Каббала, наука и смысл жизни

По мере того, как человек духовно развивается, он становится все более твердым, упрямым, упорным. Высший свет держит его в таком состоянии, и в каждом своем действии, каждую минуту жизни человек находится в анализе всего, что с ним происходит, и как он может направить себя на правильный путь.

Сначала он анализирует, затем сортирует, потом сжигает, отрезает, умертвляет свои эгоистические намерения четырьмя видами смерти, оставляя чистые желания, и только после этого начинает исправлять их, присоединяя к альтруистическим намерениям. Вместо того, чтобы думать о себе, он начинает думать о других. Вместо того, чтобы заботиться о себе, – заботиться о других. Вместо того, чтобы любить себя – любить других. И так во всех случаях жизни проводить свои намерения через других на Творца.

Поэтому для коэнов – это  самый высший, самый большой, самый серьезный, самый духовный закон и решение.

Внешне кажется, что решение коэна постоянно меняется. Однако внутренне оно направлено в одну точку. Но поскольку эгоизм все время колеблется в разные стороны, то получается, что человек словно петляет по пустыне Синай, пока полностью не вычистит его.

Поэтому он не изменяет предыдущее решение, а только уточняет его, как ракета, которая все время корректирует себя по следящей системе, каждый раз меняя угол полета и возвращаясь на заданный курс. Так и человеку кажется, что в нем постоянно происходят изменения, в то время как цель и направление остаются прежними. Это – будущее слияние его с Творцом, со свойством абсолютной отдачи и любви, в полном объединении между собой всех разбитых душ.

Если человек постоянно направлен на это, то он идет по оптимальному пути.

Стремление к единству – первично. Затем на него приходит свет в соответствии с нашей молитвой. И после этого уже, в связи между собой, мы начинаем ощущать Творца. Такая работа должна быть в нас постоянно.

Если же вы падаете под воздействием внешнего эгоистического поля, это говорит о том, что вы не продвигаетесь. В течение дня вы должны хотя бы несколько раз возвращаться к необходимости ощущения центра группы.

Это ощущение влюбленности никак не связано с подлинной любовью. Неслучайно сказано в Торе: "Не следуйте за своим сердцем и своими глазами" – это не любовь.

Всеобщий кризис в этом вопросе вызван именно тем, что мы стали называть любовью половое влечение. Разумеется, его надо удовлетворять, но, в любом случае, оно стоит в ряду других влечений, обращенных на пищу, семью, деньги, почести, власть, знания…

Влечение это особенно характерно для человеческого рода. Среди животных оно, как правило, диктуется сезонными либо иными четкими ограничениями и предназначено лишь для продолжения рода. У нас же оно не связано "календарными" сроками – ведь человек, вообще, возвышается над естественной цикличностью, оторван от природы.

Так или иначе, эта страсть развивается вместе с нами и в разные периоды истории принимала различные формы. Скажем, в античном мире "в моду" входил гомосексуализм, а позже религия наложила на эту сферу собственные законы.

В принципе, нашим развитием движет растущий от поколения к поколению эгоизм – и соответственно, в нас всё ярче разгорается половая страсть, наряду с прочими побуждениями, на что бы они ни были направлены. С течением времени мы серьезно меняемся – по мере фундаментальных перемен в эгоистическом желании насладить себя.

Но сегодня ситуация обострилась: мы уже не в состоянии уживаться друг с другом в течение длительного времени. Как показывает статистика, проходит несколько лет, и внезапно между нами возникает нечто вроде детонатора, неизбежно ведущего к взрыву – к разрыву связи.

И потому в наши дни общее мнение склоняется к тому, что можно обходиться и без семьи, либо менять ее время от времени, снова и снова обновляя израсходованный семейный потенциал. Здесь надо учитывать и то, что мы живем в два раза дольше, чем в прошлых веках, и это несет нам дополнительные проблемы.

Ну а в принципе, нет связи между сексом и подлинной семьей, между сексом и подлинной любовью. Секс сам по себе – это всего лишь телесное влечение. Если я правильно понимаю себя, то, руководствуясь этим внутренним позывом, на фоне ценностей общества, вижу, какой "объект" подходит мне для того, чтобы "разгрузиться".

Как бы мы ни называли эту власть гормонов, разумеется, речь идет вовсе не о любви, которую нам почему-то хочется связать с сексом. Это просто влечение, и ему есть место в обычной жизни.

Но если мы хотим говорить о любви, то она не относится к прежним, привычным представлениям, связанным с сексом. Зато она относится к семье.

Вопрос: Любовь полностью оторвана от прежних понятий или выстраивается над ними новым "ярусом"?

Ответ: Секс присоединится к любви, но она созидается вне всякой связи с гормонами. Именно таким образом мы можем создать нечто позитивное, прочное, глубокое, вечное.

Вопрос: Значит, крепкая и продолжительная связь любящих сердец вовсе не должна начинаться с "гормональной" страсти?

Ответ: Верно. Мы говорим о совершенно ином пути соединения, которому надо обучать, о выработке новых взаимоотношений, лежащих над нашим эгоизмом, над нашими желаниями. Это страсть к внутренней связи с человеком, который становится для тебя другом, верным спутником, который подставляет плечо, вселяет уверенность, дополняет, понимает и сопровождает тебя бесконечно.

Но при условии, если связь эта непреходяща, если она не "разменивается" на несколько одновременных "альтернатив", как бывает в сексуальных отношениях, которые в наши дни подчинены сиюминутным позывам и свободны от обязательств. Любовь не может царить над ними. Наоборот, только если есть настоящая любовь, внутренняя связь между людьми, тогда к ней можно присоединять сексуальную близость.

Вопрос: Значит, подвижки в сексуальной сфере вызваны общим ходом развития, так же как и другие человеческие страсти?

Ответ: Разумеется. К примеру, сегодня наша пища кардинально отличается от того, чем питались сто или двести лет назад. Раньше люди ели простые вещи, а теперь средняя семья накрывает стол, которому позавидовали бы короли, и пользуется небывалым ассортиментом продуктов.

Вопрос: Современные данные действительно позволяют назвать страсть гормональным возбуждением, в результате которого человек "загорается", пленяется кем-то…

Ответ: Некоторые привыкают к связи с определенным партнером, другие, наоборот, неспособны удовлетворять свое половое влечение с одним и тем же человеком. Кому-то по природе требуется несколько партнеров, либо новый партнер каждый раз – так уж он устроен. Это не искоренить.

Мы наблюдаем эти "искажения", необычные вариации, которые сегодня уже признаются нормальными и легитимными.

В целом, речь идет о телесном свойстве, которое, подобно голоду, требует насыщения. И общество должно быть устроено таким образом, чтобы, аналогично потребности в пище, человек имел возможность удовлетворять телесные нужды подобного рода.

Вопрос: В таком случае, как врожденные или приобретенные свойства человека должны сочетаться с влиянием общества?

Ответ: Общество влияет только на форму выражения естественных страстей. Скажем, кто-то от рождения предпочитает вегетарианскую пищу, кто-то – мучную, кто-то – рыбную и т.д. Общество своим влиянием не может кардинально изменить врожденные вкусы, которые к тому же обусловлены физиологией и даже связаны с чертами характера.

То же касается и сексуального влечения: оно во многом проистекает из наследственности, и внешние воздействия неспособны принципиально изменить формы его проявления. Природа человека определяет его сексуальные привычки, так же как и пищевые.

Правда, по мере роста желаний общество может больше влиять на них, и приобретенные привычки становятся второй натурой – в еде, в сексе, в семейных отношениях и т.д.

Однако, в конечном счете, я отставляю всё это в сторону, отношу к телесным свойствам человека и не придаю им избыточной важности. Они неизбежно обуславливаются нашей физиологией. Посредством гормональных инъекций можно усиливать страсть, или наоборот, уменьшать ее. В свое время мне было трудно принять это, но в итоге я усвоил физический аспект тех чувств и эмоций, которые все мы испытываем.

Полагаю, этого понимания очень недостает современной молодежи, да и не только молодежи. Речь идет о совершенно ясных вещах, о научных фактах, однако мы не желаем о них знать – возможно, потому, что предпочитаем однозначной истине "загадочный туман"… Ведь иначе столько книжек, столько голливудских фильмов обесценятся в наших глазах. Людям приятно связывать понятие "любви" с половым влечением.

Вопрос: Давайте вернемся к правильным отношениям с партнером, который, как вы сказали, должен стать для меня верным спутником.

Ответ: Речь идет о спутнике другого пола – другого как физически, так и душевно. Я чувствую, что мы внутренне восполняем друг друга, но это уже не сексуальная страсть, и я не могу взаимодополнить ее с партнером того же пола.

Мужчина может стать для меня замечательным товарищем (хавер – חבר) от слова соединение (хибур – חיבור). И любовь в этих отношениях другая – товарищеская.

Здесь же речь идет о любви, которую поддерживает сама Природа. Ведь со спутником жизни я восполняю всё то, что касается пищи, секса и семьи. Более того, с этим человеком я обретаю деньги, почести и знания. Таким образом, во взаимосвязи, проникнутой настоящей, глубинной любовью, я претворяю в жизнь все свои страсти.

Любовь – это внутреннее пространство, в котором я даю правильное выражение своим чаяниям, и там – место для моей жены (или мужа). А в более широком смысле, любовь – это, вообще, внутренняя взаимосвязь между людьми. Когда у меня есть друзья, и я внутренне связан, сопряжен с ними, тогда между нами развивается, воцаряется чувство под названием "любовь". Если я хочу доставлять удовольствие другому, удовлетворять его желания, его потребности, и если я способен на это, значит, я люблю его. И, как правило, это обоюдно.

Реплика: Возвращаясь к союзу мужчины и женщины: вы описываете очень интимную связь между партнерами…

Ответ: Настолько крепкую и полноценную, что третьему уже не вступить на эту территорию. Никто не видит этого объятия душ, не может ощутить, насколько они сплелись, прониклись друг другом. Это своего рода копия с физической близости, только на душевном уровне.

По сути, физическое соитие должно пробуждать в нас потребность в такой "игре", отправлять на поиски желания друг в друге, пробуждать "аппетит" к внутренней связи. Этот "роман" душ заставляет меня понимать, чтó партнер хотел бы получить от меня, как я могу удовлетворить его, помочь ему, как вместе нам отыскивать друг в друге те живительные сосуды, без которых мы чувствуем себя опустошенными.

И происходит всё это не между телами, а именно в чувствах, на уровне души.

Реплика: Психологи называют такую связь "романтической любовью"…

Ответ: Их "романтическая любовь" базируется на гормонах, а мы, наоборот, сначала взращиваем настоящее чувство, а затем добавляем к нему и гормональный аспект.

С другой стороны, на практике мы обращаемся к людям, между которыми уже есть физическая связь, и чтобы протянуть нити от сердца к сердцу, нам надо углублять и расширять этот начальный "задел", следуя общепринятым путем.

Реплика: Тогда давайте перейдем от первой вспышки чувств, от всполохнувшей влюбленности, к тем отношениям, которые затем устанавливаются. В них имеются два компонента: половая страсть и желание укреплять более интимную связь…

Ответ: Полагаю, это довольно хрупкое желание, навеянное романтическими фильмами. Люди не понимают, что для подлинной его реализации необходимо вкладывать огромные силы, добиваться взаимопонимания, умерщвлять в себе эго, позволять партнеру входить внутрь и самому нежно проникать в него…

Вопрос: Как же между двумя людьми создается такая глубокая, интимная связь? С чего начать?

Ответ: Здесь нужны познавательные беседы о человеческой природе и психологии, а также о нашей душе, о неизбывном томлении по более глубокой любви: откуда оно проистекает и почему. Ведь страсть эта свойственна только человеческому роду.

Объяснения будут перемежаться семинарами, закрепляющими материал и побуждающими к внутреннему поиску, чтобы люди сами старались создавать сосуд, страсть к любви.

Я хочу, чтобы меня любили душою, по-настоящему, чтобы партнер вступал внутрь, наполнял, понимал меня, окружал заботой, поддерживал, укреплял – подобно тому как мать все время заботится о малыше. Я жду, чтобы он проявлял всё больше возможностей доставить мне удовольствие, нес мне ощущение безопасности, теплого объятия – одним словом, внутреннее наполнение.

А с другой стороны, сказано: "Возлюби ближнего, как самого себя". Иными словами, такое же отношение я сам должен развивать по отношению к партнеру, понимая, что и в нем горит та же страсть, та же потребность, только проявляющаяся в каждой грани чуть иначе. Ведь мы все-таки разные люди и к тому же разного пола. Но в принципе, подход одинаков: пускай по-своему, мы оба хотим одного.

И вот тогда, обращаясь на семинарах к партнеру по принципу любви к ближнему, как к себе, мы выясняем, как это осуществлять, как проявлять в другом эту страсть, посредством чего проникать друг в друга. Это не грубое вторжение – я "проскальзываю" внутрь, чтобы заполнить пустое пространство. Более того, я раскрываю его, проявляю желание, как аппетит перед едой.

Так каждый проверяет это чувство в себе и старается создать в другом. И внезапно, благодаря взаимной работе, мы обнаруживаем внутри огромные "полости", просторы, которые и есть душа.

Помимо "животного" уровня, требующего телесных, земных, традиционных удовольствий, это – самая большая страсть человеческого рода. Именно это нам нужно, и если человек способен насыщать эту страсть в ближнем, получая взаимное ответное насыщение, то у него просто не остается других потребностей, желаний, внутренних пустот. Ведь тем самым он обретает полное удовлетворение. Так уж мы устроены.

И потому все проблемы человечества – террор, войны, силовые противоборства, гордыня, раздоры – всё это вызвано тем, что мы неспособны раскрывать внутренние пространства любви, оставляя их, словно темные, пустые пещеры, глубоко в толще душевных пород. Если мы начнем решать эту проблему, то обеспечим полноценное решение всему. Именно здесь заложен ключ к успеху, и когда мы воспользуемся им – как следствие, улягутся все прочие проблемы: болезни, конфликты, извращения…

Нам больше не нужно будет метаться среди бескрайних полок с товарами для эгоизма и путаться в его бесконечных капризах. Вместо этого мы займемся главным, обретем "высшее мастерство", создадим "высшую культуру", которая даст нам всё. Мы начнем понимать друг друга, начнем по-другому смотреть на людей. Ведь если в человеке горит любовь к товарищам, к спутнику жизни, то он выглядит совершенно иначе, и это в корне меняет наши отношения.

Сказано: "Все преступления покроет любовь". У нас в обществе есть множество недостатков и проблем, от которых люди сбегают в наркотики, погружаются в отчаяние, а то и склоняются к самоубийству. И все эти "преступления" любовь способна "покрыть". Но только подлинная любовь, а не секс. Он служит лишь негативным, кратким возбуждением, несущим множество сопутствующих проблем.

Разумеется, я не выступаю против секса, а только констатирую сложившуюся с ним сегодня ситуацию.

Вопрос: Значит, "искусство любви" способно придать новый расцвет человечеству и вывести его на новый уровень взаимосвязи между людьми. Что касается отношений со спутником жизни: как мы с ним учимся этому мастерству?

Ответ: Я представляю себя младенцем на руках у матери. Ведь именно забота, любовь является ключевым фактором нашего роста. И наоборот, дети, лишенные ее, испытывают проблемы в развитии и даже в физическом здоровье. Отношение решает всё. Мы растем на ощущении любви. И вот, я лежу на материнских руках, еще ничего не зная и не понимая, как маленький зверек, – но уже чувствую любовь.

Представляя себе такое состояние на семинаре, я начинаю описывать его: каково это? Какие пустóты во мне наполняются? Я погружаюсь в себя и, не жалея слов и чувств, рассказываю о том, что такое любовь. Я не просто обозначаю ее, а тяну за эту ниточку и раскрываю всё больше.

А далее, такой самоанализ, такое внутреннее исследование откроет мне, что и в партнере заложены те же пустóты, те же потребности в заботливом, любящем отношении. И я начинаю наполнять их, подобно матери.

Так, посредством серии семинаров, мы раскрываем, что же это такое – чувство любви. Оно выражается в том, что другой наполняет меня – все мои "каверны", желания, страсти, которые ранее ощущались пустыми, неудовлетворенными.

Младенец рождается с желанием – он хочет, чтобы о нем заботились. Именно поэтому он чувствует любовь матери и успокаивается у нее на руках, хотя, казалось бы, принципиально ничего не изменилось. Вдыхая ее запах, он перестает плакать и расслабляется…

Всё потому, что потребность в любви, в отношении, рождается вместе с нами и проявляется уже в материнском лоне. И теперь, на первых семинарах, мне надо понять, разобраться в тех своих желаниях, удовлетворить которые можно только заботливым отношением ближних – любовью. Я хочу выявить в себе негативные ощущения, незаполненные пустóты, неудовлетворенные желания, недостачу, требующую наполнения. Я ищу то, чего мне недостает и что можно получить только от ближнего.

Так же маленькому ребенку нужна мать, и ничто другое ее не заменит. Это признак того, что любовь – главное, основное, чего нам недостает. В том числе и взрослым. Всю жизнь с начала до конца нас должно сопровождать ощущение любви.

Однако мы перекрываем ее течение, потому что не заботимся о ней. Вырастая, я всё меньше нуждаюсь в уходе матери, естественным образом отдаляюсь от нее. И здесь надо понимать, что по мере этого отрыва от родителей мы должны растить, проявлять в детях и молодых людях желание, потребность в подлинной, глубинной связи, имя которой – любовь.

По сути, общество, спутник жизни, и вообще, отношение ко Вселенной, к неживой, растительной и животной природе и к человечеству – всё это должно придавать мне ощущение материнской заботы. Неслучайно мы называем Природу матерью – именно так должен относиться ко мне окружающий мир.

Этим мы "поддеваем", "зажигаем" человека на семинаре, побуждая его проверить, каково это – быть малышом на руках у матери, а затем расти подле нее. Что она дает мне? Как согревает и вселяет уверенность, как заботится обо мне, делая для меня всё то, чего сам я сделать не могу. Мне еще рано есть твердую пищу – она даст кашицу. Я не могу помыться – она помоет меня, и т.д.

Так проявляется забота ближнего – прежде всего, в том, на что я неспособен самостоятельно. Тем самым я раскрываю потребность, вечную недостачу в заботливом отношении ближних – отношении, которого я никогда не смогу обеспечить себе сам. Мне не заполнить эту зияющую пустоту внутри, только другой может позаботиться о ней.

Я хочу, чтобы мною дорожили, чтобы меня ценили, хочу чувствовать себя особенным, прекрасным – и это можно почерпнуть только от окружающих. Иначе, не получая такого поощрения, мы страдаем всю жизнь.

А не получаем мы его потому, что, оторвавшись от матери, не восполняем утраченное посредством окружения, будь то партнер или друзья. В древних племенах люди восполняли этот недостаток, ребенок рос в большой семье и получал от нее непрестанное ощущение любви, заботы. И потому люди тогда были намного более целостными, естественными, спокойными. Правда, и желания их были меньше.

А у нас – не так. Мы с детства всё более "увечны", ущербны, лишены главного наполнения, которого не обеспечивает нам общество. В отличие от древних племен, с вавилонской эпохи оно развивается эгоистически, и у нас создался огромный дефицит любви. Растущий эгоизм несет нам эту пустоту.

И именно поэтому, когда единое прежде человечество стало дробиться под натиском эгоистичных порывов, пришел Авраам и сказал: "Возлюбите ближнего, как самих себя. Так вы восполните, компенсируете всё".

Вопрос: Противоречит ли этот призыв самобытности, индивидуальности?

Ответ: Нет. Напротив, каждый раскрывает в себе еще большее пространство, становится еще более особенным. Возврат к единству меж нами сохраняет самобытность и уникальность. Индивидуум остается и расцветает в условиях заботливого ухода, позволяющего ему проявлять еще бóльшую страсть к любви со стороны ближних.

В действительности, выявляя эти внутренние пустóты, я обнаруживаю, что только человечество в целом может заполнить мне их. Через первичную связь со спутником жизни я раскрываю новые желания, которым требуется окружение друзей, общества, всего мира. Моя любовь расширяется, всё так же поддерживаемая базовыми, семейными отношениями, но достигающая уже общечеловеческих масштабов. Оказывается, я живу именно в том пространстве, которое мне открывается, в новом ощущении взаимной заботы.

Это и есть жизнь в подлинном смысле – взаимная любовь, нити, соединяющие сердца. Это уже не мое личное, индивидуальное пространство – ведь здесь я испытываю отдачу извне и отсюда сам несу отдачу всем. Я люблю их, как себя, и эта взаимность сохраняется – иначе я не чувствовал бы их, а они – меня.

Так моя любовь к другим обращается для меня наполнением. Чем больше я люблю ближних, чем больше несу им благ, тем больше это наполняет меня. Наши отношения становятся единым целым, и уже нет никакой разницы между моей любовью к ним и их любовью ко мне. Теперь это общее достояние.

Тогда наши внутренние пространства начинают соединяться – и по своей пустоте, и по своему наполнению. А материальные запросы, будь то еда или секс, играют роль сопутствующих факторов, и не более.

В итоге человек не чувствует никакого отрыва: его желания растут количественно и качественно – и общество удовлетворяет их. Как следствие, он предан обществу, любит всех и, получая блага от них, сам дает блага окружающим. Нет отчуждения, нет измен, ненависти – всё течет естественно, потому что такая любовь просто не оставляет возможности делать что-то против общества, вопреки ему. Это чувство завоевывает нас, овладевает нами – не по принуждению, а само собой…

Вопрос: Нащупав пустоту в себе, я понимаю, что она жаждет любви и наполнить ее может только настоящий спутник жизни. Что дальше?

Ответ: Прежде всего, речь идет о наиболее естественном, наиболее близком мне партнере. И в наших отношениях всё зависит от нас самих, от того, как мы будем развивать взаимосвязь, проникнутую любовью.

При этом поначалу я раскрываю пустоту в себе эгоистически, желая, чтобы мне ее заполнили, – а затем начинаю понимать, что она заполнится только на основе обоюдных отношений. А значит, я должен нести такое же отношение партнеру.

И тогда внезапно обнаруживается, что, заботясь о нем, я и сам получаю от этого удовольствие. Так мы ведем обоюдную учебу, обоюдное развитие.

Мать испытывает огромное наслаждение, заботясь о малыше. Для нее нет ничего желаннее, выше, лучше. Вот что такое любовь: я забочусь о ком-то и получаю от этого удовлетворение, наполнение, воодушевление, прилив чувств, не позволяющий мне отключаться от заботы о любимом человеке.

Итак, лишь на основе внутренней пустоты, внутреннего позыва к любви, которой я жажду от ближнего, мне надо развивать такое же отношение к нему. В этом заключается принцип "Возлюби ближнего, как самого себя". И когда мы начинаем правильно работать над его реализацией, я чувствую, что на самом деле получаю удовольствие не лежа младенцем на любящих руках, а неся любовь другим.

А поскольку другие тоже не удержатся здесь, земля эта окажется разорена войнами так же, как сегодня Сирия, и еще того хуже.

Вопрос: Что если человек хочет жить в государстве Израиль, но его не тянет в духовную землю Исраэля?

Ответ: Стремление в одну только материальную землю Израиля – это еще хуже, чем оставаться за рубежом. Чем жить здесь, не соответствуя понятию "Эрэц Исраэль", лучше жить где-нибудь еще.

Разумеется, это не значит, что человек должен оставаться за границей. Суть в другом: здесь он обязан исправлять себя, чтобы и внутренне жить в земле Исраэля – в желании, устремленном прямо к Творцу, навстречу единству и любви к ближнему. И напротив, живущие здесь люди, пока они не исправлены, постоянно создают для себя проблемы.

Ведь кроме нас, ни у кого в этом мире нет свободы воли. Только мы живы двумя силами: эгоизмом, намного бóльшим, чем у других, и духовной искрой. Между ними мы можем выбирать, в какую сторону нам обратиться. Ну а другими народами движет одно лишь получающее желание: что его влечет, то ими и управляет.

Так что, нам не с кого и нечего спрашивать. На самом деле мы вовсе не зависим от таких людей, как, скажем, Керри или Обама. От них не дождешься справедливости или подлинного участия. Ими тоже управляют свыше. Мы зависим лишь от того, как выполняем или не выполняем программу творения. Только единство меж нами улучшит наше положение.

А потому, если ты хочешь поселиться в государстве Израиль, то должен знать: чтобы жить здесь, тебе необходимо изменить себя сообразно с землей Исраэля. Ведь это особая земля, способная "поглотить" живущих на ней, если они не соответствуют ее сути.

Ну а пока мы живем здесь, что называется, "по высшей милости" – нам просто выделено некое время на самоисправление. По тому же принципу, после выхода из Египта еврейский народ получил "разрешение на въезд" в землю Исраэля лишь на условии, если станет "как один человек с одним сердцем" и "возлюбит ближнего, как себя"

. Только единство дает право жить здесь, и народу было дано сорок лет в пустыне – чтобы подготовить себя к ступени Бины. Да и потом ему пришлось завоевывать эту землю – т.е. люди получили такие желания, которые еще надо было покорять. С ними очень трудно работать…

Вопрос: А почему соседние народы тоже претендуют на эту землю?

Ответ: Потому что она добра и приветлива – ведь евреи, находясь здесь, развивают ее. Но как только они уйдут, она снова превратится в пустошь.

Итак, народами, которые хотят жить здесь, управляет Творец. А евреям это желание дано на свободных началах, чтобы они сами привели его в соответствие с Его желанием. Вся разница – в свободе воли. Народы ведут себя сообразно с расстановкой сил в нас.

Поэтому для того, чтобы подтолкнуть человека к духовному, ему создают проблемы. Но эти проблемы уже направленные. В самом конце удары проходят по Фараону, однако до этого, в семь голодных лет, страдает народ Израиля. Им не дают кирпичей, вынуждая делать их самим и работать с утра до ночи без отдыха. Все идет через страдания.

Все зависит от того, какие страдания мы выбираем. Духовные страдания вызваны тем, что я далек от отдачи. Чем дальше мы продвигаемся, тем качественнее становятся страдания, и в итоге, мы приходим к выходу.

Но все же это страдания. Человек не способен продвигаться от хорошей жизни. Если он чувствует наслаждение, это тут же наполняет и останавливает его. Так происходит во всем мире. Дайте людям полное изобилие, и они будут жить, ни о чем не задумываясь, как животные.

Только если в них увеличивают желание, им приходится искать, как наполнить его. Или же сбегать от боли, когда не просто чего-то не хватает, а уже по-настоящему болит. В этом случае они достигнут наполнения. Самое надежное, это направлять творение посредством ударов и страданий. Ведь природа всего творения – это желание насладиться, а не желание отдачи.

Либо нужно увеличить чувство голода в желании насладиться, либо заманчивость получения. Человек – это машина, которая чувствует пустоту в своем желудке. Или же вместо этого можно нарисовать ему стол, полный вкуснейших угощений, и тогда в нем пробудится аппетит, даже если он не очень голоден.

То есть можно увеличить желание, воздействуя из двух источников. Но оба они действуют со стороны получения, а не отдачи. Невозможно притянуть человека с помощью силы отдачи, если только не делать это через группу.

Если я включаюсь в группу, то начинаю понимать, что мое продвижение вообще не зависит от пустоты в моем желудке и от прекрасной тарелки перед моим носом. Продвижение происходит в более высокой плоскости: по оси, идущей от недостатка отдачи к все большей возможности отдачи.

Тогда я начинаю работать с группой и не обращаю внимания на то, что ощущаю в желудке или на тарелку перед собой, а перехожу в новую плоскость. До сих пор я продвигался в одной плоскости, по нижнему ярусу шоссе: убегая от пустоты в желудке в сторону наполнения.

А теперь, я хочу продвигаться не в обычной плоскости, а выше нее и попадаю на новый ярус: на шоссе, идущее от меньшей отдачи к большей. Там я продвигаюсь согласно совершенно другим ценностям.

На нижнем ярусе находятся врата нечистоты, получение, а на верхнем – врата святости, отдача.

Духовный мир – это не постоянное состояние, а наоборот, изменения, происходящие с огромной частотой. Ты все время качаешься: вправо-влево, вправо-влево, и из этого получается твоя средняя линия.

Если твои состояния не изменяются, то ты мертв, ты не существуешь. Это все равно, что невозможно остановить луч света или вообще движение, жизнь. В тот миг, когда ты останавливаешь ее, она исчезает. И это не смерть, а просто прекращение существования.

Все творение для того, чтобы существовать и тем более уподобиться Творцу, обязано непрерывно изменять свои состояния. Нельзя остановить ни электрон, ни атом, ведь они должны все время находиться как бы в двух состояниях одновременно.

И на самом деле, это одно состояние. Чем глубже мы исследуем материю, мы начинаем понимать, что это не частицы, а облака, силовые поля. Нет ничего жестко определенного: ни минуса, ни плюса. Так они проявляются относительно наших органов восприятия, а на самом деле, это нечто колеблющееся с бесконечной скоростью между одним и другим.

Желание насладиться не может существовать одно, само по себе. Оно существует только за счет того, что постоянно находится в изменениях и между ним и желанием отдачи возникает нечто среднее. Оно существует посередине, а потому должно непрерывно двигаться с бесконечной скоростью. Жизнь – это движение. 

Три состояния существуют одновременно. Ты можешь соглашаться с этим или нет, но это реальность. Физики сегодня начинают это раскрывать, хотя и не знают, почему так происходит.

Поэтому, когда мы находимся перед книгой Зоар, нам стоит понять, что тысячи людей просили от этой книги всевозможных чудес и ничего не получили, и лишь единицы знали, как надо просить у этой книги, потому что надеялись получить от нее силу отдачи, свойство отдачи, - и обрели его.

Все зависит от того, как просить и что просить. Если мы просим свойство отдачи, причем все вместе, то в точности, в самой наилучшей форме соответствуем этому "чудесному средству", и тогда оно воздействует на нас.