеряли духовную составляющую, и она обратилась в земную. А то, что осталось в них при падении от духовного заряда, и является гиперактивной частью.
Поэтому, если ты видишь в любом человеке нашего мира революционера, преобразователя в науке, искусстве, в чем угодно, то покопавшись в его родословной, найдешь, что его корни исходят из племени, некогда находившегося на духовном уровне. Ведь это свойство Бины, свойство отдачи, которое только и может оживлять человечество.
Я не националист и ратую за то, чтобы исправился весь мир. Поэтому методика каббалы, вышедшая из Древнего Вавилона, должна реализоваться везде. Факт, что весь мир – это Малхут. А часть ее, побывавшая на уровне Бины, снова упала в Малхут. Но только от этой части, которая является бывшим народом Израиля, некогда находившемся на духовном уровне, и происходит в нашем мире продвижение.
Поэтому если ты видишь действительно серьезных подвижников, не может быть такого, чтобы у них не было искры, исходящей из постижения Высшего мира и упавшей на наш уровень. Те люди, которые сегодня приходят в каббалу, неважно откуда, – это могут быть южноамериканские индейцы или аборигены, – каким-то образом где-то как-то получили этот духовный вирус.
Из беседы "У меня зазвонил телефон. Дети Израиля, ч.2"
Вопрос: Современные дети совсем не желают слушать старших. Что бы вы делали, если бы ваши ученики были бы такими же непослушными и не хотели вас слушать?
Ответ: А разве я сам не был таким с родителями? Разве я в чем-то слушался их? Они отдали меня в музыкальную школу, я оттуда ушел, причем, с большим скандалом. Они пытались меня запихнуть в мединститут, я и оттуда удрал.
Я все делал по-своему: пошел в один ВУЗ, не понравилось, ушел в другой, закончил его экстерном, уехал в Израиль и нашел для себя занятие – каббалу. Зачем? Почему? Бросил выгодный бизнес и так далее.
С их точки зрения я сделал все, что мог, якобы против них: "Все-таки в семье двое медиков, а сын совершенно другой. Выбрал себе какой-то путь, какого-то восьмидесятилетнего старика, прилепился к нему и всю свою реальную жизнь с тридцати лет посвятил тому, чтобы быть рядом с ним, учиться у него. Чему учиться у восьмидесятилетнего старика-учителя без образования? Изучать какую-то каббалу, чертовщину, мистику".
Представляете, это же был восьмидесятый год. Они смотрели на меня, как на очень странного человека: с образованием, имеющего прекрасный бизнес, возможность развиваться, и вдруг он все это оставил. Для чего? Чтобы изучать неизвестно что. В те годы это казалось совершенно ненормальным.
Я не мог ничего рационально объяснить им на уровне нашего мира. В чем я выигрывал: в деньгах, в здоровье, благоустройстве, в лучшем воспитании для детей, в жизни? Проигрыш абсолютно во всем. Потому никем это не поддерживалось. Когда они спрашивали верующих людей: "Сын занимается каббалой. Как вы считаете, что это такое?" - те отвечали: "Мы вам очень сочувствуем". Поэтому мои родителя были растеряны. Я понимал и очень сочувствовал им.
То есть я был бунтарь не меньше, чем сегодняшняя молодежь.
Мое бунтарство не заключалось в том, что я хожу в крутой ветровке или кепке, или по-особому выбриваю себе голову. Это серьезное внутреннее бунтарство против всего уклада жизни. Это бунтарство, когда ты бросаешь возможность зарабатывать миллионы, жить широко, крутиться по всему миру и так далее.
Реплика: Разногласия отцов и детей – это хорошо известная тема: вечная борьба поколений.
Ответ: Нет, раньше это была борьба большего эгоизма молодого поколения с меньшим эгоизмом предыдущего поколения, когда оно не было согласно с маленькими изменениями, осуществляемыми следующим поколением на том же животном уровне.
А сейчас происходит совсем другое. Сейчас молодое поколение отрицает вообще тот уклад, который был когда-то у предыдущего поколения. Сейчас происходит абсолютная переоценка ценностей. Не тех ценностей, когда вместо телеги мне нужна машина, вместо деревни – город. Полемика в том, что я не хочу жить, если буду жить, как ты.
Из беседы "У меня зазвонил телефон. Дети Израиля, ч.1"
Вопрос: Как можно дать детям правильное направление, если они вообще не хотят тебя слушать?
Ответ: Так тебе кажется, потому что ты не можешь им ничего сказать. Чем ты их убедишь? Своей татуировкой, замочками-примочками? Так это у них тоже есть. Только лишь тем, что выше этого мира. На это они клюнут, а на все остальное – нет.
Посмотри, сколько молодых людей приходят сейчас на лекции, на занятия по каббале, как они к этому тянутся.
Реплика: Но я говорю о маленьких детях, которые растут в нашем сообществе. Мне кажется, что каббала совершенно не интересует их, но они обязаны находиться в этой среде.
Ответ: А ты пойди на их занятия, посмотри, как они рассуждают. Просто они не подходят под твою закостенелую ментальность. Ты для них динозавр, ты не можешь их воспринять. И я не могу.
Но надо понять их. Тут нет никакого другого детектора кроме того, что ребенок в пятнадцать-семнадцать лет остается здесь и не уходит ни в какое другое сообщество. Для него это окружение самое подходящее.
Разве ты видел где-нибудь, чтобы шестнадцатилетние мальчишки сидели рядом со своими отцами, организовывали группы, подобные тем, в которых находятся их отцы? Такое было несколько сот лет назад, когда мы находились на примитивном уровне развития. А сейчас, после перелома, который мы прошли в двадцатом веке, смотри, что происходит.
Но цель уже другая. Там было просто животное подражание родителям: отец кузнец и я буду кузнец, отец колхозник, я – колхозник, и так далее. А сейчас другое. Отец занимается духовным, и я занимаюсь, потому что ничего другого, в принципе, не могу найти. Разве ты удержал бы этих шестнадцатилетних мальчишек рядом, если бы их это не интересовало? Никто не смог бы. Понятно, что он приходит сам и садится рядом с отцом.
Это является для меня четким доказательством, что тот пример, который мы им показываем, и тот материал, который мы им даем, действительно выше всей природы человека.
Реплика: Я вижу на практике, каковы дети в Израиле: полное отсутствие уважения к взрослым, воспитания…
Ответ: Это самое прекрасное, что может быть. И не потому, что я говорю это как израильтянин, а потому что, когда маленький человек не хочет слушать большого, это уже хорошее начало.
Но что значит "не хочет"? У него это идет от природы. Он чувствует себя абсолютно независимым, пренебрегает всеми твоими ценностями, не желает иметь с ними дела. Он хочет раскрыть для себя что-то новое.
Я не говорю о том, что происходит здесь. Честно говоря, я пока не видел такую идеальную картину, но был бы очень рад, если бы молодое поколение абсолютно не слушало старое. И вместе с тем, чтобы у них была возможность анализа: найти для себя ту точку, с которой они смотрят на мир – пристально, пронзительно, проникающе, сквозным зрением. Чтобы они смотрели на цель сквозь всех: где она? Вот тогда они могут правильно использовать все окружающее.
Этого еще нет в воспитании. Но эгоизм, который мы видим в новом поколении, дает надежду на то, что мы к этому приближаемся. И когда они придут к власти в средствах массовой информации, в обществе, то я думаю, что к тому времени мы уже сможем помочь им понять, что каббала – это как раз средство поиска цели жизни и ее реализации.
Из беседы "У меня зазвонил телефон. Дети Израиля, ч.1"
Почему человека надо воспитывать?
Возможно ли заботиться о чужом ребенке, как о своем?
Что делать, если обида на человека не проходит и просто сжигает тебя изнутри?
Вопрос: Сегодня мы смотрим на наш мир, наше человечество, – все кричат. Даже в телевизионных программах. Они сидят на расстоянии метра друг от друга и крик, крик идет. Что нужно сделать людям, человечеству, чтобы крик перешел хотя бы на разговор?
Ответ: Надо, чтобы тот, который сидит напротив меня, взял меня за руку и начал спокойно, вполголоса, даже шепотом убеждать меня в том, что он желает.
Вопрос: А он должен желать что-то для меня в таком случае?
Ответ: Да. Он желает мне что-то рассказать. Чтобы его повествование было именно в таком виде, в таком ключе. Чтобы оно шло от сердца. И чтобы я смог раскрыть свое сердце в ответ. И все переливалось бы из одного сердца в другое.
Реплика: Это вы нам рассказываете идеальную картину, когда сидят и хотят передать тепло друг другу.
Ответ: А мы, зрители, смотрим этот телевизор и радуемся, что все-таки сегодня позвали правильных, нормальных людей. И нам приятно слушать их. Хотя они очень мало говорят, но мы всё понимаем.
Реплика: Это вы говорите об идеальном состоянии, не очень нашего мира. Вы же не смотрите особенно телевизор. Но достаточно посмотреть…
Ответ: Такие передачи я точно не смотрю.
Реплика: Да, это такие шоу, ринги. Идет бой. Недаром там вид спорта сейчас – бить морду. Так вот, здесь то же самое – бьют морду. А ведь все равно человечество этим криком ни к чему не придет?
Ответ: Нет, конечно.
Реплика: То есть каждый докажет свою правоту и…
Ответ: Они не доказывают, они же не слышат друг друга.
Реплика: Да, не слышат, точно.
Ответ: Им главное – когда тот говорит, я говорю. И всё.
Вопрос: Я хочу понять. Все-таки я все время этот практический вопрос задаю: как перейти к разговору? Что надо?
Ответ: Пройдет еще много лет, время должно подействовать. И оно расскажет как бы и одному, и второму собеседнику, или группе людей, что это бесполезно, что не стоит этим заниматься. И у них постепенно пропадет желание участвовать в таких ток-шоу.
И тогда наступит какой-то перелом, что перестанут проводить такие "цирковые представления". Вот так я думаю. А потом уже придет серьезное выражение своих намерений.
Вопрос: То есть вы считаете, что этот бой истощится?
Ответ: Обязан.
Вопрос: А как это – придет сверху?
Ответ: Конечно, сверху. Здесь нет никаких других сомнений вообще.
Вопрос: От нас это не придет, вы считаете?
Ответ: Нет. От нас ничего хорошего прийти не может.
Вопрос: То есть сверху придет: "Молчит. Спокойно"?
Ответ: Да. Давайте посидим и помолчим. Вот такая будет передача.
Вопрос: А что, там уже разочаруются в нас? С чего это вдруг произойдет?
Ответ: Никто сверху не разочаровывается. И кто мы такие, чтобы в нас разочаровываться?
Поэтому мы просто придем к такому виду передачи, что она будет передаваться чувствами. Не словами – чувствами. Надо же нам что-то делать с самими собой.
Из ТВ программы "Новости с Михаэлем Лайтманом"
Вопрос: Власти Китая запретили детям играть в видеоигры дольше трех часов в неделю. Им позволено играть только по одному часу в пятницу, субботу, в воскресенье и в праздничные дни с 8 вечера до 9. Вот так Китай борется с детской зависимостью от видеоигр.
Понятно, что очень многие видеоигры – это вред для детей. Для Китая такая система запрета будет работать. А для мира?
Ответ: Не будет она работать и для Китая в итоге, и для мира. Потому что дети, если им интересно, выдумают и другие какие-то выходы из этого. Так что придется делать какую-то другую игру.
Вопрос: Но как вывести детей из этой зависимости? Они там стреляют, убивают, не выходят из этих игр и так и живут в них.
Ответ: Никак! Пока никак. Я не вижу, чтобы можно было сегодня что-то сделать, и все дети перешли бы куда-то.
Вопрос: Тогда, если можно, дайте совет родителям, которые стонут, плачут, что дети не выходят из этих игр, сидят днями и ночами. Что делать?
Ответ: Общее решение по всему интернету – отключать! Сделать что-нибудь такое, чтобы не больше трех часов можно было находиться на этих сайтах.
Вопрос: То есть вы за запретительные методы?
Ответ: Воспитание всегда основано на кнуте и прянике. Потому что иначе нельзя воспитать человека из маленького зверька.
Воспитание – это когда ты в итоге ему навязываешь, и он постепенно обретает иную шкалу ценностей.
Вопрос: Какую шкалу ценностей он должен обрести? Что бы вы хотели, чтобы обрел маленький человечек?
Ответ: Он должен видеть перед собой задачу. Допустим, в конце недели или даже в конце дня предоставить какую-то работу. Не тяжелую, но которая требует все-таки некоторых усилий, времени, связи, смекалки, то есть всего того, что ты хочешь в нем выработать. И он не может никаким образом ни за какие деньги откупиться или взять это у кого-то. Тогда он обязан будет не сидеть 10 часов в этих играх, а все-таки сделать эту работу.
Вопрос: А вы лично что бы хотели выработать в маленьком человечке?
Ответ: Настоящее воспитание – это пример.
Вопрос: И какие отец и мать должны быть перед ним?
Ответ: У которых есть цель в жизни, и они эту цель серьезно желают достичь. И они каждый день работают над достижением этой цели.
Из ТВ программы "Новости с Михаэлем Лайтманом"
Реплика: Вам пишут: "Уважаемый Михаил Лайтман, я хочу понять, как мне справиться с собой. Я не могу не говорить правду людям. Я чувствую себя плохо, если скрываю. И поэтому постоянно рву отношения. Потому что говорю правду в лицо. Не знаю, что мне делать". Это такой крик души.
Ответ: Это не крик души, это крик эгоизма. Потому что он хочет навязать свое мнение другим. Он считает, что понимает состояние других, их неправильное состояние и их возможное верное состояние, и поэтому он хочет навязать им свое понимание. Это абсолютный эгоизм, который надо в себе просто истреблять.
Кто тебе дает право навязывать свое мнение, свои чувства, вкусы другим?! Они этого от тебя ждут?! Даже если ты думаешь, что этим ты сделаешь лучше, это все равно тебе не дает право приближаться к ним и начинать их наполнять своими рассуждениями, вкусами, целями и так далее.
Реплика: Надо сказать, что очень много таких людей, которые так считают.
Ответ: Это такое воспитание.
Вопрос: А есть вообще такая правда, которую надо говорить человеку?
Ответ: Правда – только в том, чтобы дать человеку свободу воли, и чтобы он выбрал свою правду. И всё. И это самое главное в воспитании детей и в отношениях между взрослыми.
Вопрос: Как это делать?
Ответ: Научить человека методике правильного раскрытия жизни.
Если бы так было, то мы бы все жили прекрасно. Так и будет. Когда-нибудь.
Вопрос: А если у человека есть стопроцентное убеждение, что он прав и просто обязан передать это другому?
Ответ: Тогда он должен заткнуть себя и проглотить себя! Чтобы самому не подавиться собственной правдой!
Какой эгоизм у него! Этот эгоизм даже не дает ему самому ощущать его. Единственное, что человек может сделать, – это просто понять, насколько он эгоист – в том, что обязан наполнить другого своим мнением.
Это ужасно! Об этом сказано очень просто: "Высшая граница мудрости – в молчании".
Вопрос: То есть ты в этот момент лучше молчи?
Ответ: Да.
Из ТВ программы "Новости с Михаэлем Лайтманом"
Вопрос: Маленький мальчик сорвал с дерева две груши, принес домой. Мама спросила: "Можно мне попробовать одну грушу?". Мальчик задумался, а потом взял и надкусил обе. Мама подумала, что сын пожадничал и нужно провести с ним беседу о жадности. А мальчик вдруг протянул ей грушу и сказал: "Обе вкусные, но эта груша намного слаще".
Скажите, пожалуйста, как научиться лучшее передавать другому?
Ответ: У детей это вообще правильное состояние. Потому что для них надкусить, попробовать и потом отдать другому – это естественно… Так же, как маленькие дети вытаскивают изо рта соску и протягивают тебе в знак того, что любят.
Вопрос: Да, это точно! Но тут именно ударение на то, что он отдал маме лучшую грушу. Именно самую сладкую. Вы это и имеете в виду?
Ответ: Да.
Вопрос: Почему мы, взрослея, отдаем другому не самую сладкую грушу?
Ответ: Мы становимся умнее. 🙂 Это ребенок, у него нет еще большого эгоизма, и поэтому он делает это от чистого сердца.
Вопрос: В чем наш ум, наше взросление? Я имею в виду, что взросление наше в том, что мы даем другому не лучшее, а себе оставляем лучшее. Вот это взросление?
Ответ: Конечно.
Вопрос: Почему это происходит?
Ответ: Потому что наш эгоизм обязательно поворачивает все на обратное.
Вопрос: А мы это осознаём?
Ответ: Мы это осознаём. Я помню это даже на себе, что где-то года в два я тоже так поступал – отдавал лучшее. А затем я должен был испортить. Подарили две открытки, сказали, одну из них передать моей двоюродной сестре, кузине. И я не знал, какую передать, потому что они обе были прекрасными, такими цветными, красочными, хорошими. Я должен был в ней что-то сделать – подогнул угол открытки, потер немножко и тогда передал. Я был уже умнее.
Вопрос: Но вы понимали, что сейчас делаете ущерб специально, чтобы спокойно отдать?
Ответ: Чтобы я знал, какую отдать, иначе я не мог из двух выбрать.
Вопрос: И чем дальше, это страшнее?
Ответ: Конечно!
Вопрос: А когда происходит это ощущение: "Что я делаю?! Как так можно?!"
Ответ: Это надо учиться много и на примерах. Это непросто.
Вопрос: Но это приходит к человеку или может так и не прийти?
Ответ: Это зависит от человека.
Реплика: То есть, может, приходит, и он тогда ужасается, что он хочет все время худшее отдать.
Ответ: Да. Ты видишь, я до сего дня помню этот пример.
Вопрос: Это заходит в сердце, оказывается.
Когда человек понимает это, ощущает, что он вот такой и он не хочет жить так, в такой природе, какими должны быть его действия? Вот ощутил я, что я худшее отдаю.
Ответ: Если это уже меняется у человека, и он начинает осознавать, то это уже дорога к исправлению, к самоанализу и так далее. Это уже дело крутое.
Вопрос: То есть я могу внутренне себе сказать, что я уже пошел по какой-то дороге?
Ответ: Наверно, да. Где-то уже подбираешься к самоанализу.
Вопрос: Я помню, вы рассказывали, как вы сидели с учителем, перебирали кофе. И вас это дело просто доставало, что надо перебирать каждое зернышко, каждое зернышко…
И вдруг ваш учитель сказал вам: "А ты думай, что вот это зернышко перебираешь для своего учителя, и из этого зернышка учитель будет пить кофе". А вот это для товарищей, допустим.
Скажите, в этот момент это дает силы? Вы же, в принципе, воспринимали своего учителя практически как отца. Это дает силы человеку?
Ответ: Я, откровенно говоря, в тот момент, мне кажется, этого еще не понял. Но в общем это, конечно, великий пример.
Вопрос: И ваш учитель Рабаш сам так жил?
Ответ: Он так жил. Я помню, когда он мне это говорил, я понял, насколько я вообще не в теме. 🙂
Вопрос: То есть когда человек понимает наконец-то, что он в теме, это значит, что он вышел на какую-то прямую, вышел на путь?
Ответ: Да, хорошо человеку дойти до этого состояния.
Из ТВ программы "Новости с Михаэлем Лайтманом"
