Каббала, наука и смысл жизни

Сегодня тебе просто еще неизвестно, что такое Первое сокращение (Цимцум алеф), экран и отраженный свет. На самом деле ты никогда ничего не получишь. Вступив в духовное, ты обнаружишь, что изначально находился в нем, но ощутить его смог лишь в момент готовности отказаться от всего. И ощущаешь ты его в сосудах отдачи – в отторжении, ни в коем случае не для себя, а только для других.

Вопрос: Но чем-то же можно нас приободрить?

Ответ: Я не собираюсь пускать пыль в глаза. Наша группа и товарищи со всего мира, которые с нами связаны, должны знать правду: духовное лежит над человеческими силами. Если у человека есть точка в сердце, он понимает, что это правильно. И хотя иногда кажется, что препятствие непреодолимо, тем не менее, только это может быть правдой, и ничто иное.

Тем самым ты обнаруживаешь перед всеми, что истина с тобой. И наоборот, любое обращение к эгоистическому желанию, любая привязка к нему – это уже не духовный путь.

– Но хоть что-то у меня будет?

– Ничего!

– А как же я получу?..

– Не получишь!

– А духовные постижения?

– Духовные постижения – это антитеза получению. Ты только отторгаешь, ты ничего не хочешь себе. Всё свое огромное получающее желание, с которым ты сегодня еще не знаком, весь свой эгоизм ты поднимаешь от "живота" к "голове" – и отвергаешь целиком. И так формируешь настоящую "голову" – экран и отраженный свет. Что бы к тебе ни приходило, ты ничего не берешь себе, всё отдаешь другим. Пускай никто не знает даже, что ты так сделал, – ведь и это может послужить "взяткой".

И вот тогда ты начинаешь ощущать, что это такое – быть на ступени Творца…

Твоя точка в сердце обязана согласиться c этим. Ведь это – истина, и в ней заложены такие же свойства. Ну а кто не согласен – пускай уходит. Такие люди – сторонники, но не каббалисты.

Вопрос: Выходит, мы стремимся достичь чего-то нереального?

Ответ: Верно. Для тебя, для твоих сосудов-желаний это нереально, противоположно. Потому и сказано: "Я увидел перевернутый мир".

Вопрос: И все-таки, чего мы достигнем? Что постигнем в духовном?

Ответ: Бааль Сулам пишет об этом в письме 8: "Есть достойная цель у всего происходящего в мире, называемая "каплей единства". Когда обитатели "земных домов" проходят через все ужасы, через весь абсолют гордыни, удаляемой от них, – открывается некий проем в стенах их сердца, совсем невосприимчивого по самой природе творения. И становятся они достойными водворения этой капли единства в своем сердце.

И обратятся они, подобно оттиску печати, и увидят воочию, что, наоборот, именно через эти ужасы приходят к постижению абсолюта, удаленного в чуждой гордыне. Там и только там слияние с самим Творцом, и там может воцариться над ними капля единства".

Поэтому, если в человеке есть такая искра, у него есть все возможности достичь духовного, и не хватает лишь средства, помогающего связать свою искру со светом. А делается это с помощью группы. Группа передает нам важность этой цели, а кроме этого, ничего больше и не требуется. Главное, чтобы человек постоянно чувствовал необходимость требовать света, возвращающего к источнику, ради того, чтобы достичь подобия с Творцом.

Мы обязаны получить важность духовного от группы, ведь находимся в скрытии. Группа добавляет к нашему состоянию условия, которые позволяют нам как бы перешагнуть через скрытие: как будто мы видим перед собой величие Творца. Понятно, что это еще наигранное и воображаемое величие, а не настоящее, но ты осознанно идешь на этот "обман", прекрасно понимая, что это игра, и у тебя нет другого выхода.

Таковы условия, данные нам в период подготовки, о котором сказано: "Прилагал усилия – и нашел!"

Во-вторых, здесь мы сталкиваемся со связью между товарищами и связью между специалистами – одно не должно перекрывать другого. То есть "ты мне друг, но истина дороже". Поэтому, хотя ты мне и товарищ, но я могу быть абсолютно против тебя в каком-то серьезном профессиональном решении. Однако это не значит, что мы с тобой уже не друзья. Решения должны быть принципиальными, очень четко основанными на нашей обязанности строить свою работу максимально плодотворно для мирового исправления. 

У меня лично в течение всех этих лет не возникает никаких вопросов на эту тему. Я могу кричать на ребят, ругать их за то, что они якобы плохо работают, но все равно я их люблю, они – мои дорогие ученики, мои дети. Одно к другому не имеет никакого отношения. Так же как с сыном: с одной стороны, порой отшлепал бы его хорошенько, с другой стороны, ты его любишь, и именно потому, что это твой сын, он тебе не безразличен. Одно другого не отрицает.

То же самое и между товарищами: мы с тобой занимаемся вместе, учимся, сближаемся, мы с тобой одно целое, но в этом ты не прав. "Нет, ты не прав" – "Нет – ты". Вы можете дойти чуть ли не до драки, выясняя, кто прав, но при этом оставаться между собой в любви. Мы должны привыкать к тому, что у нас есть всегда два уровня: внизу могут быть разногласия, а над этим, наверху, все прегрешения покрывает любовь.

Развивая науку, преумножая познания, проводя исследования, мы находим всё новые возможности удовлетворять себя, прогрессировать, делать жизнь комфортнее и безопаснее, а в целом – доставлять себе наслаждения. Ведь их-то нам и надо. Это известно социологам, психологам, каждому, кто вглядывается чуть глубже в человеческую природу. В этом вся наша жизнь. Каждое ее мгновение человек ищет, как сделать себе лучше и приятнее.

Однако сегодня эта парадигма подходит к концу. Наш эгоизм прекращает свое развитие, и многочисленные научно-исследовательские данные, многочисленные познания о себе и о мире показывают человеку, что в его нескончаемом беге нет реальной нужды.

Мы постоянно гонимся за наслаждением, как кролик за морковкой, и в этой гонке по кругу завершаем свою жизнь, падая прямо на "стадионе". Что же дальше?

Набираясь чуть больше разума и чувства, обретая научные знания об истории, о мире, о себе, мы, наконец, можем немного приподняться над собой посредством анализа и увидеть всю ничтожность этой жизни в самонаслаждении, в постоянных поисках максимального удовольствия с общеизвестным концом.

Постепенно человек взрослеет. Вначале он смотрит на это философски: "Такова жизнь, что тут поделаешь. Ну что ж, хотя бы проживу ее как можно комфортнее. Все так говорят, ведь альтернативных вариантов нет. Зачем страдать? Лучше уж радовать, наслаждать и даже морочить себя. За неимением другого выхода, я готов даже на наркотики – лишь бы не упустить "кайф" от жизни…"

Но затем проявляются новые ступени развития – и я уже неспособен выносить такую жизнь, когда наслаждается одно лишь "животное". Ведь подле него растет "человек", и я больше не могу постоянно ухаживать за своим "зверем". "Человек" во мне поднимает голову и не соглашается с этим. Некоторые способны отдавать все усилия на содержание домашней скотины – коров, овец и пр. Но всему есть предел – и в какой-то момент человек говорит: "Нет, хватит, я обязан идти вперед".

Когда-то мы жили племенами и все поголовно ухаживали за животными, находясь, практически, на одном уровне с ними. Но затем мы подросли – и вот я уже не хочу жить среди овец, не хочу обслуживать их и питаться ими. Ведь по сути, я завишу от них еще больше, чем они от меня. Выходит, я даже ниже, чем они.

Довольно, я уже не тот, что раньше. Я хочу быть ученым, хочу "выбиться в люди", приподняться над "животным" в себе. "Человек" в нас растет над животным телом и доходит до такого уровня, на котором уже не согласен обслуживать свое "животное", жертвуя для этого всем отпущенным ему временем.

Таков естественный, неизбежный процесс развития: на определенном этапе я хочу обрести что-то, относящееся к человеческой ступени. Что это – я не знаю, но вижу, что нынешняя жизнь меня не удовлетворяет. Мне необходимо заняться чем-то более высоким, чем-то таким, что дает ответ на вопрос: "Для чего я живу? Почему? Ради чего?"

Обозревая свой исторический путь, я изучаю открывающуюся перспективу. Куда же она ведет? Я вижу, что в природе всё происходит причинно-следственным порядком и устремлено к определенной цели. У всякой вещи и всякого явления я нахожу цель, и только у своей жизни – нет. Высочайшее создание – человек – ведет самое низменное существование.

Животное, по крайней мере, не задумывается над такими вещами, оно обеспечивает себя, порождает и воспитывает потомство и умирает. Для него это нормально, оно не ожидает чего-то большего, не впадает в депрессию, не пылает неудовлетворенной страстью.

Другое дело человек – в продолжение развития он настолько поднимается над своим "животным", своим телом, что начинает задаваться вопросами: "Неужели я должен зависеть от тела? Неужели я должен обслуживать его? Разве не должен я возвыситься над ним? Может быть, я, вообще, могу существовать без него?"

Эти вопросы, на самом деле, не так уж философичны. Ведь согласно исследованиям, огромное количество людей в мире испытывает отчаяние. Суицид становится всё более распространенным явлением. Многие потребляют наркотики – не потому, что им приятно так жить, а чтобы успокоить себя и избежать проблемных вопросов. А по сути, это ключевой вопрос о смысле жизни: "Для чего мне существовать?"

Мосты самоубийц стали притчей во языцех – суицид охватывает даже благополучные страны и распространяется среди молодежи. Причина всё та же: человек задается вопросом о том, для чего он живет, и не получает ответа. У него просто нет потребности в жизни, хотя, казалось бы, он молод, и всё у него еще впереди: работай, женись, рожай детей, получай от них удовольствие… Но ему не нужна семья, его потребности ощущаются уже не на животной, а на человеческой ступени. Вот почему люди не хотят заводить семью и детей – человеческая часть в нас выросла настолько, что мы больше не находим правильным обслуживать свое "животное".

Это не случайные явления, они масштабно проявляются на протяжении последних пятидесяти лет и проистекают именно из того, наши вопросы обрели новое качество, новую глубину и мы не знаем, как с ними справиться. Человек спрашивает: "В чем тайна жизни? Для чего мы живем? Зачем Природа с такой мудростью создала человеческое тело со всеми его системами?" Эволюция – удивительный процесс: от простейших организмов, от примитивных амеб она вознеслась на вершину развития. Для чего? С какой целью? Ведь мы видим, что каждое действие природы проникнуто небывалой мудростью и имеет цель, заданную изначально. Природа заранее знает, к чему идет. Всё подчинено строгой закономерности. Однако мы не видим результата и, в своей беспомощности, оказываемся несчастнее всех прочих созданий.

Так или иначе, эти вопросы необходимо решить. Ведь человечество пришло к всеобщему кризису, к тотальному краху. Положение критическое, опасное, жалкое – мы, словно заблудившиеся маленькие зверьки, не знаем, куда податься. И если мы не решим этих проблем, этих вопросов, то по безвыходности, из-за угроз и внутреннего стресса начнем воевать друг с другом. Возникают всё новые опасности: климат, катастрофы, безработица, нищета, голод, эпидемии… Сколько человек сможет вытерпеть?

И потому ключевой вопрос о смысле возникает не у горстки людей, бьющихся над философскими проблемами, а, по сути, у каждого, кто сталкивается с современными дилеммами. Если молодой парень не хочет жениться, и вообще, не хочет ничего от жизни, а предпочитает "лежать под деревом" по принципу "будь что будет", то для него это уже не умиротворение, как в прошлые века, а безысходность. Он лишен сил и не может начать жизнь, даже если перед ним открываются широчайшие перспективы. "Выбирай себе занятие на вкус. Мы даем тебе всё: образование, море возможностей…" Но он не хочет. Процесс уже пройден.

И потому это не философия. Люди день ото дня всё лучше понимают, что, по сути, они ведут игру, словно кто-то забавится с ними. Ты можешь принимать эту игру и соблюдать ее правила, склоняя себя "к земле", к привычным наслаждениям: вкусная еда, интересный фильм, отрады социальной сети… Если тебе удается пригнуть голову, убавить свои ожидания, приглушить в себе вечные вопросы о смысле жизни, тогда ты выживаешь до самой смерти. Но если тебе это не удается, если развитие делает свое дело и оставляет тебе всё меньше возможностей забыться, тогда жизнь твоя трудна.

Причем это не обычные трудности. Ведь мир полон изобилия – но взгляните, как мы распоряжаемся им…

Итак, перед нами очень большая проблема, и семья – первое средство ее разрешения. Она позволяет дать мне пример того, к чему я должен направлять свое развитие, чтобы отыскать ответ на извечный вопрос о бытии. Обретая способность уступать, я могу осознанно, осмысленно, своими внутренними силами, именно в подъеме над своей животной природой начать отказываться от собственных запросов.

Тем самым я выхожу из самого себя и обретаю чувство окружения. Напротив своего партнера, своего спутника жизни я могу учиться самоотречению, могу уменьшать свой эгоизм, не опускаясь при этом с человеческой ступени на животную. Я не становлюсь проще, примитивнее, ограниченнее, не запираю свой разум на засов, а наоборот, действую осмысленно и осознанно, чтобы достичь ощущения ближнего – того, кто находится вне меня.

Я начинаю ощущать окружение как оно есть. Я выбираюсь из своей "коробочки" с пятью отверстиями, из тела с пятью органами чувств – потому что здесь, внутри, я, в конечном итоге, обслуживаю свое "животное".

Именно этот выход и представляет для меня ступень Человека (Адам). Как же его осуществить? Ведь для этого мне надо получить некое чуждое, внешнее ощущение, идущее действительно откуда-то снаружи.

Сегодня я вижу мир через пять своих "животных" органов чувств. Передо мной картина, которую видит "животное". Но я хочу увидеть мир каков он есть на самом деле. А значит, я должен отказаться от себя, отменить свой эгоизм и начать присоединяться к чувствам и помыслам ближнего.

На ком же мне упражняться? На человеке, который находится передо мной, – на супруге. Вот откуда происходит выражение "подмога напротив". И тогда, благодаря этой постоянной внутренней "гимнастике", мы по обоюдному согласию поднимаемся над своей животной частью к ступени Человека.

Если я формирую в себе способность ощущать ближнего – в данном случае, супруга, – тем самым я уже обретаю способность ощутить каждого, и вообще, весь мир, всю действительность. Причем ощутить по-настоящему объективно, независимо от моих собственных свойств, над ними. Ведь я обретаю желания и мысли партнера – и через него хочу ощущать мир. Я как будто не существую сам, как будто нахожусь в нем и через него воспринимаю реальность.

Это придает мне новые ощущения, помимо зрения, слуха, вкуса, обоняния и осязания, – пять высших, внешних органов чувств. Тем самым я обретаю методику выхода из самого себя.

Вот почему мы устроены именно так, что супруг служит мне "подмогой напротив", и я могу вместе с ним приподняться над животной жизнью к жизни действительно духовной. "Духовной" в том смысле, что через ближнего я выхожу из-под власти тела, из-под его абсолютного диктата, и оказываюсь под властью мыслей и желаний, лежащих над телом. Таким образом, принцип "Возлюби ближнего, как себя" – это правило самой Природы. Соблюдая его, я обретаю ощущение подлинной, внешней Природы.

По сути, сегодня у меня нет другого выхода. Рушится семья, рушится мир, растет безысходность, беспомощность, отчаяние, наркозависимость. И всё раскрывается лишь затем, чтобы подтолкнуть нас вперед, к выходу из эгоистических рамок. В таких формах Природа обязывает и побуждает нас взойти на новую ступень внетелесного восприятия реальности. Ведь "Человек" – это то, что лежит над нашим телом, над "животным".

В целом, я состою как бы из двух тел. Одно из них – это мой белковый организм, а второе – это мое сознание, мои желания и мысли, не только обслуживающие "животное", но и возвышающиеся над ним, подобно всаднику, оседлавшему коня. Об этом "всаднике" мы сейчас и говорим: как сформировать его над "конем"? Посредством чего подняться выше "животного"?

Так вот, "подмога напротив" предоставляет человеку такую возможность.

Вопрос: Выходит, я как бы достраиваю в себе второй этаж?

Ответ: Верно. На первом этаже я всё ощущаю через свое тело с пятью его органами чувств, через свой эгоизм. И над ним я строю второй этаж, на котором ощущаю жизнь через кого-то другого. Этот "кто-то" просто помогает мне выйти из самого себя. Ведь в любом случае я должен находиться в чем-то. В чем же я выстрою себя нового? Мне нужна некая "оболочка", в которую я выйду. И потому "подмога напротив" означает, что каждому свойству во мне противостоит нечто вне меня. Так вот, если я способен выйти самого из себя и "войти", "облачиться" в ближнего, это и означает, что я поднялся ступенью выше.

Вопрос: И все-таки, что именно мы имеем в виду, говоря об уступках в семье?

Ответ: Прежде всего, я должен понимать, что уступка не является чем-то негативным. Уступая, я отказываюсь от своего эгоизма, чтобы обрести нечто более высокое, лучшее, стоящее. Я вовсе не становлюсь рабом своего партнера. Своей уступкой я благодарю его за предоставленную возможность выйти из самого себя. Ведь он помогает мне, выводит меня наружу.

Кроме того, как сказано, "каждый отрицает согласно своему изъяну". Я смотрю на партнера сквозь призму своего эго и вижу негатив, свойственный мне, а не ему. Партнер видит собственные свойства хорошими и правильными, а я – наоборот. Таким образом, здесь уже нет объективной истины. И потому мы должны рассматривать эти вещи в качестве примеров, помогающих подъему.

Вопрос: Есть ли предел уступкам?

Ответ: Мы с партнером ведем обоюдную работу, постоянно обсуждаем это. Вообще, муж с женой могут быть полностью откровенны друг с другом. Ведь неслучайно они называются "половинками" и именно вместе составляют единое целое. В духовной работе, когда супруги хотят приподняться над собой, у них нет никаких секретов друг от друга. Как раз наоборот, чем больше они открываются, тем лучше. Если их партнерство строится на подлинной взаимности, предела уступкам нет вовсе, пока каждый не почувствует другого явственнее, чем себя самого. И вот тогда человеческая ступень в человеке поднимается над "животной".

Тем самым супруги обретают верные средства, инструменты, помогающие и весь мир ощущать объективно, непредвзято, независимо от эгоизма каждого из них. Теперь они видят "перевернутый мир". Раньше жена была для меня "подмогой напротив", и весь мир я воспринимал на противостоянии себе – а теперь он обращается в противоположность, и всё, что представлялось мне в негативном свете, преображается в позитив. Я вижу, что весь мир – благо, что в нем царит свойство отдачи и любви.

Тут всё дело в том, какие "очки" надеть: черные или белые. Мы больше не видим отрицательных вещей, мы восполняем друг друга. Ведь каждый приподнялся над собой при помощи ближнего. Я "облачаюсь" в ее желания и мысли, а она – в мои, и мы вновь становимся "одним телом", как Адам и Ева. Подобно двум окружностям, мы перекрещиваемся друг с другом, создавая общую территорию, а затем увеличиваем ее, пока не сольемся воедино.

Эта общая территория уже свидетельствует о подъеме над собой, и чем она больше, тем выше подъем. Вместо своих желаний и мыслей, я принимаю желания и мысли партнера как более важные, а свои ставлю ему на службу. И то же самое делает он по отношению ко мне. Таким образом, каждый из нас как бы "облачается" в другого и видит мир через призму его разума и чувства.

Казалось бы, как я могу встать на место жены? Но дело тут не в ней самой и не в ее качествах. Она может быть очень примитивной или, наоборот, высокоразвитой – неважно. А важно то, что таким образом я обретаю средство выхода из самого себя. И когда выхожу, обнаруживаю, что суть не в ней, а в самой возможности, которую она предоставляет. Передо мной находится большая эмоционально-рассудочная система, а я могу выйти из своего "животного" и "облачиться" в нее.

И, начиная "облачаться", я вижу уже не жену. Прежде всего, я оказываюсь вне себя самого – вот что важно. И тогда я начинаю смотреть на мир через нее, через новые "очки". Их новшество в том, что они не зависят от моего эгоизма. Используя ее эгоистические свойства и принимая их вместо своих собственных, отказываясь от себя и "облачаясь" в нее, я обретаю тем самым средства, позволяющие выйти из собственной "коробочки". И тогда, благодаря этим новым средствам, вижу "перевернутый мир" – а говоря иначе, противоположный, лежащий над моим эгоизмом.

Вопрос: Почему, собственно, мой эгоизм столь проблематичен? Зачем мне выходить из него? Ведь в сущности, он меня бережет.

Ответ: Он ограничивает меня. Разумеется, я оставляю его на службе своим базовым "животным" потребностям, я делаю всё, что требуется для поддержания тела, я даю ему пищу, секс, семью. А в остальном эгоизм – только помеха, и мне не нужна его защита. Ведь если я выхожу из самого себя наружу – кто сможет мне навредить? Наоборот, там я вижу другой мир, и люди представляются мне иначе. Теперь я смотрю не через призму эгоизма – и потому не терплю урон. Ведь любой ущерб наносится именно эгоизму.

Выход из собственной эгоистической природы создает для меня совершенно новую ситуацию. Исчезают страхи, волнения, никто не наносит мне вреда. Всё это – атрибуты себялюбия, в котором я больше не нахожусь. Я обрел другой подход к жизни, к миру. И если я полностью выхожу наружу, то ни у кого нет шанса причинить мне какой-либо ущерб. Наоборот, я обнаруживаю, что весь мир – добро. Если же мне открывается некий вред или некая угроза, это лишь показывает, в чем я еще должен исправить себя и подняться над собой.

Вопрос: Если супруги развивают такой подход и начинают смотреть на мир друг через друга, как это сказывается на их отношениях?

Ответ: Теперь, как пара, они находятся на человеческой, а не на "животной" ступени. Они обслуживают друг друга и связаны друг с другом на новом уровне и только ради этого существуют.

А иначе для чего вступать в брак? Чтобы завести детей? Чтобы обслуживать чье-то тело? У меня и так есть всё необходимое: еду я покупаю в магазине, секс – более чем доступен. Так зачем мне семья? Что она даст мне, кроме проблем?

Так вот, здесь мы обретаем возможность приподняться над "животным" уровнем к человеческой ступени. И для этого стоит жениться, стоит жить вместе, при условии, если у меня есть настоящий, верный партнер.

Вопрос: Как это проявляется в повседневной жизни?

Ответ: В повседневной жизни мы каждое мгновение понимаем, что находимся в определенном обоюдном процессе, – и каждый помогает другому на этом пути. Однако это не значит, что мы поддерживаем идеальные отношения. Наш идеал в том, чтобы постоянно дополнять друг друга, постоянно обеспечивать партнера "горючим", энергией, устремлением на прекрасную цель, чтобы каждый мог подниматься над собой. Там, поверх "животного" уровня, мы хотим жить поистине душа в душу – т.е. как две души, а не два тела.

Это придает нам способность ощущать друг друга – внутренне, в полноте и совершенстве, а кроме того, чувствовать точно так же весь мир. Ведь раз уж я вышел из самого себя, то всю действительность теперь вижу иной: она больше не зависит от моего эгоизма, и я взираю на нее объективно.

А объективный ракурс раскрывает мне такие явления, о которых я не мог и помыслить, такие вещи, которые я не мог видеть раньше, поскольку эгоизм скрывал меня от них. Я смотрел на мир через него, и он полностью "фильтровал" мое восприятие, показывая лишь то, что сулило ему наслаждение либо угрозу. А сейчас всё открыто передо мной, и я вижу мир без эгоистических искажений, таким, каков он есть.

Вопрос: Но ведь я должен знать, какие факторы в этом мире обещают мне наслаждение, а какие таят угрозу?

Ответ: На "животном" уровне базовых потребностей – конечно. Поэтому мы продолжаем кормить свое "животное", даем ему сексуальное и семейное удовлетворение, взаимно обслуживаем друг друга. Мы обеспечиваем его всем необходимым, поскольку насущные нужды "не осуждаются и не восхваляются". Семейное гнездышко, забота о физическом благополучии и здоровье – всё это, само собой, остается. Подобные вещи вообще не относятся к эгоизму, они есть и у животных. Каждый будет по-прежнему получать их в мере необходимости.

Однако сейчас речь идет о "добавке" – том, как нам вместе расти на человеческой ступени. И это – добавка новых помыслов и новых чувств во взаимоотношениях с партнером.

Вопрос: Неужели в этих взаимоотношениях у меня не будет механизма, показывающего, чем я могу насладиться и чего должен остерегаться?

Ответ: Будет, но только с привязкой не к эгоизму, а к желанию выйти навстречу ближнему и реализовать его. Вначале я буду действовать по принципу: "Не делай другому того, что ненавистно тебе", а затем перейду к принципу "Возлюби ближнего, как себя". Вместо себялюбия – любовь к ближнему. Я "облачаюсь" в него и выполняю все действия – чувственные и рассудочные, – которые нахожу в нем.

Вопрос: Но ведь я люблю себя.

Ответ: В том-то и дело, что эта любовь дурна. Она обманывает тебя, она застилает от тебя подлинную реальность, и в результате ты постоянно заботишься об этом "животном".

Сколько можно его любить? Ты предан, продан ему и все время заботишься о нем. И хотя подобное рабство кажется тебе любовью, но надо сделать расчет: сколько сил стоит отдавать на прокорм этого "ненасытного чрева"?

И напротив, выходя наружу, ты избавляешься от забот о себе на человеческой ступени и вместо них обретаешь заботы ближнего.

Вопрос: А кто же будет заботиться обо мне?

Ответ: Никто. Тебе это не понадобится, ты забудешь о себе. У тебя даже вопросов об этом не будет.

Вопрос: Мало мне было собственных забот – так теперь я получаю заботы других? А собственно, что такое забота о ближнем?

Ответ: Заботиться о ближнем – значит удовлетворять все его желания и страсти больше, чем если бы они были мои. Это и есть любовь: я удовлетворяю чьи-то желания с помощью всех средств, которые у меня есть, – вместо забот и потребностей, которые раскрываю в себе. Все свои возможности и способности, все заботы и желания я ставлю на службу ближнему, чтобы удовлетворять его. И в таком случае его материальные потребности становятся моим духовным приобретением – т.е. достоянием моей человеческой ступени.

Здесь речь идет о тех людях, которые понимают, что они должны приподняться над своими "животными". Если человек лежит на диване, поглаживая свою собаку, и ему хорошо – то и говорить не о чем, кроме недостаточного развития человеческой ступени в человеке.

Однако есть люди, которые не могут и дальше соседствовать со своей "собакой", им обязательно нужно приподняться над ней. А для этого нужна помощь извне, со стороны супруга – "подмога напротив". Она действительно противостоит мне, и как следствие, я испытываю отвращение, ненависть… Здесь во взаимоотношениях супругов раскрываются очень тяжелые состояния: они ведут борьбу, между ними возникают конфликты, столкновения – и в то же время они могут взаимно помогать друг другу. Все время они должны оберегаться от падения в свое "животное" начало, что станет настоящей катастрофой. Ведь тогда всё хорошее, чего они добились вместе, обратится двойным злом для каждого лично. Зато если они удерживают себя наверху, то наслаждаются процессом и его результатами.

Возможно, мы найдем этому альтернативное объяснение, но так или иначе, это и есть любовь.

Итак, "любовь" – это когда я использую все свои способности лишь на то, чтобы удовлетворять ближнего. В таком случае я люблю его – на четверть, наполовину или на все сто процентов. Так измеряется любовь: я обязан поддерживать насущные надобности материального, "животного" состояния, а все свои способности применять лишь на службу ближнему.

Как же мне достичь такой любви? И какая от нее выгода? Что она мне даст?

Здесь надо показать человеку, что семья, супруг и высокая взаимосвязь между ними могут стать средством для подъема в высшее состояние. И тогда это – стоящее дело. Если же всё сводится к "животному" существованию, человек этого не захочет. Ему и так хорошо – так зачем еще уступки и усилия? Единственная возможность – когда ему ясно, что тем самым он обретает вечность, нечто высшее. Вот что нам необходимо ему объяснить.

Разумеется, это непросто, лень и эгоизм встают здесь стеной. И все-таки это возможно, ведь желание людей велико, они ищут этого, они хотят ощутить такое взаимное включение, которое называется "любовью", – и только не знают ключа к нему. А значит, мы должны создать систему воспитания, которая будет обучать любви, путем объяснений, упражнений, семинаров и пр.

"Животная" любовь – это себялюбие, инстинктивное самонаслаждение, которое всем понятно. Однако миру недостает подлинной любви. Каждый человек ищет и не находит ее в своей "животной" жизни, в современных взаимоотношениях между партнерами. И потому он не желает вступать в брак. Но если показать ему, что это возможно и что вместо опустошенности он может обрести некое особое наполнение, если провести с ним несколько упражнений, семинаров, обсуждений, если поместить его под воздействие окружения, тогда, уверен, он достигнет желаемого.

Ведь сегодня человеку больше нечем себя удовлетворить. Он пуст. Люди летают по миру в поисках чего-то особенного, блуждают по телеканалам, не находя ничего заветного. Весь мир занят тем, чтобы морочить себе голову, не оставляя ни секунды на размышление, поскольку нет ничего хуже, чем задуматься и осознать происходящее. Так уж мы устроены…

Так давайте зайдем с другой стороны: для чего весь этот сумбур? Для чего наркотики? Для чего забивать жизнь ерундой? Ведь мы нарочно выстраиваем ее так, чтобы она постоянно утруждала нас заботами. Общество живет вечной сутолокой и суетой – затем лишь, чтобы давать людям "дело", пичкать их чем-нибудь. А иначе о чем они будут помышлять? Что будут делать? Сегодня половину мира можно освободить от работы, но что будет с людьми? Чем они займутся? Будут сидеть весь день сложа руки? Это было возможно пару тысяч лет назад, но не сегодня. А значит, им необходимо обеспечить какое-то занятие. Власти и правители специально создают такие системы и механизмы, чтобы люди кружились в них, как белки в колесе, замороченные, но чем-то занятые.

Но сегодня, когда близится вал безработицы, единственное решение – обучать их любви.