Ответ: Я был под обстрелами во время иракской войны, когда Саддам Хусейн обстреливал территорию Израиля. Наш дом сотрясался, потому что ракеты падали буквально в радиусе нескольких сот метров от него. И это чувствовалось на всех стенах дома. Тогда мои две дочки были еще маленькими. Мы их укладывали спать, а во время тревоги сидели рядом.

Дети, которые это пережили, относились к этому как-то спокойно, потому что они смотрели на родителей.

Я думаю, что такие вещи идут на пользу человеку. Потому что все-таки он переживает определенный стресс и задается вопросами: "Для чего? Зачем? Почему? Как этого избежать? И если нет, то что делать? И все-таки можно ли как-то на это подействовать? Как можно изменить себя, если снаружи ничего нельзя сделать?"

В итоге люди создают в себе дополнительный защитный механизм, когда ты не боишься. Не боишься. То есть ты начинаешь понимать, что то, что случится, это случится, и ты ничего здесь сделать не можешь. Поэтому должен чувствовать и вести себя спокойно, как будто ничего не происходит. Ну, а если произойдет? Так ведь и так, и так произойдет, но зато ты не будешь заранее сходить с ума от страха.

Вопрос: Что меняется внутри человека и позволяет ему расширить свой кругозор, мироощущение, восприятие жизни?

Ответ: Страх. Страх – это великая сила! То есть это жизнь, смерть – и страх посредине. Это великая сила, которая может помочь исправить отношение и к жизни, и к смерти. Потому что я хочу избавиться от него. Я не могу больше жить в страхе. Лучше смерть, чем страх.

Вопрос: Есть ситуация с обстрелами, когда есть жизнь и смерть, и есть страх, – и человек выбирает жизнь, как-то ускоряется в этом. И есть ситуация, когда нет обстрелов, но есть безработица, всеобщая депрессия, страх из-за невозможности существования, жизнь и смерть – и он выбирает смерть. В чем разница?

Ответ: Разница в том, что во втором случае страха на самом деле нет. Когда я сижу под обстрелом, то в следующее мгновение на меня может упасть ракета и все на этом закончится. Сидеть все время и дрожать – это не выход из положения. Я таким образом как бы зарываю себя в землю. Значит, что я должен делать? Я должен прийти к состоянию, когда я нормально живу и существую. Нормально живу и существую!

Вы можете посмотреть, как под обстрелами люди ездят по улицам, нормально действуют. Это только не касается детей – мы заботимся о них. А так практически всё существует как обычно.

Иногда закрывают на один день предприятие и т.д., но, в принципе, ничего страшного не происходит. Потому что человек должен научиться жить "не в страхе умереть", а "в осознании жизни, что он живет". А то, что произойдет, – произойдет. Это очень хорошо. Я лично приветствую такие состояния.

Они дают человеку возможность оценить свои силы, свою жизнь, произвести переоценку ценностей. И в итоге он выходит из этого намного более мудрым, повзрослевшим, и дети в том числе.

Вопрос: Мы видим, что когда есть внешние проявления войны и мира, человек выбирает мир и хочет что-то в нем изменить. А как человеку, когда у него бывают внутренние состояния войны и мира, воспринимать пользу от состояний?

Ответ: Это большая польза, потому что я, переживший такие состояния и всевозможные стрессы, уже имею какую-то силу противостоять им.

Вопрос: Как иммунитет?

Ответ: Конечно.  А что происходит с солдатами в армии?

Помню, я приехал на полигон, и со всех сторон – бум! бум! бум! Говорить даже нельзя! Я спрашиваю у одного: "Что у вас сегодня?" Он говорит: "Это ничего". Я говорю: "Как ничего?! Смотри!". Он отвечает: "Это еще спокойно". На самом деле оказалось, что все спокойно. Для меня это было что-то ужасное. То есть все зависит от того, как человек себя позиционирует.

Ничего мы в нашей жизни сделать не можем! Мы должны действовать, как можем действовать, и всё. А спрятаться где-то под капустный лист и сидеть там – это не жизнь.

Вопрос: А то свойство, которое под воздействием войны проявляется у человека, позволяет жить и действовать на благо других?

Ответ: Да, потому что он понимает, что его жизнь ничего не стоит, она может закончиться в любой момент.

Каким же образом она действительно может быть наполнена смыслом? Если я буду действовать во имя других. И он начинает ощущать, что в таком случае он как бы создает себе безопасность. Если я думаю о других, я не думаю о себе. И тогда я нахожусь как бы в вакууме.

Реплика: Если взять результат, о котором мы сейчас сказали, в любой стране каждый захотел бы находиться в куполе безопасности. Но если взять условия достижения этого результата: война, обстрел… – я думаю, что мало кто захотел бы иметь такие условия.

Ответ: Для этого нужна подготовка. Можно научить человека именно не бояться. Поднимись выше.

Так и на войне мы достигаем таких состояний. А как человек идет на фронт? Как он поднимается в небо, на какие-то операции? А как же еще?! А если я сажусь в свою машину и выезжаю на автостраду – это не война?

Все зависит от навыка. Все зависит от того, как я на это смотрю.

Вопрос: Можно ли без военных условий достичь этого результата – безопасности, когда человек приобретает навык, что лучше заботиться о других, и это его зона безопасности?

Ответ: Да.

Вопрос: Как?

Ответ: Заботьтесь о других. Вы увидите, что при этом вы находитесь в абсолютной безопасности. Никогда не ошибетесь, всегда вам будет хорошо, вас будут ценить, и вы увидите, что значит наполнить себя настоящей жизнью.

Советую! Попробуйте! А потом, в следующий раз, поговорим.

Вопрос: Как это место найти?

Ответ: Это зависит от нас. Мы должны себя таким образом воспитать и понять, что мы нарушаем своей неинтегральностью интегральность природы и вносим в нее отрицательные возмущения.

Вопрос: Если взять историю из Торы, то сначала Моше пришел к фараону и к его волхвам и стал говорить от имени Творца, что он посланник.

С одной стороны, мы видим постепенные уступки фараона, но каждый раз он делал шаг назад, каждый раз он укреплялся и говорил: "Пойдите, помолитесь своему Богу, но все же я не отпущу вас, не уйдете. Оставайтесь здесь".

Эта игра человечества с природой будет проходить по таким же рельсам: "Да-да-да, мы согласны, но нет, все-таки будем по-старому"?

Ответ: В общем-то, конечно, мы, как упрямое человечество, как тот упрямый фараон, будем держаться за свое. Мы, как упрямый, что называется, жестоковыйный еврейский народ, тоже будем держаться за свое.

И единственный, кто работает здесь против фараона и против евреев, – это Творец, высшая сила природы, которая объединяет, желает вести всех к доброму, правильному сочетанию. Тут и возникает конфликт.

В принципе, еврейский народ от фараона недалек, он хочет подчиняться фараону. Это Творец тут устраивает свои козни, а не фараон и не евреи. Евреи готовы жить там нормально, они еще кричат на Моше: "Что ты хочешь от нас?! Смотри, как нам хорошо! Мы никогда так раньше не жили. Фараон нас защищает, оберегает, дает возможность существовать в самом плодородном месте Египта – в земле Гошен. Куда нам рваться?!"

Помню, как в 70-х годах я приехал в Литву, для того чтобы оттуда уехать в Израиль. Оттуда выезжало много людей, а из других частей России нельзя было уехать. Так мне говорили: "Куда ты едешь?! Зачем тебе это надо? Смотри, как ты можешь тут жить!".

Вопрос: Как человеку различить в себе ту часть, которая хочет следовать законам природы, идти за Творцом, показывающем эти чудеса или козни?

Ответ: Есть такие не вполне нормальные люди, как я, которые поднялись и начали уезжать. Я тоже был в отказе. Это так называемая "точка в сердце", которая тянет быть отделенным от всех противников, ненавистников. И вот так рвется на свободу.

Вопрос: Как долго человечеству придется сталкиваться с такими глобальными катастрофами?

Ответ: У нас впереди еще третья и четвертая мировые войны. Так что есть еще время.

Вопрос: Откуда такой внутренний ресурс – не сдаваться?

Ответ: Наш эгоизм! Это же сила природы. Это огромнейшая сила природы. Это вся-вся природа, которую сейчас мы наблюдаем и видим. Все, что мы видим вокруг нас, все галактики, звезды, все огромные бесконечные расстояния – это все на самом деле находится в нас, внутри нас. Это вся наша огромная сила.

Вы понимаете, что значит, что мы на самом деле включаем в себя всю энергию звезд, всю эту космическую якобы пустоту? Со всеми сверхновыми звёздами. Вы представляете, что это за сила?! И это все находится внутри нас. Внутри нас, внутри людей! Мы только видим, что это якобы снаружи, это наше отражение. И это только маленькая часть, которая находится в нас.

А кроме этого, еще целые миры! Духовные миры тоже находятся в нас, внутри нас. Вы не представляете, что такое человек! Когда мы это всё соберем вместе, то обнаружим, что мы – это Творец.

Вопрос: А что нужно собрать вместе?

Ответ: Всю нашу энергию, все наши свойства – всё это собрать вместе так, чтобы сделать нас интегрально взаимосвязанными. И тогда мы получим одну единую систему, которая называется "Адам".

Вопрос: Что делать людям в Африке, которые страдают от нашествия саранчи, в Европе, где ураганы и пожары, в Китае, который сейчас борется с коронавирусом?

Ответ: Подумать о том, как уравновесить природу. Пока на таких маленьких, игрушечных примерах. Все эти потопы – не космических масштабов. Поэтому нам надо понять, что мы можем это делать, как говорится "малой кровью".

Человек – не маленькое существо. Человек – огромное существо! Это динозавр, который хватает и поглощает, и проглатывает звезды, и всю вселенную, и всё! Человек – это самая злая сила природы!

Вопрос: Что им будет двигать? Страх или желание к чему-то большему, лучшему, чем сейчас?

Ответ: Страдания! Мы это видим на всех предыдущих ступенях нашего развития – только страдание гонит человека вперед.

Страдания могут быть двух видов: или страдания, осязаемые животным телом, или страдания, которые мы ощущаем в нашем разуме. То есть когда мы представляем себе, к чему мы идем, и как нам надо всё-таки себя поставить на ноги, повернуть в правильную сторону и идти.

Человек должен понять, что единственное, что действует на него, – это высшая сила природы, которая требует от него правильного взаимодействия со всеми остальными, чтобы он уравновесил все силы природы в действиях между собой и себе подобными.

Вопрос: Если вернуться к картине, которая описывается в Торе: были евреи, был народ Израиля, был фараон, был Творец, были еще жители Египта. С чем себя ассоциировать людям в этой игре?

Ответ: Что делает фараон? К чему он все это ведет? Фараон – это великая сила природы, как бы отрицательная. И он давит евреев, чтобы они согласились собраться вместе и выйти из Египта.

Египет – это эгоизм. Все человечество находится внутри своего эгоизма. Выйти из него, подняться над ним – это и значит выйти из Египта. С помощью всех египетских казней нас вынуждают вырваться из эгоизма.

Самое главное – чтобы мы захотели. Чтобы человечество осознало, что оно должно подняться над эгоизмом. Это значит выйти из Египта.

Вопрос: Что человека переключит или, наоборот, включит, чтобы он сказал: "Да, хочу новые отношения, новый мир"?

Ответ: Есть две силы – это палка и мозги. Там, где палка бьет, мозги тоже надо включать и спрашивать: "Почему бьет?". И тогда каждый раз мы сможем избавляться от следующего удара. Если мы включим голову, начнем видеть наше причинно-следственное развитие и куда это ведет, то мы можем избежать следующих страданий.

Но у нас, кстати говоря, голова работает не в том, чтобы проанализировать и избежать последующих страданий, а в том, чтобы вывернуться! Вывернуться из-под палки и как бы еще немножко просуществовать как мы желаем.

Евреи таким образом сами себе портят. Всю свою исключительность, данную им от природы, для того чтобы выйти из эгоизма и потянуть за собой остальных, они используют для того, чтобы остаться в эгоизме! Еще немножечко протянуть – не так уж плохо в Египте.

Вопрос: Сила природы специально запускает и эгоизм, и вторую силу, которая, соединяет всех. Она это все делает. Что нужно сделать человеку?

Ответ: Выбрать правильный путь и просить Природу (Творца) поддержать его на этом пути. А правильный путь только в том, чтобы объединяться между собой добрыми связями. И тогда Израиль и человечество соединятся и сделают между собой такую систему взаимоотношений, когда в ней проявится Творец.

Ответ: Никак не различишь. Это естественное впечатление у маленького человечка. Он переносит это на других. Он ассоциирует это с внешним видом. Вдруг у тебя родственники в Китае, и ты получила пару дней назад от них какую-то посылку. Люди пугаются, люди боятся. Это смертельно.

Китайское правительство, в общем-то, само создает эти проблемы. Все построено на неизвестности. А у страха глаза велики.

Реплика: Если в мире действительно распространится серьезная эпидемия или другая смертельная опасность, рассчитывать на солидарность особенно не приходится.

Ответ: Конечно, не приходится. Как это люди будут солидарны?! Человек человеку зверь, волк! Какая солидарность?!

Вопрос: Как же самому победить эпидемию?

Ответ: Надо изолировать себя или изолировать этот очаг распространения.

Вопрос: Для чего дана эта эпидемия?

Ответ: Для того чтобы мы серьезно, правильно отнеслись к проблеме взаимодействия людей между собой! Через границы, через все препятствия! Чтобы мы правильно отнеслись ко всем: что не Китай, Вьетнам и Индия, Израиль, Америка и Европа, а все мы – люди!

Мы должны относиться друг к другу как находящиеся вне границ. Потому что границы уже ничего не дают. Они только останавливают наше правильное взаимодействие. Поэтому сегодня делить людей на национальности, на какие-то еще группы невозможно.

Вопрос: Что значит правильное отношение людей?

Ответ: Абсолютно доброе отношение друг к другу, как к одной семье. Мы должны так воспитывать всех. А Китай делает наоборот: "Мы отдельно, мы под небесами, а все остальные под нами".

Вопрос: Как можно болезнь победить добром?

Ответ: В мире есть только две силы – отрицательная и положительная. Отрицательная сила должна быть под положительной силой. Мы должны это сделать. И тогда мы победим болезни. А если нет, то мы будем постоянно бороться со все новыми и новыми вирусами.

Реплика: Болезнь проявляется активно и распространяется в виде эпидемии именно тогда, когда в организме снижен иммунитет, т.е. защитная система организма, которая держит все в балансе.

Ответ: Так вот нет баланса. Это и есть болезнь. Любая болезнь – это нарушение баланса.

Вопрос: Как должны поступать китайцы относительно других наций, стран и страны относительно Китая в сложившейся ситуации?

Ответ: Мы пришли к такому состоянию человечества, когда мы, огромные эгоисты, замыкаем себя в своих границах, ставим всевозможные препоны, препятствия на взаимодействие между собой. И в итоге мы должны за это расплачиваться.

Так что, никуда мы не денемся, мы должны уничтожить все границы. Но это невозможно без того, чтобы мы воспитывали население в добром духе друг к другу как одно единое человечество на одной, единой, маленькой, несчастной Земле. Если мы будем это делать, то все будет хорошо. А если нет, то нам, конечно, все равно будет конец. Какая разница – коронавирус или еще что-то?

Реплика: Многие аналитики говорят, что данная эпидемия может быть лишь маленькой репетицией к какому-то смертельному вирусу, который охватит всю Землю.

Ответ: Конечно. Сейчас мы вызываем таяние ледников, от чего всевозможные замерзшие бактерии начинают пробуждаться из вечной мерзлоты. Они будут летать в воздухе, и ты не будешь знать, что с ними делать. Потому что у нас нет с ними никакого контакта, у нас нет против них никаких антидотов.   

Вопрос: Все эти вирусы даны для того, чтобы уменьшить количество людей?

Ответ: Нет, не уменьшить. Эти вирусы даны, потому что мы неправильно взаимодействуем с окружающей природой. Если мы будем взаимодействовать правильно, то тогда на нас ничего не будет вредно воздействовать.

Природа останется в равновесии. Прекратится глобальное потепление. Не будут размораживаться слои вечной мерзлоты. Не будет ураганов, перестанут вдруг полыхать какие-то кратеры. И так далее. То есть мы возбуждаем неравновесие в природе.

Реплика: Карантин – это не новое понятие. Оно идет к нам с XV века и даже со средних веков.

Интересно, что раньше карантин составлял 40 дней. Слово "карантин" идет от итальянского "курантино", что означает 40. Ученые не понимают медицинской необходимости в этих 40 днях и отсылают к Библии, к тем 40 дням, когда люди находились в пустыне.

Ответ: 40 дней – это разница между Малхут и Биной. Поэтому если мы желаем отличить эгоизм от альтруизма, мы должны дать такое расстояние во времени – 40 суток.

Вопрос: А как можно провести эти 40 дней, чтобы произошло внутреннее исцеление?

Ответ: Очень просто. Если я желаю отказаться от своего эгоизма, то я должен быть в изоляции от него 40 дней, и тогда я перерождаюсь.

Вопрос: Что значит быть в изоляции от собственного эгоизма, когда мы даже не понимаем, как влияют на нас вирусы? Ответ: Нам не надо этого понимать, сам вирус – это и есть эгоизм. Если мы не будем пользоваться своим внутренним эгоизмом, то таким образом нейтрализуем все возможные внешние вирусы.

Вопрос: А как им можно не пользоваться?

Ответ: Для этого только лишь – подобное лечится подобным. Если мы хотим вылезти из нашего эгоизма, излечиться от него, то должны заниматься альтруистическими действиями.

Вопрос: Как внедрить духовный карантин, чтобы у людей произошло исцеление? Вообще возможно ли такое?

Ответ: Во-первых, вся проблема в том, желают ли этого люди. Потому что тем временем правительства Восточной и Западной Европы, Южной и Северной Америки, все государства в мире думают: как бы нам обойтись без Китая?

Китай на самом деле находится в очень неудобном состоянии.

Вопрос: Можно ли излечиться от внутренней болезни и, как следствие, от внешней? И в чем разница: когда ты сам себя изолируешь, и когда другие изолируют тебя от себя?

Ответ: Когда тебя изолируют другие, значит с тобой не хотят иметь никакого дела, ты как прокаженный. И это, конечно, плохо, т.к. ведет тебя к состоянию, когда ты превращаешься в отверженного, и тут уже ничего не сделаешь.

Я надеюсь, китайцы поймут, что они должны изменить свою политику. Они не могут все время вести агрессивную политику, ставить мир в такие рамки и использовать его как свой рынок сбыта. В итоге хорошей работы над собой они сделали из своего государства завод по производству всего, что нужно человечеству. Это действительно так.

Но все, чего достигло человечество своим интеллектуальным усилием, китайцы не делали. И поэтому у них отсутствуют все тысячи лет интеллектуального развития человечества, и природа с этим не согласна. Ведь самое главное – это интеллектуальное развитие людей, а в Китае все поставлено только на то, чтобы воспроизводить механически.  

За это будет какой-то расчет со стороны природы. Причем к самому китайскому народу я ничего не имею, и к поведению его правительства у меня тоже нет никаких претензий. Я говорю с точки зрения законов природы.

Реплика: Многие производства вывели в Китай целенаправленно, из-за дороговизны и по другим экономическим причинам.

Ответ: По очень простой причине – дешевая рабочая сила.

Вопрос: Все, чем мы сейчас окружены: меблировка, обстановка, одежда и т.д. в большинстве своем, на 99% – китайское. А сегодня мы лишаемся всего: закрыты границы, многие страны закрывают допуск продуктов, китайских товаров. Кто в итоге больше страдает от этой ситуации – Китай или другие страны?

Ответ: Я считаю, что все. Люди хотели наживаться на дешевой китайской силе, передавая туда интеллектуальную собственность. В итоге вот что получилось.

Вопрос: Так кто виноват: те, кто передавали целенаправленно, желая заработать?

Ответ: Виноват эгоизм человечества, который проявляется в каждом: и в рабочем, и в хозяине, во всех. Только эгоизм и виноват. Что надо сделать с ним? Только лишь менять его.

Люди не понимают, что природа сбалансирована, что надо обязательно найти баланс в ней между положительным и отрицательным, и невозможно только делать так, чтобы было хорошо тебе. Невозможно! Мы должны поменять структуру отношения человека к природе, к жизни, к миру, к людям. Иначе будем расплачиваться вирусами.

Вопрос: Как выглядит картина, когда все человечество, и Китай в том числе, занимает свое место и всё находится в балансе?

Ответ: В балансе – это когда у нас один общий Китай на весь мир. Вот и всё. Общий завод, всё вместе, всё совместно. Никуда мы не денемся. Если мы живем в таких границах, то должны эти границы уничтожить.

И тогда во всем мире будет одинаковый уровень жизни, одинаковое отношение к миру, друг к другу и так далее. Но для этого надо воспитывать население.

Не может страна закрыться и сказать: "Всё, мы закрыты, мы поднебесная, и всех вас мы ставим на колени, благодаря своему отношению к нашим товарам". Мы не можем этого сделать. Кончился этот период.

Не просто Китай воюет с Америкой и Америка с Китаем. На самом деле весь мир начинает понимать, что такое отношение этого огромного примитивного эгоизма к миру не идет никому на пользу.

Вопрос: Помогут ли 40 дней карантина Китаю и человечеству, чтобы излечиться от этого внутреннего вируса?

Ответ: 40 дней духовного карантина точно помогут. 40 дней календарного карантина – без сомнения, не помогут ни в чем.

Вопрос: Духовный карантин: что нужно делать каждый день, каждый миг, чтобы потихонечку излечиваться?

Ответ: Заниматься воспитанием людей. Если бы Китай начал внутри себя адаптироваться к правильному соотношению с другими людьми, с человечеством, с природой, тогда можно было бы на что-то надеяться.

Вопрос: У вас есть ученики в Китае. Что бы вы им пожелали?

Ответ: Понять, в чем проблема, что действительно происходит, что же это за вирус на самом деле – не биологический, а духовный. И каким образом мы можем его исправить и направить на правильное взаимодействие с миром.

На самом деле всё это призыв к Китаю войти правильно в семью народов, даже эгоистических, перестать подчинять себе таким образом все человечество. Это то, чему научит нас этот вирус. Не завоевать мир, а быть с ним в каких-то двусторонних, нормальных взаимоотношениях.

Вопрос: А что будет лекарством от этого вируса? Что поможет поступать правильно, в балансе?

Ответ: Осознание того, что мир интегральный. И не может быть где-то хорошо, а где-то плохо.

Этот вирус – расплата за эгоистическое отношение ко всему человечеству.

Вопрос: То есть это называется принятием пришедшей беды?

Ответ: Беда приходит, и ты ничего не можешь с этим поделать. Но все равно инстинкт самосохранения вынуждает тебя в любых обстоятельствах искать что-то положительное. Иначе у тебя нет стимула жить. А стимул жить все-таки самый основной.

Вопрос: А когда человек кончает жизнь самоубийством?

Ответ: Самоубийством жизнь кончают люди, у которых, в принципе, все есть. Есть люди, которые, по сравнению с самоубийцами, действительно несчастны, жутко больны, лишены всего – и они счастливы. Это парадокс!

Вопрос: Действительно, парадоксально. В Европе кончают самоубийством, а в Африке практически их нет.

Какой бы вы дали совет? Когда приходит беда, негативное состояние, как человек должен себя вести?

Ответ: Пригнуть голову, понизить свои требования и искать связь с себе подобными. Тогда человек почувствует, что именно в связи между людьми он находит наполнение и успокоение, и даже смысл, и цель.

Он вдруг начнет понимать, откуда пришло это несчастье, допустим (он думал, что это несчастье), и начнет видеть, что во всем этом несчастье, в самом низком состоянии, когда он просто на земле, и не может поднять голову, он начинает осознавать смысл, что его так направляют.

Что этим ему дают возможность проползти через такую червоточину в другое состояние, в более высокое, более отрешенное от земного, от материального, но и более возвышенное, духовное.

Вопрос: Вы сказали, что это состояние, когда ты начинаешь искать связь с другими людьми?

Ответ: Да. Через них. Или внутри себя может быть. Это уже зависит от происхождения души. Или она должна достигать таких состояний через связь с другими, или индивидуально.

Вопрос: Что человек начинает понимать? Откуда к нему пришла беда и для чего?

Ответ: Он начинает понимать высшее управление. А это открывает ему уже совершенно иное отношение к жизни, к связи с собой, с другими. Он начинает открывать состояния, которые находятся вне животного тела.

Вопрос: То есть вы хотите сказать, что только через боль человек может ухватиться за высшее, за Творца?

Ответ: Только. Смотря как осознавать эту боль. Эта боль одновременно может быть наслаждающей, наполняющей, потому что я знаю, что она отрывает меня, просто соскабливает с этого мира, как ты, допустим, отклеиваешь липкую ленту – вот так меня отрывает, и я прилипаю к совершенно другому миру.

Это известно как симптом "полицейские и воры". Хотя полицейские имеют дело с ворами, но они чувствуют и знают этих воров, они похожи на них. И воры, взаимодействуя с полицейскими, тоже подобны в чем-то полицейским, понимают их.

То есть, хочешь или не хочешь, но ты набираешься как бы вирусов от того, с кем ты взаимодействуешь. Ты становишься в чем-то ему подобным, даже если он твой враг, противник и т.д. И поэтому сопереживания со стороны врачей к пациентам, к больным неизбежны.

Но сколько можно сопереживать?! Сколько лет?! Ведь каждый день – это десятки пациентов. Переходя от койки к койке, от пациента к пациенту, ты включаешься каждый раз во всё новую болезнь, во всё новую проблему. И так изо дня в день. С тебя спрашивают, тебя теребят, на тебя давят. Ты чувствуешь свою ответственность. Пациент болеет – ты виноват, пациент умирает – еще больше виноват, на тебя смотрит вся его семья.

Поэтому врач психологически должен быть как стена! Как, может быть, компьютер, который определяет болезнь, диагноз, анамнез, назначает лекарство и все прочее, – и всё. "Выплевывает" из себя рецепт и пошел. Но нет такого! Все мы люди, и наши желания являются основой нашего организма и самое главное – нашей нервной системы.

Тем более, современная медицина, при всем своем развитии и всех возможностях, построена на том, что требует от врача внутренних усилий. Потому что, не входя в диагноз, в болезнь, в какой-то мере в сочувствие, ты не можешь представить себе, что происходит в пациенте. Даже если мы говорим о давлении, головной боли, сердце… – о таких обыденных вещах.

Поэтому ничего удивительного нет в том, что врач, а не пациент, является самым главным больным в больнице. Он является практически самым чувственным элементом этой системы. Хотя нам кажется: "Что там врач! Я ему все рассказал, выложил, выплакался пред ним, а он мне выписывает какую-то бумажку, направляет на что-то". Нет.

Реплика: Можно сказать, что в профессиональной деятельности врачи – это одна из первых профессий, когда люди сталкиваются со смертью. И когда практически ребенок, окончивший институт, попадает в больницу, первая встреча со смертью, конечно, производит на него неизгладимое впечатление.

Ответ: Я помню, как нас водили в больницу. Хотя я относился к биомедицинской кибернетике, но я помню эту практику. Сначала нас привели в морг, где сидела симпатичная девушка с наманикюренными пальчиками, что-то печатала на машинке, в то же время ела бутерброд, а рядом с ней вскрывали труп и говорили, что она должна записывать.

А потом нас повели в родильный дом. Это огромный комплекс зданий, где мы видели очень непростые роды. Женщина страдала, не могла родить. Молодая, до 30 лет. Нас завели туда, и мы, студенты, стояли вокруг нее, а она кричала – схватки и прочее. И никто не обращал внимания.

А потом пришел какой-то моряк. Это было в Военной медицинской академии, я там проходил практику. Этот морячок набросил на себя халат, вымыл руки, снял с нее одеяло, нажал пару раз, помассировал и вытащил этого ребеночка. Так спокойно, хорошо. Я бы на улице подумал, что "моряк вразвалочку сошел на берег". J

Было очень интересно. Но на нас на всех это производило очень серьезное впечатление – и то, и другое: и вскрытие тела, и роды.

А потом у нас была еще практика в психиатрической клинике. В Ленинграде это огромный комплекс, целый городок. Мой руководитель, профессор Свядощ, был там заведующим огромным отделением. Тоже было страшновато ходить туда.

То есть человек, который сталкивается со всеми этими медицинскими проблемами, переживает огромный стресс. Для него жизнь раскрывается на другом уровне, чем в обычной жизни, для обычных людей. Поэтому для обычного человека, который сталкивается с каким-то происшествием, со смертью, – это поразительно.

Вопрос: А когда человек сталкивается и со смертью, и с рождением, в каком-то определенном, не чрезмерном количестве, что это в нем дополнительно формирует?

Ответ: Люди, которые пережили ви́дение смерти, рождения, психологических процессов, проблем с человечеством, возможность пленения, ограничения властью или противником и т.д., – это люди, которые, конечно, находились под очень сильным стрессом, и к ним отношение должно быть уже особое.

Врачи прошли все эти состояния. Они были и в моргах, и на кладбищах, и в операционных, и принимали роды, и были у них всевозможные психологические практики. Несмотря на это, они как-то это всё преодолели и прошли.

Но когда ты имеешь с этим дело, и на тебе лежит ответственность, ты –  уже не студент, а принимающий решения, то поневоле на тебя это воздействует. И хотя нам кажется, что врачи всё это воспринимают внешне, это невозможно так воспринять. Это все равно капает, капает внутрь человека и где-то его там съедает.

Вопрос: Я хочу привести пример. Известный каббалист и врач XII века Моше бен Маймон (Маймонид), который был придворным врачом султана Египта, рассказывает об одном дне таких будней.

Ежедневно по утрам он был обязан явиться ко двору. Если были случаи, требующие лечения, он лечил. Если нет, то до полудня он находился во дворе султана, а затем возвращался домой, где его ждали пациенты различных национальностей и социального статуса. И всех он лечил до позднего вечера. Так продолжалось каждый день.

После чего он, конечно, чувствовал усталость, но, тем не менее, шел заниматься Торой с учениками иногда до двух часов ночи. И лишь по субботам он мог спокойно беседовать с членами общины и наставлять их.

То есть показан тоже довольно напряженный график работы – с утра до вечера, и еще ночью он учится. Понятно, что это было в предыдущие века, а сейчас и требования другие, и внешнее давление другое. В чем отличие?

Ответ: Дело в том, что Моше бен Маймон был великим каббалистом. Он чувствовал систему мироздания, понимал в ней свое место и для чего он существует. Поэтому ему не было тяжело общаться ни с больными, ни с визирем или с султаном, ни с кем. Он всегда видел, что этим он производит определенные исправления в мире. И поэтому у него были для этого силы, и всегда он был внутренне уравновешен.

Реплика: Вы сейчас сказали очень интересную вещь – что он знал свое место.

Ответ: Имеется в виду свое место во всей системе мироздания: что он делает, когда помогает людям, когда воздействует на султана, когда объясняет своей общине, как надо действовать – растить себя, детей. То есть он понимал, какие исправления в мире при этом он производит, и поэтому у него были силы.

Вопрос: Каббалист производит их внутри себя? С людьми?

Ответ: Нет, люди, конечно, об этом не знают, но он знает, для чего он это делает. Как врач, допустим, знает, что он делает с пациентом, так Моше бен Маймон знал, что он делает с ними, какое исправление в мире он производит, для чего эти пациенты присылаются ему, как он берет их и исправляет через них весь мир. Не просто Египет или Испанию, или Землю Израиля, а именно исправление в общей системе мироздания. Это каббалист! Поэтому у него были силы.

Он работал на низшем уровне как бы нашего мира, но при этом сам находился выше нашего мира, и потому это для него не составляло никакого труда. Это как игра с детьми в детскую игру. То есть он на это не расходовал все свои силы, как сегодняшний врач, который даже если всеми силами своей души пытается помочь пациенту, то что у него есть в руках…

Реплика: Буквально продолжая ваш вопрос, я хочу зачитать несколько слов из предсмертных записок врачей: "Иногда мне больше не хочется жить в этом мире. Я ощущаю, что у меня просто нет причин просыпаться по утрам".

Ответ: Конечно, потому что он вчера занимался больными, и сегодня, и завтра. От этого их количество не уменьшается, от этого им легче практически не становится. Он не чувствует, что при этом он делает в мире исправление! Он не видит результаты своих трудов.

А если бы он при этом был еще и каббалистом, он видел бы результат своих трудов. И тогда у него были бы силы поступать правильно, лечить и при этом еще и наслаждаться тем, что он делает в мире исправления – через себя.

Это не объяснить. Для этого надо быть, как рабби Моше бен Маймон.

Вопрос: Как врачу найти эту точку собственного применения, чтобы не расходовать себя внутреннего?

Ответ: Нужно чтобы Минздрав поменьше думал о своих тепленьких местах, чтобы понимал, где он может автоматизировать работу врачей, убрать совершенно лишнее, чтобы не было автоматической работы с каждым пациентом, а она была действительно на серьезных уровнях, чтобы врач работал там, где машина не может работать.

Сегодня в большинстве случаев обычной диагностики мы уже можем заменить врача. Если все это сделать, то действительно трех врачей на тысячу пациентов может быть и достаточно.

Мы должны приучить пациентов правильно обращаться к врачу. Мы должны сделать так, чтобы они не приходили к врачу просто поплакаться. Необходима предварительная работа с больными, со старичками, со старушками.

Надо все это оценить, четко оформить эти запросы населения, и тогда мы увидим, что можно даже с тем количеством врачей, которые есть, справиться правильно, хорошо и не доводить врачей до самоубийства.

Вопрос: Маймонид умел ведь лечить каким-то дополнительным способом, кроме медикаментозного. Может быть, не лечить – исправлять процессы. Есть ли причина у болезни, которую люди, применив какой-то инструмент, могут устранить?

Ответ: В общем, да. Абсолютно точно! Если бы человечество, или даже какое-то маленькое общество относилось бы друг другу с добром, хорошо, участливо, то действительно люди практически перестали бы болеть. Я могу дать стопроцентную гарантию.

Вопрос: Сейчас во многих странах развивают комплекс превентивной медицины – предупредить болезнь, чтобы потом не тратить большие средства на лечение. Можно в этот этап внести какие-то особые процедуры?

Ответ: Только лишь правильные взаимоотношения между людьми. Участие, дружба, любовь, сочувствие могут дать такие силы человеку, когда он может преодолеть большинство проблем, если вообще не все проблемы, и излечиться. Без помощи врача, только с помощью окружающего общества.

Вопрос: Вы считаете, у профессии "врач" есть свое будущее?

Ответ: Нет. Я надеюсь! Я-то знаю, что это будет. Когда – я не могу сказать, это зависит не от меня, а от людей. Но когда люди достигнут состояния, что они будут с абсолютно добрыми чувствами относиться друг к другу, болезней не станет.