Еще одно арабское государство готово подписать с нами соглашение – через 26 лет после Иордании и через 41 год после Египта. Насколько это важно для Израиля? Нужно ли было отказаться от этого ради чего-то более необходимого?
Прежде всего, разберемся с фактами. Если декларация воплотится в жизнь, это означает полноценные дипломатические отношения, обмен послами, создание посольств, прямые полеты, экономическое сотрудничество, кооперацию в таких сферах, как борьба с коронавирусом, здравоохранение в целом, энергетика, водные ресурсы, сельское хозяйство, технологии и др. Иными словами, речь идет не о бумажке, не о фиговом листке, а о реальной пользе для обеих стран.
Теперь вникнем поглубже и ответим на возникающие вопросы.
В свете сложившейся ситуации это очень маловероятно. Наши отношения с ОАЭ давно уже не враждебны. Более того, они, по сути, дружественны. Их официальное закрепление и расширение – вполне закономерный шаг, обоснованный логикой и реалиями. Далее...
Кстати, аналогичные связи создались у Израиля и с другими странами арабского блока. Оценивая общую картину, можно сказать, что в этих случаях нет ни исторических, ни географических, ни человеческих причин для долговременных конфликтов. Мы действительно можем наладить с некоторыми странами нормальные, добрососедские отношения.
Точно так же, несмотря на остроту момента, у нас не было глубокого исторического или идеологического раздора с Египтом и Иорданией, что позволило поддерживать с ними мир и взаимодействие на протяжении десятков лет.
В свое время далеко не все поддерживали эти договора, но, тем не менее, они себя оправдали. И хотя проблемы, конечно, сохраняются, зато у нас есть две мирные границы. Более того, даже братья-мусульмане, придя к власти в Египте, не отменили договор и соблюдали его. И надо учесть, что в этом контексте соглашение с ОАЭ сулит намного меньше угроз.
У Объединенных Арабских Эмиратов есть огромные запасы нефти и бездонная, по нашим меркам, казна. Чем мы можем быть им полезны?
У нас есть то, чего нет у них, – технологии. В этой сфере мы – держава.
Почему о нормализации объявлено именно сейчас?
Полагаю, это очевидно: нашим новым партнерам представился удобный случай обосновать свое решение необходимостью предотвратить аннексию, о которой в Израиле столько говорилось в последние месяцы.
В таком случае что предпочтительнее: мирный договор или аннексия?
Полагаю, мирный договор важнее. Он позволит не просто плодотворно сотрудничать с федерацией богатых и крепких эмиратов, но и подать пример другим. Потенциал этого шага очень велик и долгосрочен.
С другой стороны, аннексия предоставит нашим врагам весомый аргумент для изоляции и бойкота Израиля. Какой смысл в "праведном" деле, если оно послужит делегитимизации страны, компенсируя ее лишь моральным удовлетворением определенных секторов?
Бороться за свою страну надо с умом. Нельзя слепо бросаться вперед, как будто нам нет дела ни до чего вокруг. Последствия могут оказаться негативными, а то и более. Доказательством тому – падение Храма и многие другие события нашей истории.
Сила народа Израиля не в готовности стоять на своем до конца. Это свойство Тора как раз называет упрямством, и конец может быть трагичен. Наша сила – в единстве. Только когда все мы едины, мы можем действительно стоять на своем во благо миру и себе. А пока мы не способны на это, нет смысла строить из себя праведников.
В двухтысячных годах я сам кричал об угрозе уничтожения и необходимости жестких мер, чтобы спасти страну. С тех пор моих взгляды не изменились. Только взгляды эти – не политические. Я оцениваю состояние мира и состояние народа не только по внешним, но, в первую очередь, по внутренним признакам. И сегодня я вижу, что договор с ОАЭ стратегически важнее территории, право на которую зависит от качества нашей взаимосвязи, а не от политических решений.
О каких глобальных тенденциях свидетельствует этот договор?
Когда-то в войнах против Израиля участвовали десятки арабских государств, включая все близлежащие. Сегодня ситуация совершенно иная.
Вообще, мир на Ближнем Востоке – дело тонкое. Мирный договор в нашем регионе – не гарантия, а сдерживающий фактор. Мир с тобой будут соблюдать, пока ты силен. Если же ты слаб – не ищи защиты в подписанных когда-то бумагах, не поможет.
Поэтому для установления подлинного мира здесь потребуется еще, как минимум, несколько десятков лет. Надо понемногу развивать отношения, открывать границы для взаимных визитов, знакомиться друг с другом не по Википедии и выстраивать дело так, чтобы обеим сторонам было невыгодно возвращаться к вражде.
К примеру, в прошлом веке Германия и Франция были врагами, а теперь жизнь изменилась настолько, что им нет никакого смысла начинать вооруженный конфликт. И дело уже не в договорах – скорее, в восприятии граждан и правительств. Все открыто, границы сняты, люди живут почти как в одной стране.
Нам до этого еще далеко, но время делает свое, если использовать его целенаправленно.
Разумеется, есть и противники соглашения – идеологические враги Израиля и иже с ними.
Раньше считалось, что настоящий мир с арабами начнется как раз с палестинцев. Это было ошибкой?
Да. Палестинское руководство служит интересам наших врагов. Оно пойдет на попятный только под сильным давлением арабских стран. И тогда сразу проявится кардинальное различие между нынешними главарями и самими палестинцами, для которых противостояние с Израилем давно уже стало костью в горле. Многие из них отлично знают, какие преимущества сулит им мир, но не могут поставить у власти умеренных, реалистичных лидеров, которые повернули бы, наконец, штурвал.
В конечном счете, мир между Израилем и палестинцами зависит от "воспитательных мер" с обеих сторон. Спустя несколько десятилетий согласованная стратегия действий в этом направлении увенчалась бы полным согласием и абсолютно мирным сосуществованием, несмотря на различия в религиях, ментальности и образе жизни.
Жаль, что мы не желаем заглядывать далеко вперед. Наоборот, нас старательно отучают от стратегического видения. Проблема Израиля не в палестинцах, а в средствах массовой информации и их хозяевах. Они намеренно "утыкают" народ носом в сегодняшний день и не дают поднять голову, чтобы разглядеть общую картину. В результате мы оказываемся в заложниках у собственной недальновидности.
Пора уже покончить с этим. И нам было бы намного легче оторваться от отдельных штрихов, от навязанного фрагментарного взгляда на мир, если бы мы начали сближаться друг с другом. Наша картина станет цельной, когда мы сами станем единым целым. И наоборот, пока мы расколоты, у каждого своя правда, а истины нет ни у кого.
С другой стороны даже в этом плачевном состоянии значительное большинство в народе предпочло нормализацию аннексии. Следовательно, мы достаточно зрелы, чтобы понимать: будущее за добрыми отношениями, если только правильно их выстраивать.
Осталось лишь понять, что это относится и к нам тоже. Внутри себя мы тоже должны предпочесть взаимодействие расколу. Наше внутреннее согласие над всеми противоречиями намного важнее любых внешних договоров.
Реплика: Вы говорите о необходимости объединиться уже десятки лет, и никаких изменений нет. Даже нет каких-то намеков, чтобы кто-то это услышал и поддержал.
Реплика: 
Реплика: 
Вопрос: 
Вопрос: 
Реплика: 
Нужен ли Израилю договор о нормализации отношений с Объединенными Арабскими Эмиратами? Чтобы ответить, нужно мыслить не интересами сегодняшнего дня, а стратегически.
Реплика:
Не надо надеяться на историю
Два течения: животное и духовное
Природу не скроешь
Другая эпоха, другая цель
