Каббала, наука и смысл жизни

Реплика: Значит, все-таки учитель должен быть другом.

Ответ: Да. Только лишь. Мы же говорим о маленьких детях.

Реплика: Вторая причина – страх оценки. Прививают страх оценки, а потом страх наказания родителей, перед директором школы и так далее.

Ответ: Сама оценка ничего не значит. А вот страх наказания – это, конечно, много значит.

Вопрос: Оценки вообще нужны?

Ответ: В принципе, оценки не нужны. Нужна школа, которая будет обучать правильному отношению к миру, к жизни, к товарищам, к учителям, к родителям. И это не нуждается в оценках, которые тебе ставят, а когда тебя обучают – какие ты оценки ставишь самому себе.

Вопрос: И даже к маленькому ребенку вы можете предъявлять такие требования?

Ответ: К этому надо стремиться. Объяснять. Чтобы они сами ставили такие оценки по предметам, по учебникам, по руководителям своим и так далее. 

Реплика: То есть ребенок может сказать: "Сегодня я что-то был не в форме. Надо было мне это прочитать, что-то немножко проработать".

Ответ: Это хорошо.

Вопрос: Страх ошибки: школа не учит тому, что ошибаться можно и нужно. Это говорит 11-летний мальчик. Как вы считаете, надо ошибаться?

Ответ: Я с ним согласен.

Вопрос: То есть ошибка – это важная вещь? И нужно ошибаться?

Ответ: Это неизбежно.

Вопрос: И что если я ошибаюсь?

Ответ: Ничего страшного. Я это исправлю, я на этом научусь еще больше, чем на том, что я сделал бы что-то без ошибки.

Вопрос: То есть это важнее даже, чем если ты безошибочно двигаешься?

Ответ: Мы все время ошибаемся и исправляемся, ошибаемся и исправляемся.

Реплика: Четвертое: троллинг, насмешки одноклассников. И часто это вина учителей, которые выставляют детей на посмешище. Это удар по "я" ребенка…

Ответ: Надо приучать ребенка, если уж мы в таком обществе находимся, как правильно относиться к обществу, к окружению. Объяснять ему, что это возможно, что это есть и будет до тех пор, пока мы не исправим нашу природу, что такова природа человека, вынуждающая его быть выше других во что бы то ни стало.

Вопрос: И то, что сейчас меня унижают, – такова природа человека?

Ответ: Да, это их природа, ничего не сделаешь. А я должен понимать их природу и как-то, в каком-то виде прощать их, принимать их такими, как есть. А может быть, и исправлять их таким образом.

Вопрос: А я должен ощущать, что это и моя природа такая же точно, и я так же точно могу?

Ответ: Естественно, да.

Вопрос: То есть слова "природа человека", "эгоизм человека" вы хотите ввести почти в начальные классы, чтобы человек ощущал?

Ответ: И даже раньше.

Реплика: Следующая причина: дурацкие тесты, потому что в них нет варианта своего ответа, нужно угадать один ответ из предложенных.

Например, есть вопрос и к нему четыре ответа, и сказано: "Укажи правильный". А мальчик говорит: "А я хочу, чтобы там был еще такой вариант: мой ответ, личный".

Ответ: Это правильно.

Вопрос: То есть эти американские экзамены, которые не дают варианта "твой ответ" – это неправильно?

Ответ: Да.

Реплика: Шестая причина: объем домашних заданий. "Я считаю, что домашние задания не влияют на успеваемость и образование детей", – говорит одиннадцатилетний мальчик.

Ответ: Я считаю, что домашние задания вызывают отвращение, ненависть к школе.

И потому не надо этого. Надо просто, чтобы человек шел туда, чему бы его там ни учили и как бы ни учили, может быть, хуже, лучше, завлекательней более или менее, но он бы возвращался оттуда, и на нем бы уже не висело это домашнее задание.

Вместо домашнего задания чтобы было абсолютно свободное время. Тоже как-то более-менее расписанное, но чувствовалось свободным – чем бы он хотел занять себя.

Вопрос: Именно себя? Чтобы именно свою нишу нашел?

Ответ: Да, каждый в чем-то своем. У нас было очень много кружков в то время. Был огромный Дом пионеров. И было огромное количество кружков, причем, все бесплатные. Пошел, записался туда, куда хочешь. Хоть в несколько! И ходи, занимайся. И ничего не платил. Я ходил в том числе в кружок фото. И бумага фотографическая, и реактивы – все это было бесплатно. Бесплатно абсолютно все! Это так удивительно!

Реплика: И еще как преподаватели относились, с таким теплом!

Ответ: Да. Там работали люди с таким характером.

Вопрос: Куда же это все так испарилось? Что же в этом плохого?

Ответ: Время не то! Мы попали в такую полосу.

Реплика: Следующая причина – запрет на уникальность. В школах не любят, если кто-то отличается от других.

Ответ: С одной стороны, как бы подбадривают. Но, с другой стороны, не любят.

Вопрос: Это право на уникальность должно быть у ребенка?

Ответ: Это не только право на уникальность, но поощрение к уникальности со стороны всех, в том числе даже товарищей. Это надо воспитывать. Иначе задавят и получится только серость.

Реплика: "Школа не учит быть счастливым", – пишет одиннадцатилетний мальчик.

Ответ: Это уж точно! В школе сегодня просто демонстрируют, как серость, повиновение, подавление счастья – это нормальное состояние.

Вопрос: То есть, в принципе, лозунг школы должен быть – "мы должны учить детей быть счастливыми"?

Ответ: Да. Должны растить людей счастливых.

Реплика: "Школа не учит работать с информацией", – говорит он.

Ответ: Это целое знание, огромное, которое должно быть привито маленьким детям.

Вопрос: Что это умение дает ребенку?

Ответ: Открыть свои мозги и свое сердце, разум и чувства для поступающей информации, уметь ее обработать, разложить по полочкам и быть готовым к приему следующей порции информации.

Реплика: Десятая причина: "Школа не готовит ко взрослой жизни" – считает этот мальчик.

Ответ: Я думаю, что ничего не может приготовить ко взрослой жизни. Мы просто бросаемся туда, как в омут. И всё. А там уже выплываем каждый по-своему.

Вопрос: А что является подготовкой ко взрослой жизни?

Ответ: Здесь необходимо создавать особые, абсолютно четкие, реалистические картинки из жизни.

Вопрос: В школе? Прямо детям? И чтобы они учились из них выходить, с ними работать и так далее?

Ответ: Да, обсуждать и так далее. С другой стороны, давать им какие-то штампы, но реалистические. То есть как бы ты поступил, если бы ты… – и приводишь историю.

Реплика: Вывод этого мальчика очень интересный. Он говорит: "Я считаю, что главным предметом в школе мог бы стать предмет, на котором нас учили бы понимать друг друга. Ведь умение общаться – самое важное".

Ответ: Сделай его министром школьного образования. И всё. ☺ А всех этих министров посади в школу.

Сегодня наступило такое время, чтобы рассказать об этом людям. Потому что иного выхода у нас нет. Мы не сможем ничего сделать, никак ни исправить, ни подсластить, ничего. Мы просто все время тянем и тянем с этим исправлением. А сейчас надо начинать объяснять людям, что мы не можем ничего сделать, не можем исправить ни других, ни себя.

Вопрос: И не себя даже?

Ответ: А это хорошо. У тебя есть только один адрес, к которому ты должен обратиться, требовать, кричать, и таким образом ты увидишь, что только эта возможность, которая перед нами существует, она и есть единственная, удачная, и она приведет нас к цели.

Вопрос: Тогда скажите пожалуйста, что такое "простить человека"?

Ответ: Это простить себя за то, что ты к нему несправедливо относился, за то, что ты считал, что он является источником зла. А источник зла у нас только один. Это даже не мой эгоизм, а Тот, кто его создал, и Тот, кто его таким образом поддерживает специально, чтобы я обратился к Нему, попросил Его, осознал, и таким образом мы приблизились бы к истине.

Вопрос: Исходя из ваших слов, поджигание и увеличение эгоизма будет продолжаться, увеличиваться и увеличиваться?

Ответ: Да.

Вопрос: Нет шанса, что приостановится?

Ответ: Сам? Никак. Потому что задача Творца состоит в том, чтобы сделать человека Человеком, Адамом. "Адам" – от слова "подобный Себе". Вот мы должны стать подобными Творцу. Поэтому Он делает все, что угодно, чтобы мы только вознуждались в Нем.

Вопрос: В чем мы должны стать подобны Творцу?

Ответ: В свойстве абсолютного добра, которое мы пожелали бы принять на себя против того зла, которое Творец в нас возбуждает, проявляет.

Вопрос: Что такое добро по "мнению Творца"?

Ответ: Относиться к другому с любовью.

Вопрос: Очень многие считают, что относятся к другому с любовью.

Ответ: Здесь есть ступени. С любовью – это значит, что я абсолютно не принимаю во внимание свое состояние, а ставлю во главу наилучшее состояние другого. Мне важен только он.

Вопрос: А я себе не важен совсем?

Ответ: Нет. И, в принципе, это все сводится к тому, что я опять-таки, глядя на все зло в мире, обращаюсь к Творцу с тем, чтобы Он исправил меня. И я вместо этого зла видел бы добро.

Потому что Творец кажется нам источником абсолютного зла. А на самом деле – нет. Это только для того, чтобы мы попросили Его изменить себя, свою природу, которую Он специально таким образом и создал, чтобы мы устремились к свойству добра.

Нам кажется, что величие это нужно лишь затем, чтобы справиться со своим эгоизмом, – а затем мы будем наслаждаться ради отдачи. Но нет, вся наша работа состоит в том, чтобы возвышать Творца в своих глазах. Тем самым мы развиваем в себе новые желания, переносим акцент с прямых, эгоистических удовольствий на наслаждение Его величием – и так, по крайней мере, дотягиваемся до духовно нечистых желаний, что тоже далеко не просто. 

Величие Творца пленяет нас, и очень трудно выбраться из этого плена. Ведь всё мироустройство – суть ступени лестницы. Когда некто с более высокой ступени излучает на меня хоть немного своего величия, я покоряюсь, "продаюсь на корню". Теперь он для меня – босс, властелин.

Однако я хочу действовать иначе – осознанно, осмысленно. Я хочу воспротивиться этому превосходству высшего, я не желаю быть подкупленным его важностью, величием и силой.

Таким образом, дело уже не в том, чтó я от него получаю, – борьба ведется на ступени величия. Я не хочу работать на высшего просто потому, что он велик. Ведь тем самым я просто отменяю себя естественным образом.

Вопрос: Значит, все книги каббалистов и все тысячелетия развития были посвящены лишь одному – самостоятельному осознанию важности?

Ответ: Верно. И неслучайно современный мир настолько запутан, что никто не понимает происходящего. Ведь на самом деле всё вращается вокруг одной лишь точки слияния.

Вопрос: И все-таки в этом мире у меня нет ничего до такой степени важного. Я не стараюсь искусственно возвышать что-либо в своих глазах. Неужели все миры и ступени предназначены лишь для этого?

Ответ: Они были созданы вследствие того, что свет наполнял желание и придавал ему различные формы. Так чем же Творец наполняет нас? Какое наслаждение у Него есть, если Он создал творение, желающее именно этого?

Скажу тебе больше: есть ли у Творца что-то, кроме силы отдачи? Нет. Он создал в творении механизмы восприятия и ступени именно для этой силы. И развиваемся мы лишь в том, что касается ее важности.

"Где же тогда уготованные Им для меня наслаждения? Где хозяйское угощение из знаменитого примера?"

Нет и грамма наслаждений в том виде, как ты себе представляешь. Нет никакого угощения. И хотя оно мерещится тебе, это всего лишь фантазии. В нашем мире ты довольствуешься этой ложной усладой – глотаешь яства, но не насыщаешься. Так избавься от своих иллюзий и начни различать ступени величия Дающего. Именно оно заиграет в гранях твоего восприятия, с ним будут связаны твои расчеты.

Теперь, возможно, мы поймем, чтó произошло при Первом сокращении (Цимцум алеф). Малхут приступила к нему, когда обнаружила, что является получающей по отношению к Дающему. Ей открылась пропасть между получающим и Дающим, а не между голодом и вкусным угощением. Именно величие Дающего выводит меня наружу из самого себя. Я делаю расчет не на "отраду живота", а на наслаждение Дающим. Когда проявляется Его отдача и мое получение, меня охватывает стыд, но не за кушанья, которым я наслаждаюсь, – это стыд перед Его величием в сравнении с моей низостью…

Реплика: Третье – умение принимать и те, и другие стороны.

Ответ: Да. Ты живешь с человеком, это целая система. Это целый мир, через который ты должен видеть все остальное.

Реплика: То есть, если мы существуем в таком легком касании, то можно и 60 лет, 70 лет совместной жизни?

Ответ: Сколько угодно.

Вопрос: И можно назвать это счастливой семейной жизнью?

Ответ: Если бы нас так воспитывали. К сожалению, пока мы до этого доходим, то вся жизнь уже прошла.

Вопрос: 90-летняя Мэри и 91-летний Чарльз женаты 66 лет. Они говорят так: "Важно обсуждать совместное будущее, иметь общие интересы". Как вы считаете, обсуждение совместного будущего важно?

Ответ: Важно, потому что совместное будущее.

Вопрос: Вот в этом ключ – что ни с кем, ни с другим, мы вместе так продолжаем всегда?

Ответ: Да. Вот мы должны встретить наших детей, которые к нам приедут, или внуков. Или пойдем куда-нибудь выйдем, погуляем вокруг дома и так далее.

Реплика: Недавно вы интересно сказали, что когда женятся или выходят замуж, то они говорят: "Мы навсегда соединяемся вместе".

Ответ: Они должны часто об этом говорить.

Вопрос: Это и есть обсуждение совместного будущего?

Ответ: Да. Потому что несмотря ни на что, чем занимаются люди, – они могут жить в разных местах земли, – но они должны понимать, что они соединяются навсегда. Навсегда! Развод – это недопустимая вещь, если есть дети.

Вопрос: Джон и Дорин, в браке 61 год: должно быть похожее чувство юмора. Как вам это?

Ответ: Должны понимать друг друга.

Вопрос: Это называется пониманием?

Ответ: Да. Потому что чувство юмора – оно очень глубокое в человеке. Оно и отличает человека от животного. И поэтому если у них есть одинаковое понимание чувства юмора, то это одинаковое понимание их очень сближает.

Вопрос: 99-летний Джек и 98-летняя Грейс в браке 74 года. Они говорят: "Любим друг друга просто так и считаем наш союз по-настоящему гармоничным".

Как вы относитесь к таким предложениям?

Ответ: У них нет более глубокого определения, чем "просто так". Это уже уровень. На самом деле, конечно. Там, где есть настоящая связь, чувства, ты не можешь обрисовать это ничем.

Реплика: 87-летняя Анжела и Брайн женаты 60 лет: терпимость, верность данным клятвам и умение принимать точку зрения другого.

Ответ: Это говорит о том, что они еще не достигли настоящей семьи, если считают, что необходимо быть в терпимости, в верности.

То есть перед ними стоят еще эти определения, и они должны их выполнять. А настоящая связь – это уже не надо ничего. Ты уже настолько склеен со второй половинкой, что нельзя даже определить, где он, а где я.

Вопрос: На что надеется Творец? Чего Он вообще хочет, держа нас?

Ответ: Он не надеется. Он управляет так, чтобы человек дорос в конечном итоге до осознания, как вообще надо управлять миром, и занял место Творца.

Вопрос: Получается, по вашим словам, что люди созданы для того, чтобы управлять этим миром? Вот эти низкие, как вы говорите, существа?

Ответ: Да. Они созданы, чтобы быть венцом творения, чтобы управлять миром, чтобы упросить Творца влиять на наш мир свойством добра, которое со стороны человека, со стороны людей, человечества будет поддерживаться всеми силами.

Они должны дать проявиться в мире свойствам любви и отдачи, добра и сочувствия.

Поэтому они должны пройти этот "низ", осознать свою природу, подавить ее в себе и вознуждаться в противоположной природе – в природе Творца.

Вопрос: Как человек приходит к тому, что это и есть путь?

Ответ: Из страданий. Ничего не сделаешь. Осознание ничтожества собственных сил, свойств и возможностей.

Творец ожидает, что мы обратимся к Нему за помощью, попросим у Него силу свойства добра, отдачи, любви, и тем самым поднимемся до Его уровня.

Тогда мир будет добрым, и я увижу, что в нем все хорошо и нет никакого зла. Просто каждый осуждает в меру своей испорченности: если внутри меня есть зло, то я вижу зло вокруг себя. А если я исправляю себя, то вижу мир исправленным. Все зависит только от моего внутреннего взгляда.

И самое правильное отношение – быть в радости. А потому написано: "Работайте на Творца в радости". Если мы относимся к Творцу и к созданному им миру с радостью, с благодарностью, не ругая Творца, то почувствуем, что мир действительно хороший. И это значит, что мы хотим подняться со ступени Малхут на ступень Бины, к вере (ступени Бины) выше знания (ступени Малхут).

Творец относится ко мне хорошо, а мне кажется, что я получаю удары, потому что вместо веры, силы отдачи, нахожусь в получении. Это я порчу его обращение по пути ко мне. А поэтому я должен приложить все усилия, чтобы раскрыть доброту Творца. Ведь в мире не может быть никакого зла, если нет другой силы, кроме Творца, доброго и творящего добро.

Если же мне кажется, будто в мире есть зло, то это потому, что я испорчен внутри. Нечего больше исправлять, кроме моего отношения к реальности. И тогда я увижу, что зла нет – есть только добро.