Ответ: Каждый может сказать, что такое случалось с ним не раз. Но так ли это? И сколько раз должно быть?

Нам надо подразделять свои взаимоотношения с людьми согласно уровням связи. В неживой, растительной и животной природе это зависит от способности к контакту. Например, различные предметы и вещества взаимодействуют сообразно с магнетизмом, электрическим зарядом, валентностью и пр. Растения "прибегают к услугам" животного мира – пчел и других насекомых, – опять-таки, в мере способности к физической связи, к абсорбции пыльцы, находящейся в воздухе, в земле и т.д. Так или иначе, оба элемента должны быть готовы к контакту.

Особенно явно это прослеживается у животных: они встречаются в определенный период и выбирают себе наиболее подходящую пару по четким признакам и критериям. В конечном итоге, расчет прост: "Произведет ли наше объединение наилучшие результаты"? Резоны партнеров очень просты, практичны, естественны и не путают их, как это бывает с нами. Природа не оставляет места для ошибок. Там всё ясно: кто сильнее, или тучнее, или моложе, или выше по статусу, тот и лучше. Выбор всегда обусловлен максимальным потенциалом произведения потомства, и каждый ищет такого партнера, который обеспечит наилучших детенышей. Таким образом, "сторонами" движет мысль о продолжении рода – так природа управляет ими.

У людей в этом смысле всё очень запутано и проблематично. Здесь-то и кроется проблема: с одной стороны, мы способны подняться над животной ступенью, а с другой стороны, можем пасть еще ниже, поскольку не в состоянии налаживать наши взаимосвязи даже по животному образцу. Животные не ошибаются, а мы, по мере развития, ошибаемся всё больше.

И потому нам надо выяснить, что же это за добавка, возвышающая нас над животным уровнем и позволяющая подняться либо упасть? Для чего природа всё так устроила? Видимо, для того, чтобы мы правильно развивались, обучаясь на этих уроках. Ведь речь идет о сильнейшем инстинкте – сексуальная потребность следует сразу после потребности в пище. Без пищи мне не прожить, однако, если пища обеспечена, я сразу же устремляюсь на поиски партнера и секса.

Но вот беда: этот мощнейший инстинкт "расфокусирован". С едой всё понятно: когда очень хочется есть, главное – насытиться, неважно чем, пускай даже вопреки привычкам. А вот в "основном инстинкте" я запутан:

• С одной стороны, мне нужен простой секс, как на животном уровне. И раз уж я в этом нуждаюсь, то не предъявляю предварительных условий и готов на любые компромиссы – лишь бы успокоить свой позыв.
• А с другой стороны, помимо секса, я ищу некую внутреннюю связь.

И вот здесь-то мы с партнером совершаем промахи, путаем друг друга, желая протянуть между нами нить или, наоборот, обрубить ее. Мы не знаем, как совместить два этих запроса. С "животной" точки зрения, критерии ясны: партнер должен быть из моей среды, из той же деревни, из той же местности, с тем же воспитанием, с теми же нравами, с той же кухней (это обычно важно для мужчин), с теми же ценностями… На остальное мужчины в прошлые времена и не смотрели, когда выбирали себе жен. Неслучайно в животном мире самки не отличаются привлекательностью, а "красивы", наоборот, самцы. То есть дело тут не во внешней красоте, а в физическом здоровье, которое и являлось раньше основным критерием.

Что же касается многократно воспетой любви, ее "победное шествие" началось не сразу. В массах, при заключении браков, она не была распространена и востребована, оставаясь забавой аристократов, своего рода "соперничеством самцов", сходным с аналогичными явлениями животного мира. В целом же, мужчина, практически, "покупал" жену, а затем она начинала заботиться о нем, проникалась к нему чувством, и со временем он становился ее. В большинстве случаев, это вопрос привыкания. Такова природа вещей, и пока эгоизм удерживался в естественных рамках, люди подходили к семейной жизни просто, практично и по-деловому.

Однако со временем кривая развития эгоизма пошла вверх, и период Средневековья ознаменовался новым "брендом". Сначала он охватил высокие слои общества, поскольку их эго росло быстрее, а затем понемногу проник и в другие сектора. Но все же и по сей день в самых разных местах мира можно видеть, что люди относятся к этой грани жизни проще, без "высоких материй", не путаясь в сумятице чувств – и вполне преуспевают в сравнении с теми, кто ушел вперед по пути эгоизма.

Сегодня он требует от нас бури эмоций, неизменных игр и уловок, в которых мы и находим всю прелесть жизни. Такими наслаждениями приходится "кормить" наше возросшее эгоистическое желание. Еще каких-то сто лет назад массы были далеки от этого – а уже сегодня мы с удивлением обнаруживаем, как быстро закончилось "шествие" любви по миру. Люди разучились налаживать личные взаимоотношения, и хотя в прошлом веке мы еще надеялись на это, но начался спад, и с каждым годом мы всё менее способны на создание доброй, прочной взаимосвязи между партнерами. Институт семьи разрушается, и мы вступаем в другой этап. Наш эгоизм развился до такой степени, что мы больше не умеем, да и не пытаемся устанавливать между собой прямую связь. Нам легче общаться по телефону, в интернете, но не напрямую. Так у нас больше уверенности в том, что мы сумеем оградить свое эго от урона. И даже если мы все-таки протягиваем какие-то нити, наша защита от личной близости столь сильна, что не позволяет сбросить покровы и внутренне обнажиться друг перед другом – так же, как того требует "плотская любовь".

Как бы мы к этому ни относились, таковы факты. Изнутри нас гложет желание, но мы не в силах удовлетворить его. Я бы и хотел наполниться в душе ощущением, которое можно почерпнуть от противоположного пола, от отношения, дополняющего физическую связь между нами, – но я неспособен на это. Просто неспособен. Во мне словно стоит внутренний барьер, не позволяющий внутренне открыть себя. Более того, я вижу, что и с партнером происходит то же самое. Возможно, женщинам, по природе, это легче, и все-таки они тоже со временем облачаются в такой "покров", который очень трудно сорвать.

В итоге вся наша жизнь складывается из "виртуальных" связей. Весь день мы проводим в обсуждениях и заседаниях, в электронной переписке, в телефонных разговорах, в сетевой активности… Этот распорядок мы выстроили, исходя из внутренней потребности в "фильтрованной" связи через различные устройства. Наш эгоизм, который они обслуживают, требует именно таких, деловых отношений, в которых я всё взвешиваю и оцениваю самым рациональным образом. Я смотрю на окружающих: что они скажут? Я руководствуюсь стандартами "виртуального бытия". В конечном итоге я даже не знаком со своей душой, со своими внутренними запросами, а также не могу познавать и изучать противоположный пол.

И потому, когда пары встречаются в кафе, в торговых центрах или в клубах, их празднословие носит внешний, общепринятый характер. Они научились этому у окружающего общества и продолжают перекидываться ничего не значащими фразами, даже не пытаясь нырнуть чуть глубже. Там, под поверхностным "плеском", нет никакой связи. Человек уже не в силах ее протянуть – ведь он не может распахнуться и к тому же не знает, ктó есть он сам там, внутри.

Да и вообще, люди не развиты, не подготовлены для такой связи. Ведь если мне не под силу распахнуть себя, то, что я могу дать другому?

Итак, здесь мы сталкиваемся с проблемой человека, не знакомого с самим собой. Особенно, сегодня, когда усиливающийся эгоизм "распирает" нас всё больше и модернизирует мир, наряду с этим жизнь становится примитивнее, потому что, в качестве "придатков к компьютерам", мы уподобляемся им, переходя на простейшие "двоичные" формулы взаимодействия и мировосприятия. Не остается места глубоким чувствам, взамен "аналогового", всё переходит в "цифровой" формат. Вместо гармонии множества частей и компонентов, мы подчиняем процессы простым алгоритмам – чтобы они "тикали"…

Нужно вернуть человека "в детство", в подлинную простоту, в исконную любовь между матерью и ребенком, чтобы отсюда объяснять ему, что такое внутренняя взаимосвязь. Ведь в своих отношениях с партнером я ищу тот же самый источник любви, которым когда-то была для меня мать, – только уже на другом уровне.

В целом, взаимосвязь между людьми является в наши дни центральной проблемой. Именно она должна стать стержнем исправления мира, и начать дело можно с построения правильной связи между полами. Это уже стало внутренним требованием – ведь люди испытывают фрустрацию в семейной жизни. Или они не умеют проводить четкое разграничение между сексом и душевной связью (ее-то и можно было бы назвать любовью), или им надо научиться правильно сочетать одно с другим.

Как бы то ни было, прежде всего, мы должны понять, как подвести человека к правильному обучению. Для этого, во-первых, нам надо снять все барьеры, чтобы показать ему, кто он есть "без одежек". Тогда он сможет верно понять и почувствовать себя. А далее, надо направить его на подлинную связь двух "обнаженных" душ. Если он пожелает этого, то должен будет узнать, что же такое "душа", т.е. его внутренний мир, и чем можно наполнить его.

Здесь-то и становится ясно, что без принципа любви к ближнему, как к себе, связи не будет. Ведь настоящая связь, духовное соитие означает, что каждый наслаждается другим путем отдачи ему. В точной мере этой отдачи он освобождает в себе самом место для получения. Это единственный способ установить взаимосвязь. Как в телесном соитии мы "проникаем" друг в друга, так же мы должны проникнуть друг в друга при соитии душ – через взаимоотдачу и взаимополучение. Если я ничего не получаю от партнера, то не люблю его, поскольку не предоставляю ему возможность проявить свою любовь. Однако любить – значит наслаждаться его радостью больше, чем своей.

Всё это было нужно именно затем, чтобы в итоге своего развития мы обнаружили: наш эгоизм – это наша нынешняя абсолютная истина. Только по ней мы можем жить и только к ней тянемся. Никто не желает считаться с другими, каждый ищет возможности удовлетворить лишь собственное желание.

Но дальше идти некуда, ничто больше не может восполнить истину. Отныне система способна действовать только при подлинном возмещении с нашей стороны, только в категории "чистой истины". К ней мы в итоге возвращаемся.

И потому сегодня система с ее испорченными "шестеренками" демонстрирует нам, что вся наша имитация, всё, что мы отстроили, не действует. Нет больше ни малейшей надежды на то, что нам удастся исправить что-то, найти какую-то лазейку. Раскрылась глобальность происходящего – словно кто-то отжал сцепление и система начала работать по глобальной, всеобщей программе.

Тогда-то – где-то с середины пятидесятых годов прошлого века – и начались перебои. Они всё усиливались, и сегодня система едва функционирует, несмотря на гигантские усилия с нашей стороны. "Шестеренки" не желают больше крутиться, мотивация падает, энергия исчезает – и в деталях, и в целом.

Пора констатировать факты – мы подошли к следующему этапу, и нам нужна истина, а не ее видимость. Нам требуется теперь энергия нового типа, новая парадигма развития, новый подход к жизни.

Но сперва мы должны исправить себя. Иначе как нам найти истину, если у каждого своя правда?

Истина обязывает нас уравнять всех индивидуумов в обществе, чтобы они получали свою долю в соответствии с приложенными усилиями, не более и не менее. Это единственная подлинная основа, в которой не приходится сомневаться.

Но каким же образом выявить эту истину, чтобы она была принята обществом? Ведь люди от природы наделены разными способностями к работе. На деле сильные и предприимчивые от природы члены общества получают выгоду от труда других людей и злонамеренно эксплуатируют их вопреки категории истины.

Как же все-таки прийти к истине?

Через интегральное образование, посредством которого мы должны донести до всех знание о том, в какой системе, в каком механизме находимся. Разумеется, мы действуем не сами – наши старания вызовут свет, возвращающий к Источнику, и тогда система начнет действовать правильно. Прилагая верные усилия, мы увидим ее отклики и будем вместе работать, чтобы исправлять и адаптировать себя к категории истины.

Ну а по большому счету, в действии этой системы мы видим путь Торы и путь страданий.

На долгом пути страданий система останавливается и совершенно не позволяет нам двигаться дальше. Все усилия очень дорого нам стоят, а в ответ мы не получаем никаких подвижек. Напротив, система замедляется почти до неподвижности, давит на нас, "не проворачивается" и требует огромного труда, не оправдывающего даже базовых запросов.

С другой стороны, на пути Торы, ускоряясь, мы понимаем, как надо включаться в работу системы, и хотим постепенно перейти от категорий милосердия, мира и справедливости к категории истины – по мере учебы и объединения между нами, по мере подлинного восполнения, когда "все преступления покрывает любовь". При этом каждый отдает общности всё, оставляя себе лишь на насущные нужды, чтобы иметь возможность правильно "крутиться", – и все свои "обороты" он готов адаптировать к окружению, к обществу, к единой системе.

Тогда сама система обучает нас тому, как жить в гармонии с ней. Это и есть путь Торы: через общую систему мы получаем пробуждение, сознаём величие цели, группы и Творца, и всё это наполняет нас, поставляя радость и энергию без ограничений. Всеми силами мы стараемся "крутиться" вместе с системой, и она мягко показывает нам, как это делать.

Вопрос: Когда человек много лет живет один и привык к одиночеству, ему очень трудно впустить в свою жизнь еще кого-то: жену или мужа. Как он сможет изменить свою привычку и освободить в своем сердце место для кого-то еще? Что можно посоветовать тому, кто желал бы завязать сердечную связь, но уже отчаялся от множества неудавшихся попыток, кончающихся одинаково?

Ответ: Даже если у человека нет желания быть связанным с кем-то - это не важно. Человеком движет желание насладиться, и прежде он совершенно справедливо полагал, что и при одинокой жизни сумеет обеспечить себе наслаждение, причем самым простым, коротким и надежным путем. А если он связывается с какой-то женщиной, то уже вынужден с ней считаться и навешивать на себя массу дополнительных проблем. Поэтому он предпочитал какие-то легкие связи на один день, которые ни к чему не обязывают.

Но нашей природой является желание насладиться. И если человек обнаружит внутри себя огромную пустоту, которую необходимо заполнить, то поймет, что ее невозможно наполнить в одиночестве. Ведь ему потребуется наполнить кого-то другого и от этого почувствовать наслаждение, а этот другой наполнит его и этим будет наслаждаться. Только во взаимной форме между ними возникнет "синергия", взаимная связь. И это он назовет любовью - то, что каждый живет внутри другого, и близость эта - душевная, духовная, внутренняя, а не телесная.

Прежде всего, он должен уловить эту суть, а все остальное прибавится. Он будет воспринимать это как простые добавки. Его не будет волновать, есть ли у женщины дети от прошлого брака, и что она старше него на десять лет или моложе на двадцать - все это не имеет значения. Способность наполнить его самую внутреннюю потребность, даже пока в самом эгоистичном виде, будет для него настолько решающей, что он выберет только ее.

А то, что судьба вместе с этой женщиной принесла ему чужих детей или какие-то другие сложности - это, видимо, та самая ситуация, в которой он имеет возможность лучше всего наполнить себя. И поэтому, наслаждаясь от взаимной связи с ней, он принимает все сопутствующие детали как включающиеся в одну общую форму. Он принимает этих детей как ее неразрывную часть - как ее саму.

За счет того, что ты хорошо относишься к ее детям, ты наполняешь ее. Неважно, что это не твои дети, но ведь ты хочешь любить эту женщину и наполнить. А она хочет наполнить тебя. Получается, что дети - это ваш дополнительный сосуд. Не нужно смотреть на них с материальной точки зрения, как на физические тела. Это для тебя еще один пустой сосуд, который ты можешь наполнить. Эта пустота принадлежит ей. И за счет того, что ты хорошо относишься к ее детям, как будто наполняешь ее, она отвечает тебе еще во много раз лучшим отношением.

Вопрос: Но что мне делать со своими чувствами, ведь это не мои дети, и я не могу с ними чувствовать себя совсем открыто?

Ответ: Ты относишься к этим детям точно так же, как к любимой женщине. Ты не видишь их отдельно от нее, как какой-то мешающий тебе довесок. А наоборот, рассматриваешь как средство наполнить ее. Сквозь них ты видишь ее и мысленно присоединяешь их к ней, как будто это она сама. 

Вопрос: А что сами дети будут чувствовать по отношению ко мне?

Ответ: Они будут чувствовать, что ты их любишь, и относишься с таким же теплом, как к их матери.   

Подводя итог всему сказанному можно сказать: "Все преступления покроет любовь". Все прегрешения мы отодвигаем в сторону, и тогда раскрывается сосуд для любви.

Когда каждый возвратится к тому подростку, каким он был, когда в первый раз влюбился, и соединится с ним, то начнет жить заново. И зрелые люди даже с большей готовностью пойдут на такой шаг, чем молодые. Они еще большие дети, чем сами дети, и с ними можно быстро добиться успеха.