Каббала, наука и смысл жизни

Вопрос: Поймут ли евреи когда-нибудь свое предназначение? Либо они осознают его, только когда их перережут?

Ответ: Нет, такого не может быть. Они осознают свою миссию, продемонстрируют ее и предложат всему миру. Тогда в той мере, в которой каждый участвовал в избиении этого племени, он должен будет преодолеть в себе весь этот процесс, потому как осознание зла должно пройти по всем келим (сосудам), по всем стадиям эгоизма в обратную сторону.

Огромная трагедия человечества в том, что они в течение многих тысячелетий показывали свою ненависть к иудеям за то, что те являются представителями Бога на Земле.

И теперь нужна обратная раскрутка этого во всех народах в той мере, в которой они сопротивлялись, уничтожали, сжигали евреев. Они должны будут все это испытать на себе, чтобы исправиться. Я не знаю, в каком это будет виде – в моральном, духовном, пусть даже не в физическом, но это нисколько не легче. Ведь мы ничего не проходим напрямую, из конца в конец. Мы должны пройти осознание зла.

Сказано в Книге Зоар, что мой внутренний гой наносит удар по моему еврею внутри, то есть мой эгоизм наносит удар по свойству отдачи и любви. Поэтому каждый должен будет это воспринять и пройти как осознание собственного зла, в огромных внутренних страданиях, и только после этого начать исправление. Это закон природы, тут ничего не сделаешь. Так что, все это еще впереди.

Практически всё наше общение происходит через этот грубый аппарат. Там вибрируют какие-то натяжки, струны, перепонки, которые образуют грубую вибрацию воздуха. Но эта вибрация запускается из очень высокой материи, из головы (рош), причем очень мудро, очень непосредственно.

Суть человека выражается именно через горло, в котором существует связь с нашим внутренним образом. Поэтому "человек говорящий" – это правильное выражение. Не прямо или косо ходящий и не вперед смотрящий, а именно умеющий выражать себя в общении с другими через голосовой аппарат, который напрямую связан с нашей внутренней сутью.

Сегодня в мире развивающаяся страна должна быть связана со всеми странами добрыми взаимными узами. И только в таком случае она может чувствовать себя комфортно среди всех. Иначе она будет чувствовать себя задавленной, ограниченной, униженной и так далее.

Вопрос: Если она будет сама по себе?

Ответ: Да, но никто не даст ей такую возможность. Ведь все страны окружают друг друга и желают, как волки в лесу, оттяпать каждый от других, сколько может. Это наш нормальный, эгоистический мир. Он другим быть не может. И всегда был таким, только мы прикрывались немножко. Мы его не раскрывали достаточно в нашем эгоизме.

Вопрос: То есть, вы считаете, в этом мире нечего требовать независимости, ее нет и не будет?

Ответ: Мы можем требовать, но одновременно с этим, чтобы мы требовали от себя! Это самое главное. Если мы будем соблюдать такие условия, чтобы между нами были добрососедские отношения, мир, взаимопомощь, что вопреки нашему природному, естественному свойству – получать, покорять, принуждать к миру.

Реплика: Если объединение у нас, то против кого-то. А это все порочно.

Ответ: Конечно. Поэтому все, что мы создаем, это только якобы на пользу себе и во вред другим. Не может быть одно вместо другого.

Каббала говорит о независимости – это когда мы поднимаемся над нашим эгоизмом. Независимость от нашего личного эгоизма. Именно это является настоящей независимостью, и тогда я думаю только о других. И среди других, в добрых отношениях с другими, которые я создаю всеми своими возможностями, там я чувствую себя независимым.

Вопрос: Вы говорите "только о других"? А о себе я не думаю вообще?

Ответ: А я не буду, я как следствие. Я и сегодня существую как следствие отношения ко мне всех остальных.

Вопрос: То есть я могу думать только о других, а дальше уже следствие будет, как ко мне относятся, как я и так далее?

Ответ: Да.

Вопрос: Это не должно быть первой моей мыслью: "Будут ко мне хорошо относиться, если я буду хорошо относиться к другим"?

Ответ: Я не думаю, что это является природой человека и нашего общества. Так что говорить такие красивые фразы: "Ты не бей других, и тебя не будут бить" и так далее, это все не работает.

Вопрос: А то, что вы говорите, это работает? Насколько это возможно в нашем мире, чтобы я не думал о себе, а думал о других? Государственно, например.

Ответ: Дело в том, что, конечно, и это не работает. Если я буду хорошо относиться к другим, я только дам им еще дополнительный повод вцепиться в меня и отгрызать от меня всякие куски. Так что вся проблема в человеческом обществе – чтобы оно превратило себя из стаи хищников в организованное, взаимное, добровольное, доброе сообщество.

Вопрос: Вы верите в эту фантастику?

Ответ: Нет, ни в коем случае не верю, но произношу, потому что, в принципе, это единственный выход. Вот когда мы поймем, что это единственный выход, фантастический, абсолютно невозможный, тогда у нас вдруг появится возможность его реализовать.

Вопрос: Откуда?

Ответ: Свыше. Мы сможем получить такую силу от природы, которая поднимет нас выше нашего эгоизма, и тогда это реализуется. Я буду выше своей природы, я буду выше своих мыслей, я буду выше своих решений. Как это получится? Получится тем, что раскроется вторая сила природы – свойство отдачи, связи, любви.

Вопрос: Вы можете мне это гарантировать? Например, я политик или обычный человек, и вас слышу. Вы можете мне это гарантировать?

Ответ: Я могу тебе только еще раз рассказать более подробно, чтобы ты понял, что иного пути нет. Или мы идем к гибели и умираем в каждом поколении. А в будущем поколении готовят ту же судьбу для наших потомков. И ничего не меняется, кроме того, что страдания становятся всё бо́льшими, и возможность их решения с помощью войн, смертей становится все более ужасной.

Вопрос: И вот, понимая это и чувствуя это, я приду к тому, что вы говорите?

Ответ: Да, в итоге мы поймем. Причем, это очень страшное решение, потому что мы будем чувствовать, как с нас сдирают кожу. Потому что это абсолютно против меня.

Но есть возможность решить этот вопрос добрым, мирным путем. Это значит изучить нашу природу и изучить силу природы, которая может нам помочь изменить себя. И тогда мы сможем подставить себя под эту добрую силу природы, и она изменит нас со злобных маленьких хищников на добрых больших существ.

Вопрос: Вы думаете, мы приближаемся к этому осознанию, что мы злобные маленькие хищники?

Ответ: Мы приближаемся. Правда, пока что мы приближаемся тоже недобрым путем.

Но по тому, как раскрываются всё больше и больше, особенно в нашем поколении, всевозможные положительные и отрицательные силы, и дана нам возможность об этом говорить и как-то реализовывать их, то есть надежда на то, что мы сможем оформить для себя, для нашего понимания, для нашего познания эту систему сил природы и понять, как мы можем уравновесить ее и выразить из нее именно добрую силу.

Я думаю, что мы сможем это сделать. А иначе мы все равно придем к этому, но долгим-долгим путем, ужасным путем страданий.

Вопрос: Сказано, что Машиах придет, когда лицо человечества будет как морда собаки – это относится к нам, к нашему времени?

Ответ: Да, это осознание людьми своей ужасной, звериной природы. К этому мы сейчас приближаемся. Но мы можем видеть это издали, этого достаточно. Мы не обязательно должны попадать прямо в лоно собаки. Просто увидеть это и испугаться.

Реплика: Дай Бог, чтобы так и было.

Идти наверх и искать этот ключ? А надо ли? Я не знаю, будет ли это вообще в будущем. У нас не осталось много времени для того, чтобы исправить этот мир и подняться выше языков, выше всех разделяющих нас звуков, символов. Нам нужно просто состыковаться в ощущениях. В духовном мире нет никаких отличий между душами, что называется "душа в душу". И в языках не будет потребности.

Языки возникли в Древнем Вавилоне, поскольку люди перестали понимать друг друга. Каждый стал говорить на другом языке. А если мы и будем говорить на одном языке, то в итоге, я думаю, им станет все-таки иврит, потому как в нем объяснены и прописаны все символы, звуки, устройство наших речевых органов. Вся методика, литература, источники уже подготовлены нам каббалистами древности.

Таким образом, кроме двух родственных языков, иврита и арамита, все остальные языки появились именно в Вавилоне, когда эгоизм потряс существовавшее там маленькое человечество и начал его разделять. На эгоистическом разделении между душами и возникли все остальные языки.

Но в тот момент, как мы начнем собираться, все эти языки станут тоже собираться между собой. Я не знаю, как это описать, но они снова скомпонуются в один вербальный, общий аппарат.

Годы спустя, когда я работал в израильских ВВС, мое сердце выпрыгивало из груди вместе с каждым самолетом, отправлявшимся на боевое задание. И все же тревога моего учителя была особенной, совершенно исключительной.

Кровавая дань

День памяти и День независимости по-братски близки между собой. И они настойчиво требуют пересмотра тяжёлой цены, которую мы платим за свой дом на Ближнем Востоке. Платим год за годом, не видя впереди конца и края. Та ли это независимость, о которой мечтали наши предки и которую мы могли бы с уверенностью передать своим детям?

Войны и конфликты, чествования и траурные церемонии – всё это не приближает нас к кардинальному решению проблемы. Наоборот, страна вынуждена постоянно искать ответы на новые угрозы и защищаться от нескончаемых нападений. Вокруг расцвела целая индустрия борьбы с Израилем, щедро спонсируемая как ближневосточными, так и западными покровителями.

А потому, вместе с неописуемой болью утрат, вместе с данью памяти наших собратьев, необходимо подумать и о будущем. Нам нужен здравый, глубокий, беспристрастный анализ и совместный поиск пути, который выведет нас из этой мясорубки, из затянувшегося периода становления государства Израиль. Выведет в будущее, не требующее жертв.

Как ни странно, на иврите слово жертвы (קורבנות) происходит от понятия сближение (קרבה). Суть в том, что мы можем «приносить в жертву» не себя, а свой эгоизм, свое взаимное отчуждение. Иными словами, можем сближаться над гордыней, ненавистью, неприятием, безразличием – над всем, что разъединяет нас, делает слабыми, уязвимыми, ставит под удар. Нам жизненно необходим общий знаменатель, который уравняет всех нас в праве на человеческие отношения.

Нет, это не «красивые слова». Укрепление социальных связей, создание здоровой атмосферы в обществе генерирует безопасность нового уровня, добавляет к «железным куполам» и «железным лучам» еще один эшелон обороны – человеческий, нерушимый. Сказано об этом мудрецами:

"Когда есть в народе Израиля любовь, единство и товарищество, тогда никакие бедствия ему не страшны".

Когда умолкают сирены

В День памяти нас объединяет общая боль, общая беда. Но объединяет ли нас что-то ещё? Чем скреплён наш народ, в котором пропасти глубоки, как океан? Со звуком сирены мы останавливаемся, внутренне беремся за руки и оказываемся в кругу семьи, скорбящей, но единой. Но вот сирена затихает, и мы снова погружаемся в беспамятство.

То же самое мы испытываем во время войн: падает последняя ракета, гаснет последняя вспышка, замирает эхо последнего выстрела – и едва успевшая сплотиться страна возвращается к распрям, грызне, к выгоде за чужой счёт. За счёт тех, кого ты недавно защищал, или тех, кто защищал тебя…

Раскол в сердцах – вот наша ахиллесова пята. Не просто слабина, а червоточина, подрывающая всю систему. И кстати, те враги, что поумнее, бьют именно сюда. Причем в мирное время тоже. Мы сами подставляемся, и нет у нас управы на эту беду.

Хотя на самом деле есть, надо только разглядеть общую картину.

Испокон веков народ Израиля противостоит остальным народам. На этой разности потенциалов построена вся система человечества, балансирующая между необходимостью в евреях и ненавистью к ним.

Словно две чаши весов, неразрывно взаимосвязанные, но разнонаправленные: мы едины – ненависть спадает, мы разрознены – ненависть растёт. И неважно, как именно мы разрознены: скитаемся ли среди народов, униженные и гонимые, или на пике гордыни кичимся своей силой и исключительностью…

Две тысячи лет нас травили, несмотря на все попытки откупиться. А потом, в поколении свободных людей, живущих на своей земле, вдруг выяснилось, что за 67-м годом обязательно наступает 73-й – за одной войной следует другая.

Нет, чаши весов должны находиться в равновесии. А равновесие – это когда мы едины и ставим свое единство на службу миру.

Вспомнить всё

Итак, война и мир есть следствия того равновесия или дисбаланса, который мы создаем, устремляясь к единству либо пренебрегая им. Еврейский народ – это явление природы. Разобщаясь, он автоматически вызывает на себя жёсткое внешнее давление, призванное вернуть его в первоначальный сплоченный вид – так сказать, в идеальное состояние. Ведь именно оно и только оно поможет остальным – в качестве примера сплочённого общества. По большому счету, больше им от нас ничего не нужно. За нобелевки нас по головке не погладят и в покое не оставят. За единство – да.

Но, к сожалению, мы просыпаемся и вспоминаем об этом, только получив звонкую пощечину, а то и удар под дых, который для кого-то может оказаться смертельным…

Всё зависит от нас. Почему? Потому что в наших руках методика объединения, полученная от Авраама в Древнем Вавилоне. Реализованная, забытая, но не утратившая своей важности и эффективности. Сегодня она возвращается к жизни, потому что мир, катящийся в пропасть, уже созрел для этого лекарства.

Пришло время защититься от бедствий не только мечом, но сближением сердец. Реальные шаги в этом направлении обеспечат нам мир и безопасность. Никакой утопии – напротив, простой, понятный механизм, действие которого можно проследить в прошлом и в настоящем.

Поминая павших, празднуя независимость, мы по-прежнему забываем, что на самом деле мы непобедимы в своем подлинном, исконном состоянии. Ведь сила единства неизмеримо мощнее всего, чем мы пользуемся сейчас.

Какое-то время можно протянуть на заменителях, но нам обязательно нужно добраться до своего корня, до той точки, в которой мы никого не подведём и никого не оставим в беде.

Ради наших детей. Ради всего мира.