Реплика: Но есть дружба.

Ответ: Но только, когда человеку это необходимо, когда человеку это надо. Вот здесь проблема: я добр к другим, потому что им это надо или потому что мне это надо?

Если мне это надо, то не считается, что я делаю добро. Я что-то делаю, потому что мне это надо.

Реплика: Но для многих людей это скрыто. У человека ощущение, что он это делает ради других…

Ответ: Да, я понимаю. Мы даже не отдаем этому отчет. А на самом деле настоящая доброта должна быть против своей воли, против своего желания. Я должен преодолеть себя и делать доброе другому. Тогда это действительно доброта.

Вопрос: То есть я ни секунды не думаю о том, что это мне хорошо для моего здоровья, для моего настроения?

Ответ: Я думаю, что мне от этого ничего не будет, а просто хочу сделать такой жест доброй воли другому. А иначе это не доброта. Иначе просто на меня что-то давит, и я хочу избавиться от внутреннего давления.

Вопрос: И мне лучше, когда я делаю другому доброе. И это "мне лучше" стоит впереди?

Ответ: Конечно. Это и является причиной.

Вопрос: Когда-нибудь мы дойдем до этого идеального определения доброты?

Ответ: Нет. Никогда не дойдем со своей природой. Надо будет подняться выше нашей природы, когда мы убедимся в том, что мы так дольше просто не можем существовать – мы съедаем друг друга, у нас вдруг начнут вырастать клыки, челюсть станет больше.

Вопрос: Нам раскроется, что мы не делаем добро?  

Ответ: Не только. Нам раскроется, что мы делаем только зло друг другу – именно в тех действиях, которые нам казались раньше добром. И вот тогда нам придется себя действительно переделывать. Надо будет создавать в себе такой внутренний инструмент анализа наших побуждений, намерений, которые точно покажут нам, а что на самом деле мы желаем: себе или другим, добро или зло.

Вопрос: То есть, так или иначе, старт будет с этой отрицательной точки?

Ответ: Да.

Вопрос: А положительно можно двигаться?

Ответ: Этого нет в нашей природе! Что же можно сделать? Об этом сказано: "Иди к Творцу, который тебя создал". И мы пойдем к Творцу.

Мы пойдем и упросим, что действительно желаем против нашей воли, против нашей природы, в которой Он нас создал, быть другими – добрыми к другим. И тогда Он это с удовольствием выполнит.

Вопрос: То есть тем самым, что Он нас вот так крутит, вертит сейчас, Он хочет, чтобы мы обратились к Нему?

Ответ: Да.

Реплика: То есть вы говорите о совершенно других людях, которые перерабатывают и неизвестно для чего накапливают?

Ответ: Конечно.

Вопрос: То есть здесь речь идет о необходимом. А как человеку определить: "Вот это мне необходимо, а большее – это все уже лишнее"?

Ответ: Обычный человек ничего не может с этим поделать. Он работает, получает зарплаты практически близкие к минимуму и ничего с этим сделать не может.

Вопрос: К этому человеку вы не обращаетесь, чтобы он оставил работу?

Ответ: Нет. Я советую ему просто на выборах, там, где он может повлиять, влиять. А до этого убеждать других, каким образом должна быть устроена нормальная, уравновешенная жизнь: чтобы каждый работал, каждый получал и мог существовать, – не более и не менее, что называется.

Вопрос: Что это значит "не более и не менее"? Что вы под этим подразумеваете?

Ответ: Чтобы у всех хватало на необходимое, на достаточное, но не выше этого.

А вообще мне нужна удобная пижама, с большими карманами, мягкая, в которой можно и лежать, и сидеть, и что угодно делать.

Вопрос: То есть из чего надо исходить, когда ты говоришь это слово "мода"?

Ответ: Только из удобства. Когда-то встречали по одежке, все это говорило о вкусе. Сегодня вкус отдан на откуп всяким дельцам, все зависит от денег.

Мода – это такое понятие, которое, я думаю, выходит из моды.

Реплика: То есть раньше я одевал одежду, чтобы меня увидели, оценили.

Ответ: Да. Я этим многое показывал. Язык одежды.

А сегодня этого нет. Нет уже и не будет вообще. Какой смысл, если каждый может сделать все, что угодно. А тем более в цифровом виде. Если мы будем общаться, а мы обязательно будем в этом виде общаться, то зачем нам куда-то бегать, ходить? Нажал на кнопку "какую одежду ты выбираешь", и она наделась на тебя.

Вопрос: А ты можешь сидеть в своей пижаме, а на тебя наделся костюм… И вы такой – английский лорд, как положено. Это хорошо?

Ответ: Я думаю, что - да.

Вопрос: А на что сейчас смотрят, когда общаются с человеком? Не по одежке встречают?

Ответ: Нет, конечно! У кого нет этих брюк, пиджаков, рубашек, носков, галстуков? Я считаю, что это всё совершенно не должно быть. Я сижу перед тобой во всем таком одеянии… И прическа у меня не моя. Все это можно тут же на месте изменить.

Вопрос: На что же я буду смотреть, глядя на человека?

Ответ: Ты будешь смотреть на его внутренности. Ты будешь слышать, ты будешь воспринимать его.

Вопрос: И не обращать внимания на то, во что он одет, это Wrangler, Levi’s или что-то такое крутое, из фирм?

Ответ: Нет, конечно! Кто вообще на это уже обращает внимание?

Вопрос: То есть я смогу вот так потихонечку увидеть в человеке его внутреннее, его сердце, его тепло? Вот это я буду искать все время?

Ответ: Я надеюсь.

Вопрос: Нас приведут наконец-то к этому, что только это я буду искать?

Ответ: Я думаю, да. Но что-то из внешнего останется.

Я вспоминаю свою дочку… Я был в какой-то поездке, она позвонила и рассказала о какой-то проблеме и даже плакала в трубку. Это было, когда она еще была девушкой.

А я был в это время в аэропорту. Так я зашел там в серьезный магазин сумок, позвонил ей оттуда и спросил: "Что ты хочешь? Какой подарок?" Тут есть сумочки такие, и такие, и такие. Она, конечно, зажглась, всё-таки девушка.

Куда она будет с этой сумочкой ходить, я даже не представлял. И я сфотографировал эту сумочку, и послал. Она сказала: "Да, да. Вот это именно то, что я хочу!"

Все настроение, все изменилось. Я купил и привез ей.

Вопрос: Вот для того, чтобы исправить настроение другого, это надо?

Ответ: Это надо. Для женщин такие вещи – это часть жизни.

Реплика: Но все-таки мы, так или иначе, придем к внутреннему общению.

Ответ: Да. Я смотрю на сегодняшнюю молодежь, как она ходит в этих тряпках, – она смотрит не на блестки все-таки. У них появляется свой язык, свои выражения, они по-другому общаются, по-другому смотрят друг на друга.

Вопрос: У них такого сильного внешнего не будет, вы думаете? Они проникнут внутрь?

Ответ: Да, потому что когда-то это был статус, это был язык человека, а сегодня это уже ни о чем не говорит.

Мы придем к очень удобному виду во всем, что нас окружает – от квартир, машин, одежды и всего прочего. Потому что это удобно. И это мы будем уважать в человеке, и практически на это мы будем смотреть. Человек не должен нас подкупать своими внешними проявлениями. У кого больше карман, тот и лучше – это вообще неприемлемо!

У мужчин это пройдет быстро, а у женщин медленнее. Но все равно… И квартиры будут практичными, а не в 200-300 квадратных метров, и с другой стороны, не в 40 квадратных метров. В общем, мы придем к этому внутренне.

Сегодня мы находимся перед огромными проблемами, в том числе и экологическими. Это намного сильнее и страшнее, чем накопленное человечеством вооружение и атомные бомбы, поскольку то, что стоит перед нами, – это неумолимая отдача.

Мы как бы взвели курок, и теперь отдача пойдет в обратную сторону – от природы на нас. Поэтому то, что мы делаем, очень опасно. И в этом евреи тоже находятся как бы на переднем крае.

Кроме того, единство с огромной глобальной системой, в которой пребывает человечество, это не просто разумное потребление, а необходимость взаимосвязи между нами, взаимопомощи, создания одно единого человечества на основании идеала "возлюби ближнего как самого себя".

Но кроме евреев никто не может это сделать. В них заложен ген, который они должны использовать, чтобы объединиться между собой, и тогда весь мир начнет следовать им – только в этом движении! Если они станут объединяться, то мир автоматически последует за ними.

Тогда мы увидим очень интересную картину: как маленький, разбросанный народ отряхивается от всех своих социальных, экономических и прочих проблем, в которых он погряз, и начинает объединяться. Как только это произойдет, все остальные народы сразу же, как тень, повторят за ним то же самое.

В этом заключается истинная причина антисемитизма. Потому что народы мира ощущают, что их светлое, хорошее, доброе будущее зависит от этих маленьких евреев, которые живут между всеми народами и занимаются не тем, чем должны.

Но когда ты обращаешься к тем же евреям, к сожалению, они этого не видят, не слышат, не понимают. Они считают тебя, в первую очередь, еще большим антисемитом, чем другие настоящие антисемиты. И тут возникает проблема – мы это чувствуем на себе, хотя не устаем все равно объяснять им, в чем заключается их миссия.

Каббалисты так и пишут, что останется лишь ничтожная часть человечества, которая снова прорастет на земле и построит новое общество. Эта горстка людей, осознающая зло эгоизма, будет пользоваться совершенно иными инструментами для создания нового общества, новой жизни, новой парадигмы.

Вопрос: Каков правильный диагноз текущего состояния?

Ответ: Я бы описал это как болезнь, которая еще не вошла в свое критическое состояние, однако человек уже начинает чувствовать, что он болен, но не знает своего диагноза, не может его определить и найти к нему эффективное лекарство.

Вопрос: И куда это нас ведет?

Ответ: К полному беззаконию даже от тех законов, которые сегодня существуют якобы на бумаге.

Вопрос: Когда-то человек в кого-то верил, и кто-то для него был лидером. А сегодня за что ухватиться человеку?

Ответ: Ни за что! Если у тебя в одном кармане деньги, а в другом пистолет, то ты хозяин. Пока в мире правит эгоизм, ты не сможешь найти чистого примера беззаветности, преданности, отдачи и так далее. Это все будет базироваться на эгоизме. И поэтому изначально это незаконно.

Вопрос: Но как тогда проводить воспитание, если нет примеров, нет образов? За что держаться человеку?

Ответ: Человеку надо пытаться в наше время держаться за спокойное место, чтобы обеспечить себя и семью, насколько это возможно. И пытаться достичь каких-то духовных высоких источников, корней, которые не зависят от управляющих миром. Это то, что остается человеку. Я доволен, что так оно и есть. И это постепенно становится все более явным.

Вопрос: Вы считаете, что происходящее выдавливает нас подняться над эгоизмом? То есть понять, что в этой плоскости все куплено?

Ответ: Да, эта плоскость себя абсолютно скомпрометировала, и в ней искать нечего. И это хорошо на самом деле. Нам указывается прямой путь к настоящему свободному обществу.

Оно возникнет. Весь вопрос в том, сколько мы будем страдать, чтобы создать что-то новое. Вот это проблема.

Поэтому, с одной стороны, человечество вроде бы растет, а с другой стороны, оно вымирает. Все заключается в осознании зла этого состояния. Пока же мы движемся только для того, чтобы наполнить бездонные карманы тех, кто командует и управляет всеми.

Ничего хорошего впереди я не вижу. Нужно объяснять людям, к чему это все придет. Это будет осознание очень горького, долгого пути, когда мы работали на своих собственных врагов, которые думали только как обогатиться за наш счет, чтобы в итоге все, что мы накопили и передали им, они бы выбросили в море. Так работает лютый человеческий эгоизм.

Необходимо осознание зла эгоизма и понимание, что это единственное зло. И тогда мы сможем уже говорить о том, как избавиться от него.