Вопрос: Это и есть молитва, если я это записываю, все время смотрю на это?

Ответ: Да, это и есть молитва. Представь себе, что ты как родитель, может быть, строгий, может быть, добрый, неважно как, но любящий. Как такой родитель относится к своим детям, так ты должен относиться к людям.

Вопрос: И в тот момент, когда я читаю это ежедневно и понимаю, что я не могу, вот это есть молитва: "Не могу я!"?

Ответ: Вот это и есть не молитва, а состояние, когда ты проверяешь себя и видишь, насколько ты должен быть исправленным. И тогда у тебя уже готовы какие-то претензии или просьбы об исправлении. И вот ты ждешь этого Судного дня и выкладываешь их.

Вопрос: Это и есть на самом деле молитва Судного дня?

Ответ: Да. Ты сам себя судишь, приходишь и требуешь, чтобы Творец тебя исправил, потому что ты сам себя исправить не можешь. И единственный, кто может, – это Он. Но только в соответствии с твоими требованиями, просьбами, мольбами. Так что поторопись!

Вопрос: Вы начали с того, чтобы полюбить всех. Это, в принципе, и является основой Судного дня?

Ответ: Да, это называется "ахават олам" – любовь мира.

Вопрос: То есть к этому я хочу прийти и не могу, и прошу?

Ответ: Абсолютно! Так что готовьтесь.

Вопрос: То есть все-таки радость?

Ответ: Радость, это день радости. А далее, я не знаю, как люди встречают этот день на самом деле. Мне кажется, что они должны, конечно, отдавать себе отчет. Как и сказано, что человек должен думать о том, как он прожил этот год, как он стремился быть добрым, творящим добро, быть проводником доброго Творца в мире.

Вопрос: Об этом желательно думать человеку в этот праздник?

Ответ: Должен, да. Я думаю, что обычные люди, в принципе, не погружены настолько во зло и поэтому нечего бояться за Судный День. За что их могут судить? Зло родилось раньше человека. Зло, зависть и прочие отрицательные свойства. Так что человек – он человек. Что можно еще сказать о нем?

Вопрос: Скажите, пожалуйста, а для чего тогда этот праздник?

Ответ: Я думаю, что этот праздник – он скорее всего о том, чтобы человек подумал, почему он создан таким. И каким образом он захотел бы себя немножко подправить. Хотя творение – это творение Творца, но, допустим, что у человека есть возможность немножко себя исправить. Как бы он это сделал, в какую сторону?

Вопрос: То есть намерение его так или иначе к добру, к теплу, к любви?

Ответ: Да.

Вопрос: А почему он тогда просит прощения? Очень много молитв, это называется "слихот". "Прости! Прости!" Все время "прости!" Что простить тогда, если он таким создан?

Ответ: Прости за то, что Ты сделал меня таким гаденьким, подленьким, ничтожным, вредным, приносящим всем только зло и несчастья. И я Тебя очень прошу, помоги мне выпрямиться, исправиться, быть все-таки хотя бы немного лучше.

Вопрос: То есть чаяния человека – не угробить другого, а наоборот, стать лучше, все равно?

Ответ: Я думаю, что если бы человек серьезно подумал обо всем том, что случается с ним, каким он создан, и каким он вообще мог бы быть, то он просил бы исправления того, что Бог создал в нем.

Вопрос: Есть такой текст в молитве Дня Искупления, он очень яркий. "И убоятся Тебя, то есть Творца, все создания, и падут ниц перед Тобой все сотворенные, и составят все единый союз, чтобы исполнять волю Твою всем сердцем".

Объясните, пожалуйста, все-таки убояться надо?

Ответ: Дело в том, что нам вообще очень трудно понять это неравновесие между абсолютно добрым Творцом и абсолютно злым человеком, которого создал тот же добрый Творец. Почему? Именно для того, чтобы человек осознал причину такого своего создания, сотворения и захотел бы быть подобным Творцу.

Вопрос: А причина в чем?

Ответ: В том, чтобы только захотеть быть как Творец.

Вопрос: То есть я так далеко от Него и хочу быть Ему подобным?

Ответ: Да.

Вопрос: А я умышленно далеко от Него?

Ответ: Изначально.

Вопрос: И тогда "убоятся Тебя" – это что означает?

Ответ: Это уже обращение к Творцу. Когда люди почувствуют, что все это происходит от Тебя, чтобы они убоялись и упросили Тебя об исправлении.

Вопрос: А когда говорится "и падут ниц перед Творцом", что это означает?

Ответ: Пожелают подчиниться доброму началу Творца.

Вопрос: "И падут ниц перед Творцом все сотворенные и составят все единый союз, чтобы исполнять волю Твою всем сердцем". Что это – вот это последнее?

Ответ: Это когда каждый будет помогать другим, для того чтобы все вместе были в добре и в любви к Творцу и ко всем.

Вопрос: Еще один вопрос: в чем особенность именно сегодняшнего Дня Искупления, Йом Кипур для вас? Как вы чувствуете?

Ответ: Мы видим, что мир не становится лучше, это уж точно. Люди не становятся лучше, они просто усталые. Устали от этого мира, от этой жизни и от того, что происходит с ними, что нет ничего хорошего в будущем у детей. И поэтому наговаривать на человека нельзя. Это он, он таким создан – человеком злым, равнодушным.

Реплика: И вы не наговариваете на человека…

Ответ: Ни на человека, ни на Творца я не наговариваю. Просто это данность, которую мы должны четко осознать, и после этого начинать просить – просить исправления человека и всего мира.

Нам надо все-таки осознать, что это зло является следствием наших отношений друг с другом. Мы не можем подняться над собой, для того чтобы желать добра всем. Не можем. В этом причина нашего нетерпения друг к другу и всего того, что с нами происходит.

Я надеюсь, что эти последние события – то, что мы сейчас находимся в обсуждении того, что происходит с миром, с человеком, с каждым из нас, я надеюсь, что они в итоге все-таки приведут к осознанию того, что нам надо исправить этот мир. И это зависит только от наших желаний.

Я думаю, что Творец специально таким образом все это так прокручивает перед нами, чтобы мы осознали необходимость в изменениях.

Вопрос: Можно не ждать этого Дня Искупления, а в течение дня его сделать, сейчас его сделать, вдруг решить и сделать? Можно так?

Ответ: Конечно! Не надо нам ничего ждать.

Реплика: Но люди ждут обычно этого дня, готовятся к нему.

Ответ: Откладывают, это нехорошо. Мы должны каждый день считать как день, подходящий для извинения, для искупления, для того чтобы изменить свое отношение ко всем и вся. Это все зависит только от нас.

Вопрос: Еще один вопрос: что этот праздник для мира? Мы начали с того, что есть у евреев такой праздник, очень особый. А для мира что значит этот праздник?

Ответ: Для мира он ничего не значит. Большинство людей вообще не знают, о чем речь. Да и для евреев особенно не значит, потому что думают, боятся, заботятся каждый о себе, а не за всех.

Вопрос: А должна быть мысль за весь мир, за всех?

Ответ: Абсолютно за всех! Добрых, плохих, любых-любых людей. Даже не только людей, а за весь мир, за все существующее. Это должна быть всеобщая мысль и всеобщая молитва всех и вся. Это и есть День Искупления.

Творец нам специально дал такие условия, чтобы мы почувствовали необходимость в нашем изменении к миру.

Вопрос: Что бы вы пожелали людям в этот день?

Ответ: Только лишь осознания того, что они своими обращениями к Творцу, друг к другу могут этот мир изменить в лучшую сторону. Другого я им не желаю. И я надеюсь, что они в итоге поймут. Потому что, в принципе, надвигаются такие серьезные действия, ощущения, что миру придется осознать свое личное участие всех и каждого в том, почему мир такой.

Вопрос: Чем это отличается от наркотиков? Взял и спи с открытыми глазами.

Ответ: К этому мы подсознательно стремимся.

Вопрос: Это хорошо, по-вашему?

Ответ: Нет. Это не хорошо и не плохо, но к этому все идет.

Вопрос: И что тогда? Какое будущее у такого человечества, с полуоткрытыми глазами и полусонного?

Ответ: Дело в том, что не мы же управляем нашими состояниями.

Вопрос: То есть заговор какой-то сверху все-таки есть?

Ответ: Обязательно!

Реплика: На первый вопрос у нас есть ответ: заговор есть.

Ответ: Не заговор, а программа нашего развития провести нас через это состояние.

Это состояние мы должны пройти, именно, может быть, в таком, в полусонном, полуобморочном состоянии. Для того чтобы соглашаться с Высшим управлением и не слишком упираться. А оно будет нас все время убаюкивать, потому что должно привести нас к новым вершинам, к новым вершинам познания, согласия с высшей силой. И тогда мы убедимся в том, что мы правильно идем.

Вопрос: То есть наша цель – прийти к согласию с высшей силой? И поэтому она по пути делает с нами такой трюк? С нами такими, немножко полусонными и спокойными, проще дойти до этой цели?

Ответ: Конечно.

Вопрос: Но цель эта – прийти к согласию с высшей силой?

Ответ: Да. Мы должны согласиться с ее безоговорочной властью над нами.

Вопрос: То есть, что она есть и она владеет нами, и всё. И меня как бы нет?  

Ответ: Если я думаю о ней правильно, то тогда меня нет. И это правильный выход.

Вопрос: И это, вы считаете, хорошее достижение, что она есть, а меня нет?

Ответ: Конечно.

Вопрос: А что дальше? Какие шаги я делаю? Вот Ты есть, а меня нет – какие выводы из этого?

Ответ: Ты же есть, Ты и делай.

Вопрос: Ему говорю: "Ты делай"?

Ответ: Да.

Вопрос: То есть все, что я делаю, это делаешь Ты, и я с этим согласен? И это хорошо?

Ответ: Это прекрасно, когда маленький эгоист, человечек, находящийся в самом наинизшем из миров, отменяет себя и не хочет лезть и поганить этот мир.

Вопрос: Революции, перевороты, войны и так далее?

Ответ: Да, это самое хорошее.

Вопрос: То есть такое спокойное состояние человечества, которое отменило себя перед Высшим, – это самое лучшее состояние?

Ответ: Да.

Вопрос: Куда Он ведет нас, Высший, можете сказать? Отменились мы, куда Он ведет?

Ответ: Он ведет нас к тому, чтобы мы отдались высшей силе и ничего не захотели бы делать сами. Только лишь как по ее совету.

Вопрос: Какой ее главный совет?

Ответ: Мы должны чувствовать себя как принадлежащие безоговорочно ей.

Вопрос: То есть вы сейчас всё вокруг этого?

Ответ: Конечно. А что еще здесь есть?

Вопрос: То есть мы соответствуем ей. Можно сказать, что это соответствие ей?

Ответ: Да.

Вопрос: Тогда последний вопрос: какая она, чтобы мы ей могли соответствовать?

Ответ: Абсолютно добрая! И такими мы и должны стать.

Вопрос: То есть побег от себя вы даже приветствуете?

Ответ: Нет, я не приветствую. Я говорю, что если бы можно было убежать от себя, какую-то таблетку взять или что-то еще, и все прошлое оторвалось бы от тебя, а ты начал как бы заново – это было бы хорошо.

Вопрос: Но все-таки характер остается, привычки остаются, ведь человек сам не меняется. То есть он как бы идет на те же проблемы: другая жена еще хуже может быть, другие проблемы еще хуже. Что тогда?

Ответ: Это понятно, что от себя не убежишь.

Вопрос: Вот человек увидел себя ужасным. Даже не эти внешние проблемы, вдруг увидел себя, показали ему, что он, как вы говорите, законченный эгоист. Как от этого убежать?

Ответ: Никак.

Вопрос: А что надо делать тогда?

Ответ: Никак ты не убежишь от себя и от эгоизма своего не убежишь. Ты можешь начинать работать над ним, потихоньку его переделывать, менять, выворачивать наизнанку, но убежать нельзя.

Вопрос: А как же вы все время говорите, что надо идти на сближение с другими, к добрым связям, если мы обратные, мы эгоисты? Как убежать?

Ответ: Никак.

Вопрос: А что же вы тогда советуете бежать к добрым связям, идти на связь с другими?

Ответ: Я действительно советую человеку подняться над собой и подняться на следующий этаж.

Вопрос: Как, если вы говорите, что это невозможно?

Ответ: По закону отрицания. То есть вывернуться наизнанку.

Вопрос: А как я могу это сделать? Сам я могу это сделать?

Ответ: В подходящем обществе сможешь.

Вопрос: То есть я должен найти общество тех, кто хочет вывернуться наизнанку? И что? Я смотрю – они пытаются вывернуться. Мои действия какие?

Ответ: Я хочу быть, как они, примкнуть к ним и также пытаться выворачиваться.

Вопрос: И можно вывернуться?

Ответ: Да.

Вопрос: А что там, на изнанке?

Ответ: То, что хорошее, будет плохим. А то, что плохое, будет хорошим.

Вопрос: То, что хорошее, будет плохим, понятно. А то, что плохое, будет хорошим? Плохое для меня было, как мы говорим, соединиться с другими, пойти на добрую связь. Это станет хорошим? И это как раз и надо человеку, по большому счету?

Ответ: Да. Он попадет в другой мир.

Вопрос: Это и есть переход в другой мир на самом деле?

Ответ: Конечно.

Вопрос: Вот так вы просто это объясняете? Перевернулся наизнанку, пошел на связь, и получилось – это и есть другой мир?

Ответ: Да.

Вопрос: Вот этого от нас хотят сверху, что нас все время бьют в этом мире, чтобы мы вывернулись наизнанку?

Ответ: В принципе, да.

Реплика: То есть побег от себя: смена фамилии и так далее, – по большому счету, это всё…

Ответ: Это ничего не значит. Он не меняет свою природу. Он не меняет себя.

Вопрос: Вот это важнейший вопрос! То есть он на этой же плоскости и существует?

Ответ: Продолжает.

Вопрос: На этой плоскости мы ничего поменять не можем?

Ответ: Нет, будет только еще большее разочарование и всё.

Вопрос: Значит, ваш основной совет – это найти таких же, выворачивающих себя наизнанку, и с ними вместе просить?

Ответ: Да.

Вопрос: В результате выворачивает нас наизнанку – это всё-таки как бы сверху?

Ответ: Высшая сила.

Вопрос: То есть все наши просьбы так или иначе к ней постоянно?

Ответ: Даже если не будешь просить. Будешь немножко пытаться, – если кто-то тебя и изменит, то только она.

Ответ: Она говорит верные слова. Это хорошо, когда ребенок почувствует такой стресс.

Вопрос: Что уже готов к тому, что его будет обирать государство?

Ответ: Да.

Реплика: Вообще-то это ребенок. Скажем, 10-13-14 лет.

Ответ: Нет, это уже взрослый.

Вопрос: Вы считаете, что это возможный вариант так воспитывать?

Ответ: Да, это хорошо для ребенка и хорошо для человека вообще, для родителей и для всех.

Вопрос: То есть он не выходит в мир, распахнув руки. Он знает, что мир тревожен, будут откусывать. И это, вы считаете, хороший вход?

Ответ: Да, это очень неплохо.

Вопрос: Как вам такой премьер-министр, который настаивает, чтобы гражданин следил за ним и за его сотрудниками, подчиненными? Маргарет Тэтчер, говорят, такой и была.

Ответ: Да! Она была жесткая! И на критику – она не опускала другого, а наоборот, слушала.

Вопрос: Тогда что называется доверием к правительству?

Ответ: Когда я знаю, уверен, что правительство действует верно. И тогда я ему доверяю.

Вопрос: То есть я понимаю, что оно правильно берет у меня точные суммы и точные деньги? И это будет только после какой-то моей проверки?

Ответ: Обязательно.

Вопрос: При этом сам человек воспитывается, если он так живет?

Ответ: Естественно. Он проверяет все у других и проверяет у себя, и видит, что все это вписывается в правильную систему.

Вопрос: То есть этот самоконтроль и контроль общий – он обязателен?

Ответ: Да

Вопрос: И еще тогда такой вопрос: в общем каково правильное воспитание гражданина?

Ответ: Правильное воспитание гражданина в том, чтобы он сам хорошо знал свою полит-экономику: откуда приходят деньги, куда они уходят, и как он ими распоряжается.

Вопрос: То есть он сам бы этим занимался. Он становится гражданином, который всё это знает и всё это понимает?

Ответ: Да. По крайней мере, он должен понимать, что он должен быть в своем деле, в своей работе, в своем доме бизнесменом, хозяином.

Вопрос: И это правильное воспитание гражданина?

Ответ: Конечно. И тогда на уровне дома и семьи, и вообще государства это правильно.

Вопрос: Вы счастливый человек! У вас очень точно все найдено, и очень точно вы бьете в эту точку. А людям, которые устали и изыскались, и вообще, под грузом ответственности, под грузом забот, вот так вдруг уйти в этот садик, сидеть и друг с другом играться. Как вы считаете, это хорошо?

Ответ: Я не представляю. Как жить в Эдинбаро… Эдинбаро – это настоящее имя Эдинбурга. Я знаю хорошо этот город.

Вопрос: Вот этот городок дошел до садиков. То есть они могут это сделать? Вы исходите из того, что есть сорт людей, который может вот так все оставить и пойти поиграться денек?

Ответ: Да, это именно для них. Это хорошо.

Вопрос: Для человека, которому нужна какая-то терапевтическая практика выйти из стресса, это хорошо, суметь так сделать?

Ответ: Почему нет? Если это его удовлетворяет, если он становится спокойнее, мы должны привести его к страшным вопросам бытия, чтобы он не знал, куда деться, и только свалившись с этой высоты, оказался в правильном ответе на вопрос: "Для чего я живу"? Нет.

Вопрос: То есть вы бы его в садик поместили? Если ему там хорошо, пусть будет в садике?

Ответ: Да.

Вопрос: Детки обычно спокойно идут на контакт с другими. Дети играют, садятся в песочницу, чужой ребенок – он с ним начинает играть. Может это привести к тому, что мы как бы наладим больше контакты между нами, если сумеем посадить в садик взрослых, конфликтующих людей?

Ответ: Это будет уже называться не "садик", а какое-то психологическое заведение.

Вопрос: Тогда еще такой вопрос. Мы играем сейчас во взрослые игры – в войны и так далее. Если как-то суметь поменять это на детские игры, чтобы с таким же увлечением это происходило, это возможно или нет? Может быть, есть в этом какое-то решение?

Ответ: Так это и есть игра, то, чем мы занимаемся с войнами, со всякими этими делами. Она сама и есть игра.

Вопрос: Можно ее перевести на рельсы детской игры, чтобы не было жертв, не было крови, не было ненависти?

Ответ: Это не было бы захватывающим.

Реплика: Вся проблема в этом.

Ответ: А что ты сделаешь?

Реплика: Никак мы не можем в садик их просто посадить, пусть там сражаются?

Ответ: Нет! Ты ведь не можешь из взрослых детей делать совершенно таких…

Вопрос: Все-таки вы их назвали сейчас взрослыми детьми. Это не оговорка? То есть взрослые дети взрослеют вот так?

Ответ: Да. Они должны взрослеть. А взрослеть они могут только, если будут набивать себе и друг другу хорошие шишки.

Вопрос: Как же успокоить этих взрослых?

Ответ: Не надо успокаивать. Надо их выматывать, причем так, чтобы они не знали, куда бежать и где найти хоть какое-то успокоение. Выматывать, чтобы голова кружилась, и он не знал, что делать, и качался бы на ходу, и все время чувствовал себя как будто сейчас упадет.

Вопрос: А что это дает? Мы сейчас говорим о взрослых, которые играют.

Ответ: Это страх за следующее мгновение своей жизни. Это важный момент.

Вопрос: То есть вы имеете в виду, что страх надо привить взрослому человеку?

Ответ: Надо его навязать даже, чтобы все-все боялись за свою жизнь.

Вопрос: Что из этого выйдет?

Ответ: Человек будет более здраво рассуждать, планировать следующий шаг. Лучше так, чем спокойно.

Вопрос: Это можно сделать на уровне государства?

Ответ: На уровне всего мира. То есть от человека до людей, до всего мира.

Вопрос: Это может остановить все то безумие, которое существует?

Ответ: Конечно. Я думаю, что к этому придем.

Вопрос: А как это сделать? Как измотать человека?

Ответ: Страшилками, только хорошими. То есть умными такими, которые объясняли бы человеку, где он находится, в чем он находится, и насколько это приводит его к состоянию, когда он ни сегодня, ни завтра, ни до смерти, ни после смерти не будет видеть успокоения. Вот это главное. Потому что он думает: "Ну максимум я умру". Нет, на этом ничего не кончается. Он захочет стать выше смерти.

Ведь мы ему объясняем, что на этом все не кончается. Значит, тебе надо найти какой-то выход, как ты разберешься с этим действием. Вот это главное.

Вопрос: И он тогда думает, как делать следующий шаг?

Ответ: Тогда да. Я думаю, что если у него не будет страха смерти, то обычный человек не сможет правильно прожить. А есть люди, которым неважно, они хотят еще до своей смерти, до всего этого просто познать, узнать, раскрыть. Для них все открыто. Я за это.

Вопрос: Так и должно быть у человека?

Ответ: Это зависит, конечно, от строения души. Я не думаю, что это для всех, но должно быть открыто для всех.

Вопрос: Тогда в какую игру должен играть человек?

Ответ: Он должен понять, что раскрыть смысл жизни – это самое главное, что ему надо в этой жизни. Вот и все.

Вопрос: Тогда такой вопрос: как спорить с ослами? Потому что это происходит сплошь и рядом. Вы говорите: "Вообще не спорить". А что делать?

Ответ: Ты ничего не можешь сделать. Если они существуют в природе, то самое мудрое – это не влезать с ними в спор.

Вопрос: То есть упрямый человек, и ты понимаешь, что он упрямый, – ты никак не должен доказывать ему свою правду?

Ответ: Никак.

Вопрос: А как ты выстроишь свою правду, если вокруг тебя, допустим, сплошные ослы?

Ответ: Сказать им всем, что они правы. И пускай между собой разбираются, если их много.

Вопрос: А сам ты свою правду держишь в себе и не выкладываешь ее?

Ответ: Да, конечно.

Вопрос: Это самое правильное?

Ответ: Не то, что самое правильное – единственный, правильный выход из этого состояния.

Вопрос: То есть то, что происходит сейчас в стране: каждый упрям и, допустим, держится за свое, именно за свое. И он никогда с этого не сойдет, ты это прекрасно понимаешь. А ты все равно входишь и входишь в споры. Почему?

Ответ: Каждый старается убедить другого, что он прав.

Вопрос: И к чему это в результате приводит?

Ответ: К тому, что все ослы.

Вопрос: И все-таки какие мои действия? Тихо, спокойно строить свое в стороне, не входя в споры?

Ответ: Да, занимайся своим делом.

Вопрос: А как же я проведу свою, не ослиную линию?

Ответ: Не проводи.

Вопрос: Как же это разрешится тогда?

Ответ: Каким-то образом разрешится. Если мир состоит из ослов, то ничего не сделаешь. Пойми, что он такой.

Вопрос: Я осторожно спрошу вас: мир состоит все-таки, в основном, из ослов?

Ответ: Мы же видим!

Вопрос: Да, мы видим, что каждый отстаивает свою позицию. И какое будущее тогда этого мира? Он же должен все-таки прийти к какому-то решению?

Ответ: Нет.

Вопрос: Даже может так и продолжаться?

Ответ: Да. Последние тысячи лет, которые мы знаем мир, таким образом это и происходит.

Реплика: Это ведь будет продолжаться и продолжаться.

Ответ: Конечно. Дай возможность ослам жить нормально в этом мире.

Вопрос: К чему это в результате приведет?

Ответ: Это приведет к тому, что будут такие войны, после которых мало что останется.

Вопрос: Никто не сдастся?

Ответ: Никто. После какой-то войны люди останутся у пепелищ, будут сидеть спокойно у костра, пить чай и разговаривать, им уже будет неважно…

Вопрос: Бывшие враги – вы это имеете в виду?

Ответ: Да, даже враги.

Вопрос: И дальше снова пойдут эти войны?

Ответ: Пойдут, обязательно.

Реплика: Войны – я имею в виду даже перепалки наши.

Ответ: Пока эгоизм существует, это не исчезнет. Это природа человека.

Вопрос: Как изменить нашу природу? Как подняться над "ослом", выйти из ослиного состояния?

Ответ: Это только если люди поймут, в чем заключается смысл существования мира, государств, человека, тогда они смогут что-то с этим сделать.

Вопрос: Тогда скажите, что они должны понять?

Ответ: Они должны понять то, что мы и говорим: что мир находится в своем эгоистическом развитии. Мы должны это осознать, мы должны подняться над своим эгоизмом. Если мы захотим, тогда это произойдет, а если не захотим, то это не произойдет. Тогда через какие-то поколения нас раскопают и поймут, что тут произошло.

Вопрос: Не хочется, чтобы так было. А что, по-вашему, может сработать?

Ответ: Сработать сможет только зло. Когда зло проявится больше, тогда над ним можем подняться мы. Это должно быть осознанное зло. Это не то, что рушится мир. Это должно быть осознанное зло: что такова природа человека, и только если мы возьмем и все вместе воскричим к Творцу, то это нас спасет.

Вопрос: То есть вы говорите об осознании зла моего как такового, каждого? Вот это зло?

Ответ: Да.

Вопрос: Тогда какая функция возложена нас?

Ответ: Я надеюсь, что наша работа все-таки где-то даст свой результат. Где-то даст.

Вопрос: То есть жизнь человека выше, вы имеете в виду?

Ответ: Да, и жизнь государства выше.

Реплика: И мы именно на это поставлены, чтобы защищать жизнь человека и государства. А если их бьет внутри: "Вот диктатура, я не хочу при этой власти, хочу смены…"

Ответ: Обязан защищать жизнь людей!

Вопрос: Вопрос еще такой: если произойдет какой-то инцидент, всё-таки мы находимся в постоянных войнах, – как вы считаете, с точки зрения правительства, или армии, звать таких офицеров вернуться или не звать?

Ответ: Звать. Никакой не должно быть здесь ни поблажки, ни отсрочки, ничего! У всех свое место, и все должны на этих местах быть.

Вопрос: Как вы считаете, как себя ощущает человек, когда он оголяет фронт? Почему он может это сделать сегодня? Раньше я бы такого и не подумал. Раньше они все шли с радостью, все служили – обязан. А сегодня он может вдруг сказать такое, вдруг оголить. Что он чувствует при этом?

Ответ: Я не могу даже сказать этого. У меня на это абсолютно четкое мнение.

Вопрос: А как в вашу бытность это было, вы помните? Я знаю, что вы служили в частях технической поддержки авиации. Это самая серьезная часть у нас в армии.

Какое тогда было ощущение? Это "милуим" называется, те, кто служит после армии до сорока лет и дальше. Какое у них было ощущение – обязанности такой, однозначной?

Ответ: Конечно. Даже вопроса не стояло.

Вопрос: А что произошло, по-вашему, за эти годы?

Ответ: Развал! Просто развал, потому что личное становится выше государственного.

Вопрос: Это всё то, что вы говорите постоянно: "Эгоизм растет"?

Ответ: Да, это даже хуже. То есть человек начинает ставить свое мнение выше существования государства.

Вопрос: Что нас ждет, если так будет продолжаться?

Ответ: Я думаю, что таким образом общество найдет новую систему мировоззрения.

Вопрос: То есть вы видите в этом и положительную еще сторону?

Ответ: А куда им деваться? Если бы это было не с евреями, то можно было бы говорить о гражданской войне. Но здесь, я думаю, что сейчас это уже не дойдет до нее.

Вопрос: Какая армия, по-вашему, будет защищать и будет видеть в этом великую привилегию? Что должно быть там?

Ответ: Должна быть внутренняя перестройка общества, армии, партий, всего государства.

Все-таки те люди, которые считают государство своим, должны понимать, что находятся здесь во взаимных обязательствах. Никуда не денешься.

Реплика: Интересно, что враги, которыми мы, в принципе, окружены, не желающие существования государства, они нас не заводят на жесткую позицию, что ты не можешь покинуть армию – это твой пост, ты обязан! Что-то случилось такое.

Ответ: У них концепция другая, новая. Они считают, что постепенно, со временем мы сами разбредемся.

Реплика: Да. Вот и Насралла, наш сосед на севере, говорит, что с ними уже можно спокойно разобраться, у них там разброд и шатание.

Ответ: Да. Сегодня благодаря нашим соседям армия должна быть крепкой, и все это понимают более-менее. И до какого-то предела мы можем позволять себе ругаться, спорить. Но мы должны понимать, что есть граница, в ней наша жизнь. Так что спасибо нашим соседям, которые нас держат!