Каббала, наука и смысл жизни

Одна из двух сил – сила природы связывает нас вместе, показывая свою глобальность, взаимосвязанность всех и вся. Она интегрально замыкает нас, говоря, что мы представляем собой одно общее целое.  Другая – человеческая, эгоистическая сила разрывает нас изнутри, отталкивает друг от друга, не дает быть одним общим целым. 

Впервые обе силы были исследованы в Древнем Вавилоне, где на вопрос: "Что делать?" – были даны два ответа.

Первый ответ дал древневавилонский царь Нимрод, решив, что у вавилонян не остается никакого выхода, кроме как разделиться и отдалиться. Он распустил свое царство, опасаясь, что его подданные начнут уничтожать друг друга. Оттуда и пошло понятие вавилонского столпотворения, вылившегося в расселение народа и смешение языков – признак того, что люди перестали понимать друг друга.

Это был один путь решения конфликта. Но сегодня нам, современным вавилонянам, уже некуда переселяться – второй Земли еще нет. Поэтому перед нами стоит вопрос, на который надо найти ответ.

Второй выход подсказал Авраам – один из главных жрецов Древнего Вавилона.

Он предложил другую методику, осознав, что раздирающий нас изнутри эгоизм и внешние силы природы, которые замыкают нас, даны нам специально, для того чтобы мы приподнялись над эго и стали подобными Природе, то есть работали бы против своего эгоизма на сближение между собой.

Каким образом это можно сделать? Как человек может противостоять своей природе? Авраам предложил начать организовывать маленькие группы людей, которые будут объединяться между собой, и в этих попытках объединения привлекать внешнюю силу Природы. Она проявится в них изнутри, исправит, поднимет над собой. Главная цель Природы – довести человечество до состояния "возлюби ближнего как самого себя", желаем мы того или нет. Проблему разобщения надо решать только так и немедленно.

К Аврааму присоединилось около пяти тысяч его единомышленников. Об этом в конце XII-го века писал великий философ Рамбам, а еще раньше это описывалось в "Большом комментарии" и других первоисточниках. 

От Авраама у нас осталась книга "Сэфер Ецира" ("Книга создания"), в которой он описывает всю систему Природы, воздействующую на человеческое общество.

Таким образом, пять тысяч человек во главе с Авраамом откололись от Вавилона и ушли в землю Кнаан – современный Израиль. Авраам обучал людей, как приподняться над эгоизмом в соединении между собой согласно древним иудейским заповедям: "возлюби ближнего как самого себя", "не делай другому того, чего не желаешь себе", "быть как один человек с одним сердцем" и т.д. 

Эта группа стала называться "Исраэль". "Исра" – "прямо", "Эль" – "Творец", то есть прямо к Творцу, к подобию Природе. Ведь Творец – это не картинка на стене, не дедушка на облаке, это – Природа! Вся природа вместе называется Творцом.

Так  пять тысяч человек, вышедшие из Вавилона вместе с Авраамом, стали называться народом Израиля: Исраэль – яшар к-Эль – прямо к Творцу. То есть это народ не по биологическим корням, как все остальные народы, а по своей идеологии, по цели: к чему он идет и каким образом строит общество.

Но, являясь их биологическими потомками, мы, к сожалению, совершенно не похожи на них, поскольку утеряли эту идеологию. Поэтому наше нынешнее состояние называется изгнанием  с того духовного уровня, на котором они находились.

Будучи в Египте, выйдя из него, блуждая по пустыне, еврейский народ все время работал над своим объединением. Их эгоизм постоянно рос, так же как из поколения в поколение растет эго у всего человечества (этим мы отличаемся от животных), а народ работал над ним.

Так продолжалось до тех пор, пока эгоизм вдруг не рванул в своем развитии. Это случилось в преддверии крушения Второго Храма, ближе к нулевому году нашей эры. Люди не смогли приподняться над ним в доброй связи между собой и упали на эгоистический уровень. Это и называется крушением Храма.

Храм – это святость, отдача, любовь к ближнему, включение людей друг в друга как одно единое целое. Упав с этого уровня, еврейский народ определил всю свою следующую историю – две тысячи лет изгнания.

Даже на сегодняшний день, спустя сотни и тысячи лет, сохранились десятки томов. А сколько десятков томов Книги Зоар не дошли до наших дней? Представляешь, сколько они писали!

И потому "талмуд" стал нарицательным словом, обозначающим нечто огромное, всеобъемлющее. Речь идет о невероятном количестве канонических текстов, в которых никто не вправе ничего исправлять. Если что-то тебе кажется неправильным, это неправильное все равно остается. Возможно, потом, через какое-то время ты узнаешь, что это правильно. А если нет, все равно знай, что так записано.

И потому Ветхий Завет, т.е. Тора, существует с тех пор в неизменном виде. Все сохранившиеся издания, все археологические находки любой давности идентичны.

Вопрос: Значит, первоисточники несут в себе некий стержень?

Ответ: Да. И по сей день изучаются законы, согласно которым мы относимся к этим текстам. В них практически ничего нельзя исправлять. Каким бы мне ни казался этот текст, я его не трогаю.

Другое дело – адаптация с указанием на первоисточник. Сегодня мы в малой степени обрабатываем Книгу Зоар для народа, чтобы люди могли хоть как-то прочесть, подступиться к ней. Иначе им очень тяжело, практически невозможно "пробраться" сквозь этот текст, поскольку он рассчитан совсем на другие "мозги".

Вопрос: Итак, тексты, написанные, образно говоря, на стыке между светом и тьмой, между светом и изгнанием, предназначены для изгнания? Для того чтобы пронести через него зародыш будущего подъема?

Ответ: Мишна, Талмуд, "Шульхан арух" и многое другое – всё это писалось и изучалось в течение изгнания, на тех или иных его этапах. А с пятнадцатого века, со времени Ари, основная книга, которую начинают всё больше и больше изучать, – это, конечно, Книга Зоар.

Так два колена из группы Авраама взяли с собой в изгнание книги и продолжали нести принцип любви к ближнему, как к себе.

Ну а остальные как бы пропали и ничего не унесли с собой. Потому что они – выходцы из эпохи Перового храма, когда ничего еще нельзя было записывать.

Вопрос: Значит, в изгнании народ объединяется именно вокруг этих записей, которые и были созданы для объединения?

Ответ: Да. Их задача – пронести через всю историю необходимые знания, а в конце падения раскрыть уже Книгу Зоар и с помощью ее выйти из изгнания.

Продолжение следует...

Кстати, почему социализм надо строить, а капитализм появляется сам? Может, потому, что условия для капитализма созрели, а для социализма еще нет?

Однако вернемся к нашей теме. Как же мы умудряемся так жить?

Мы постоянно находимся в форс-мажорных обстоятельствах, но предпочитаем этого не замечать. Нам и классик не указ.

Виноват, – мягко отозвался неизвестный, – для того, чтобы управлять, нужно, как-никак, иметь точный план на некоторый, хоть сколько-нибудь приличный срок.

Позвольте же вас спросить, как же может управлять человек, если он не только лишен возможности составить какой-нибудь план, хотя бы на смехотворно короткий срок, ну, лет, скажем, в тысячу, но не может ручаться даже за свой собственный завтрашний день?[2]

Если говорить серьезно, перед нами особый, непонятный нам метод управления. Его суть именно в том, чтобы быть скрытым от нас – тех, кем управляют.

Все находится под контролем, все без исключения. По поводу неживой, растительной и животных уровнях природы у нас сомнений нет. У нас есть сомнение по поводу нас самих.

В свое время в раздел непонятных явлений природы входило практически все. От грозы до силы тяжести. Потом этот бесконечный круг неясностей стал уменьшаться.

Наблюдения и открытие закономерностей превратились в науку. Человек почувствовал себя если не богом, то по крайней мере его заместителем. Те явления, которые не попадают в раздел закономерностей, он назвал случайностью, случаем, судьбой или даже форс-мажором. После успокоился, и все вернулось на круги своя.

Как умудряется человек чувствовать себя боссом, когда рядом с ним живет бесконечный форс-мажор, понять невозможно.

С другой стороны, виновники форс-мажора на виду у всех.

Любая философия согласна,
что в мире от евреев нет спасения,
науке только всё еще не ясно,
как делают они землетрясения.
Игорь Губерман[3]

По такому же принципу происходит работа и с общей высшей энергией, включающей в себя все остальные виды энергии, которую мы называем "свет". Мы должны сделать из себя такое устройство, которое проявляет этот свет, вызывает его движение, а мы при этом являемся кли (сосудом) – средством, механизмом, базой, на которой он проявляется.

Для этого нам надо попытаться соединиться между собой, постоянно подстраивая себя под свойство света. Как только наши состояния, наши усилия, объединение между нами достигнет минимального подобия свету, он начнет проявляться.

Но ему было всё равно, лишь бы на мгновение вкусить этой сладости. Человек не может отказаться от наслаждения светом, ведь без этого вся его жизнь ничего не стоит! Он открывает рот, получает каплю яда – на самом деле это капля света, но для него, эгоиста, капля яда – и умирает.

Такое случается и в нашем мире, когда за каплю удовольствия человек может отдать свою жизнь: пусть я умру, но зато смогу ощутить наслаждение. Так мы устроены: сердце и мозг, наслаждение и разум. Если наслаждение превышает разум, то разум не работает, человек буквально теряет рассудок.

Поэтому первосвященник не мог удержаться от наслаждения и погибал. Ведь если он покупал свою должность за деньги, а не за свои усилия, значит, ему не хватало экрана – инструмента для получения света ради отдачи. Если бы вместо денег он приложил усилия, то выполнил бы свою духовную работу, поднялся на этот уровень и соединил себя с высшим светом.

Сейчас, после крушения Второго Храма, когда мы упали до нашего мира, путь наверх может быть только один: если ты недостоин подняться на следующую ступень, ты ее не достигнешь. 

А во времена Первого и Второго Храма это можно было сделать, потому что человек мог "коснуться" света, ведь нисхождение происходило сверху вниз. В нашем же случае, при подъеме снизу вверх, существует запрет: мы не взойдем на духовную ступень, пока не будем к этому готовы.

Поэтому сегодня науку каббала можно раскрывать кому угодно. Он все равно ничего не узнает, пока не придет к постижению.

Это не празднование каких-то исторических событий, пережитых отдельным народом, не относящихся к общей программе природы. Эти праздники отражают  духовные состояния народа как общности людей. Они уже заложены в природе как определенные ступени нашего подобия ей на пути продвижения к равновесию и гармонии с природой.

Отождествляя себя с народом и соединяясь между собой в какой-то мере, мы достигаем некой ступени единства, заложенного в природе – и празднуем именно это событие. Поднявшись еще немного, на следующую ступень единства в природе и тождественности ей – мы снова празднуем это достижение.

Человек сам не устанавливает праздники по своему решению, а празднует  достижение подобия, слияния, уже существующего в природе. Поэтому эти праздники невозможно изменить.

В нашем сегодняшнем состоянии мы абсолютно противоположны интегральной природе. Все части природы связаны в единую систему, на все сто процентов. И только человеческий род находится в полном разрушении и обратен природному единству.

Но если человечество или сначала хотя бы его часть сделает себя подобной природе, приблизившись к ее единой, общей форме, то достигнет некой степени единства. Прежде всего, нам нужно осознать, что мы ненавидим друг друга. Такова наша природа, с которой мы рождены.

Это называется осознанием зла, нашей противоположности природе, не позволяющей нам достичь гармонии с ней, гомеостазиса. Для этого необходимо внутреннее выяснение, суд над самим собой. Такое покаяние, предшествующее началу Нового Года, и называется месяцем Элуль.

В это время мы выясняем свое истинное положение относительно того доброго и прекрасного состояния единства, к которому обязаны прийти. То есть мы раскрываем, каким должно быть исправленное состояние, сравниваем его со своим текущим состоянием, видим огромный разрыв между ними, и поэтому вершим суд над собой.

Мы понимаем, какими преступниками являемся и что нам нужно с собой сделать. Тогда мы начинаем организовывать свою работу, чтобы начать продвигаться к соединению. Мы провозглашаем силу, присутствующую в природе и объединяющую все ее части – царем над собой! Эта сила, удерживающая вместе всю эту систему, становится нашей целью. Мы желаем стать подобными ей.

Это называется началом Нового Года (Рош Ашана) – началом наших изменений, нового цикла, в конце которого мы хотим стать точно такими же, как общая сила, царствующая в природе.

Вот так: ты пытаешься удержаться за прошлое, но не можешь. Но при этом, силясь вернуться к нему и не добиваясь результата, именно отсюда ты ощущаешь и изучаешь его – по горячим следам пережитого.

Так же происходит распределение света в парцуфе и выход из него – ТАНТА. На последних этапах, когда всё уходит, остаются только воспоминания, но они еще свежи, они еще называются "сосудами" (келим), и это правильные сосуды, правильные ощущения, определения происходящего. Ты только сейчас понимаешь-таки, в каком состоянии находился. А когда ты в нем был, ты этого не понимал…

В нашей жизни такое тоже бывает. Случается, мы говорим человеку: "Ты потом будешь вспоминать, ты потом поймешь…" Значит, что-то все же остается, когда начинаешь утрачивать свое "достояние" и уже не можешь остановить эту тенденцию утраты.

Продолжение следует...