С нашими сегодняшними мозгами, когда мы развились для того, что начинаем спрашивать каждый себя: "А зачем это все?! А для чего это все?! Оно мне надо?!"

Это называется "последнее поколение". Пришло время, когда начинают подниматься такие вопросы, и это наши внутренние желания, люди требуют на них ответа.

Вопрос: И когда нет ответа, тогда человек хочет забыться?

Ответ: Тогда надо что-то делать. Будет подниматься пьянство и, естественно, наркотики.

Вопрос: Из этого есть какой-нибудь выход? Запреты не помогут?

Ответ: Никакие запреты не помогут. Если это исходит из потребностей человека, он все равно будет пить, курить, нюхать и что угодно глотать.

Вопрос: Даже если будут законы – посадить, расстрелять?

Ответ: Будут обходить эти законы. В итоге их отменят, ты ведь не можешь посадить всех. Каждый, которого ты сажаешь, стоит государству больших денег.

Вопрос: Так к чему же мы дойдем и к чему надо бы прийти? Что бы вы сказали по этому поводу?

Ответ: Я сказал бы, что надо воспитывать людей и давать им ощущать возможность раскрыть смысл жизни, смысл существования. Тогда человеку не надо будет никуда убегать. Тогда он будет, наоборот, стремиться заменить бегство от жизни на стремление к иной жизни.

Вопрос: То есть тогда он даже будет бояться убегать во что-то, что его уведет или усыпит?

Ответ: Конечно, ведь он проигрывает вечность.

Мы идем к тому, что люди, начиная спрашивать себя об этом, в итоге от таких вопросов перейдут к реальности.

Человек раскроет этот вопрос в полной мере: "Для чего я живу?", и сможет найти на него ответ в этой жизни, в этом мире.

Исходя из этой жизни, из этого мира, он найдет ответ. Он раскроет настоящий, истинный мир – то, что стоит за нашим миром, управляет им, наполняет его. И тогда он как-то соединится с той системой, которая управляет нашим миром. Он начнет понимать, что все то, что он сейчас переживает, ведет его по-настоящему к высокой цели. Он тогда поймет, почему его таким образом вели, к чему его вели, и оправдает.

Вопрос: Что заполнит человека? Как он это почувствует?

Ответ: Его желание – увидеть смысл в своем существовании. И этот смысл он обнаружит. И тогда он поймет, почему это желание в нем зрело столько времени, столько лет, может быть, сотен лет, постепенно-постепенно в кругооборотах жизни, и он оправдает все это.

Вопрос: Он почувствует, что он стоит напротив абсолютного тепла, любви, доброты?

Ответ: Да. И истины. Есть то, что мы получаем в разуме и что получаем в сердце. Поэтому тут должно быть наполнение и то, и другое.

Мы живем в такое время, когда уже можем к этому приближаться.

Вопрос: Но у вас есть точное ощущение, что мы приближаемся?

Ответ: Это абсолютно! Но хотелось бы, чтобы это было поскорее.

Себя я наполнить не могу и не хочу. Я уже отрешен, во мне уже всего этого нет. Мне лень, мне не хочется ни вставать, ни что-то делать, у меня к себе нет ничего. А вот к другому я могу развить в себе такие качества, что, наполняя другого, я начинаю ощущать, что в этом есть смысл. В этом есть какое-то желание, в этом есть наполнение.

Вопрос: То есть мне сейчас перекрывают всё, что касается наполнения себя напрямую? Жизнь для себя – мне перекрывают это со всех сторон.

Ответ: Да. Человек себя просто израсходовал.

И вот тут они начнут понимать, что именно в наполнении других я могу наполнять себя. Это вид наполнения себя, но другого типа.

Вопрос: То есть я, любя кого-то, отдавая кому-то, наполняю себя?

Ответ: Да, я наполняю себя.

Но тут дело в том, что надо прийти к состоянию, когда ты наполняешь другого не для того, чтобы быть наполненным, а потому что ты именно хочешь быть в другом и ощущать, и радоваться его наполнению. И не думать о себе, ни в коем случае! Потому что тогда ты возвращаешься обратно просто как в колесе.

Я думаю, что они смогут это быстро осознать. Тот же эгоизм приведет нас к этому, что интересно. Он себя хоронит и вместо себя выводит другой тип.

Они придут к этому от неизбежности, от страдания, от ощущения ничтожности, никчемности, пустоты. Как мы пришли в каббалу. Только у них это будет намного ярче. Потому что это будет массовое ощущение конца. И сквозь этот конец, сквозь эту пустоту они увидят свет. Сквозь тернии к звездам, из тьмы к свету.

Вопрос: То есть надо до конца все развалить, практически, уложить человека, и дальше он из этого состояния увидит выход?

Ответ: И на самом последнем этапе, когда ты полностью готов: "Всё, конец!"  – вот тут ты начинаешь видеть: нет, это не конец, это только начало! Так будет.

Вопрос: Но это негуманно. А что для вас значит это слово "гуманность"?

Ответ: Я думаю, что уничтожение прошлого режима, или методики наполнения эгоизма – это самая большая гуманность, которую мог сделать Творец, когда он возвеличил человека со всеми его эгоистическими порывами, целями и прочим чванством, и затем постепенно-постепенно, раз за разом, век за веком уничтожает, уничтожает, уничтожает это все в человеке, показывая, насколько это все нереально.

Но осознать это мы сможем только на самом последнем этапе.

И вы увидите такую новую тропинку, по которой вы можете спокойно идти, как в парке, и никто вам не будет мешать. А если будут, как вам кажется, к вам приставать, углубитесь еще больше в эту тропинку. Вы увидите, как все рассосется и освободит место для вашей простой жизни. И так вы выйдете из всех этих проблем. 

Главное – жить незамысловато в наше время, в этой пандемии. И этот настрой приведет вас к самым мудрым мыслям и поступкам.

Вопрос: А вообще, воспитательная система, которая основана на подавлении, на страхе?

Ответ: Она необходима на начальных развитиях любого общества! Так же, как с человеком: мы его ограничиваем, он должен быть под присмотром старших, они должны отвечать за его поступки, то есть его ограничивать, наказывать и так далее.

Вопрос: А нужно исходить из национального характера, чтобы строить систему воспитания?

Ответ: Нет. Если мы говорим о системе воспитания, которая нужна миру сегодня, то не надо принимать во внимание никакие национальные характеры, менталитеты, ничего.

Надо просто брать и разбрасывать в мире знание о том, что только сближение, простое сближение между людьми, когда каждый человек понимает, что его хорошее будущее находится только лишь в сближении с другими, с себе подобными – только такое воспитание может привести человечество к порядку.

В этом он будет видеть счастье, когда начнет сближаться с другими и в этом понимании начнет чувствовать себя уверенней, комфортнее, увидит завтра.

Люди должны просто понимать, что они находятся в одной системе – не китайской и не советской, а в системе природы, которая желает только одного: чтобы мы были в добром союзе между всеми.

Вопрос: И тогда человек сам, самостоятельно, без всяких баллов будет хорошо относиться к пожилым людям, не злословить?

Ответ: Конечно, об этом даже речи нет.

Вопрос: А это возможно? Ведь человек такой, какой он есть.

Ответ: В наше время, благодаря пандемии и прочим проблемам, давлениям, которые будут спускаться в наш мир еще и еще, всё больше и больше, это возможно. Именно благодаря этому и возможно.

Вопрос: То есть усиление страданий приводит к тому, что человеку можно объяснить, что нам надо быть в хороших отношениях друг с другом?

Ответ: Да.

Вопрос: Почему же мы тогда не слышим?

Ответ: А нам никто это пока не объясняет. Мы еще не дошли до такого состояния, чтобы ощущать, понимать, что это нам необходимо. А страдания будут еще добавляться. За вирусом вирус, за проблемами проблемы…

Никуда человек не денется. Человек перенесет всё! А вот животные вымрут, растения вымрут, камни будут расплавляться, а человек – нет.

Вопрос: Человек выйдет из этого состояния?

Ответ: Да. Пока он не скажет: "Всё, я готов! Даже мое каменное сердце расплавилось. Я готов сближаться с другими!".

У меня в этом абсолютная уверенность. Так оно и будет. Надеюсь, не в этом году, так в следующем, но все равно… Я надеюсь дожить до этого.

Вопрос: И тогда это начнется как эпидемия – хорошая, добрая?

Ответ: Да. Потому что у людей не будет уже точно другого выхода. Они уже сейчас начинают видеть тьму: впереди туман, затем сумерки, затем ночь, а затем бездна. И вот тут начнется постепенное-постепенное пробуждение.

Реплика: И что необходимо, чтобы выйти из этого?

Ответ: Очень просто – только лишь будем вместе! Чтобы не пропасть по одиночке.

Вопрос: И тогда и бездна отступает?

Ответ: Обязательно!

Это надо запретить, ограничить! До двух лет я бы вообще не включал ребенку ничего. Все естественное, что он может вокруг себя увидеть, услышать, это он и должен. Звуки, картинки, всё вокруг, всё, что есть, пускай смотрит. Но ничего из "ящиков". Ни компьютера, ни телевизора, ничего.

Вопрос: То есть вы за очень осторожное, последовательное проведение человека в жизнь?

Ответ: Я хочу, чтобы у него нормально развилась психика к тому объему мира, в котором он существует. До чего он может дотянуться – к этому чтобы был приспособлен.

А затем уже дальше. Но дальше уже включаются всевозможные механизмы. Уже можно ему объяснять, говорить, давать определенную литературу, что-то показывать. И тоже я бы это начинал с истории, с географии, с каких-то земных вещей. А не с того, что ему показывают детские передачи, которые построены абсолютно на вымысле, притом ужасном, изуродованном. Показывают насилие, показывают злость… Это что-то невероятное!

Детские передачи – они самые жестокие. Ребенок смотрит на это и ему кажется, что так и есть в нашем мире. Что для него стоит спрыгнуть с десятого этажа? Он видит эти прыжки по телевизору каждый день в детских передачах.

То есть мы не представляем, насколько мы вносим в его мир искаженную картину действительности. Так что же вы хотите, чтобы было? Надо убрать это все, абсолютно четко!

Вопрос: То есть вы за такие жесткие меры?

Ответ: Я за то, чтобы выросло здоровое поколение.