Каббала, наука и смысл жизни

Творец создал эгоизм таким, что человек сам не в состоянии преодолеть его, но должен пытаться, чтобы обессилев, просил Творца о помощи – и так, в своем бессилии силой Творца, победил эгоизм, и смог оценить помощь и мощь Творца, как ребенок рядом с отцом!

Если человек желает идти путем единения-отдачи, а не получения-эгоизма, то его основное прегрешение в том, что он не просит Творца о помощи победить эгоизм. Поэтому просит прощения, что не просил о помощи. А далее просит Творца о помощи!

(Рабаш 1. Просьба о помощи и извинении)

В ближайшем будущем мы еще увидим, насколько разобщенным проявляется еврейский народ в точке над/под эгоизмом. Если бы не антисемиты, сами евреи уничтожали друг друга: за Творца, объединение, или за эго. Так ведь уже было во времена 1 и 2 Храмов.

"Кто за Творца – к нам!"

Если проявляется обратная эгоизму сила, она тянет к раскрытию Творца, к единению, коммунизму и называется Исра-Эль, Прямо-Творец, через исправление разбитой эгоизмом Души. В этом противостояние народа Израиля всем народам мира, ведь в каждом в мире есть и стремление к Творцу.

Скандал в Демократической партии Америки, где много евреев выступают как антисемиты, вызывает напоминание происходящего с евреями, поведение евреев кажется абсурдом. Но это вовсе не так. Причина: в каждом из нас есть 2 силы: эго и обратная. Обычно проявляется эго (народы мира).

Нет ни одного человека в мире, в котором не было бы этих двух сил. Ведь они происходят из разбиения единой Души, когда силы отдачи и силы получения проникли друг в друга. Поэтому всегда существуют параллельно. И по мере эволюции и проявления эгоизма, проявляется антисемитизм.

В Древнем Вавилоне проявилась в людях "точка в сердце", стремление в объединении в точке над эгоизмом сердца раскрыть Творца. Но если эго сердца властвует над точкой, то проявляется в человеке противник единения – антисемит. Эти две силы в каждом дополняют и питают друг друга.

Хотелось бы, чтобы все люди в мире приобрели тот набор знаний, который можно узнать из каббалы, даже не занимаясь духовным усовершенствованием, а просто изучая ее как любую другую науку.

Вопрос: Получается, что у человека нет доказательств, правильно ли он идет. Тогда за что же ему держаться?

Ответ: Ни за что. За воздух, за Творца.

Только в группе, когда ты соединяешься с товарищами и работаешь на них, а они на тебя, у вас получается то, что называется "поручительство", и за это можно держаться.

Желание еще не ощущает Творца, но уже чувствует, что склоняется перед Ним, перед неким высшим качеством. Само действие преклонения приносит ему удовлетворение, удовольствие, спокойствие, наслаждение своим состоянием. Таково воздействие высшего света на желание. И это происходит еще даже до вхождения в духовный мир (до "махсома"), до обретения свойства отдачи.

До этого склонения человек обычно переживает противоположное состояние: гнев, раздражение, злость. Он злится от того, что вынужден склониться. Эгоизм всеми способами стремится вырваться из клетки. Это целый период, в конце которого вдруг приходит успокоение, и человек чувствует, как замечательно склонить себя.

Человек очень сильно и чувственно переживает два этих полярных состояния: огромный гнев и вдруг полное спокойствие. Он понимает, что самое лучшее – это склониться. Это первое исправление, которое потом сопровождает человека на всем пути.

Если человек способен выдержать продолжительный период удрученности, раздражения, боли от зависти, ущемленного честолюбия, сжигающих его изнутри и выкручивающих душу, то в какой-то миг он вдруг выходит будто на свежий воздух. Это словно ракета, огромными усилиями преодолевающая притяжение Земли, которая вдруг выходит в открытый космос, где все тихо, спокойно и полная невесомость.

* * *

Склонить себя – это не значит покориться, как осел, чтобы все на мне ездили. Я склоняюсь относительно Творца и наслаждаюсь этим состоянием, которое приходит как раз после сильнейшего взрыва эгоизма.

* * *

К объединению приходят из отчаянного состояния, потерянности и бессилия, когда мы плачем и требуем от Творца помощи. Иначе мы не сможем почувствовать объединение в правильном месте – в сердце, в желании.

Объединение – это ощущение в моем сердце жизни, которая происходит в сердце товарища. Мое сердце только ощущает, но оно живет жизнью товарища. Для этого мне нужно убедить себя, что в сердце товарища находится Творец, и если я хочу прийти к Творцу, то обязан приблизиться к товарищу.

Объединение – это ощущение взаимной зависимости, когда я чувствую, что полностью завишу от других: от их успехов, достижений, здоровья, от всего. Поэтому мы привязаны к своей семье, ведь понимаем, что зависим от нее.

Если домочадцы здоровы – то мне будет хорошо, если успешны – это тоже мне на пользу. Так работает наше желание насладиться в самой примитивной форме: наслаждение/страдание, разрыв/соединение, боль/отсутствие боли. 

* * *

Полная мера ("сэа"), после которой в нас происходит качественное изменение, складывается из количества и качества изменений, куда входит число действий, число лет, суммарное вложенное усилие. Это все количественные показатели, но из количества следует новое качество.

Все наши усилия направлены лишь на то, чтобы смягчить свое сердце. "Полная мера" означает, что броня нашего сердца разбивается. Сердце заковано в эту броню, и ее необходимо разбить, "пробиться к ответу". Достаточно хотя бы одной трещины, чтобы уже начать ощущать некий контакт с духовным и свое разбиение. До этого человек даже не чувствует разбиения, его сердце просто глухо.

Невозможно пробить эту броню одним ударом. Это подобно тому, как цыпленок вылупляется из яйца: стучит и стучит в скорлупу, пока она не треснет и позволит ему выбраться наружу. Но в нашем случае еще труднее, ведь броня не только не разбивается одним ударом, а невозможно разбить ее одному, только вместе с товарищами! Потребуется много ударов и сделанных сообща.

И какую же броню я разбиваю: свою или товарища? Броня не моя, и не его, а находится между нами. Как сказано: "Да поможет человек ближнему". Товарищ стучит со своей стороны, а я со своей, и только вместе мы сможем разбить эту броню между нами.

Поэтому в нашем мире множество людей полностью отрицают наличие Творца. И это действительно так, поскольку то, как мы Его себе представляем, не существует.

Творец – это общая наполняющая, оживляющая нас внутренняя сила природы, состоящей из желания. Творец наполняет это желание. Но обратиться к Нему можно только из цельного желания в подобии Ему. А элементарное подобие Ему – это десятка. Из того, как Он создал нас, через четыре ступени прямого света, мы и можем обратиться к Нему. Не иначе.

Вопрос: Когда мы приезжаем на конгресс, то каждый урок у нас новая десятка. Как тут поступать? Не привязываться к физической десятке?

Ответ: Вы можете не привязываться к десятке, но обращаться к Творцу вы должны только через конкретное растворение себя в других. Под десяткой имеется в виду именно растворение себя в других.

Объединение – это ощущение в моем сердце жизни, которая происходит в сердце товарища. Сердце ощущает и живет жизнью товарища. Для этого мне нужно убедить себя, что в сердце товарища находится Творец, и если я хочу прийти к Творцу, то обязан приблизиться к товарищу.

Склонить себя – не покориться, а склониться пред Творцом с наслаждением, обычно происходит после сильнейшего взрыва эгоизма и гордости.

К объединению приходят из отчаяния бессилия, умоляя о помощи.

Иначе не почувствуем объединение в правильном месте – в сердце, в желании.

РАБАШ читал эти вопросы и на ходу объяснял. "Как может быть, что из Вечного, не имеющего начала и конца, происходят творения ничтожные, временные и ущербные?" – читал он.

Он отвечает, я слушаю внимательно, и ловлю себя на мысли, что не очень-то понимаю, о чем он говорит.

А РАБАШ продолжает читать дальше.

Со второго или третьего пункта этого предисловия я перестал понимать его абсолютно. Я не воспринимал слова. Я не мог соединить их вместе, связать в разуме, а тем более в сердце. Хватался за мысль и тут же терял ее.

Нет, это не были тайны Торы или нечто отвлеченное. Но я чувствовал себя полным идиотом. Ведь я привык воспринимать материал, облачаться в него, выяснять, чертить, писать. А тут мне, с моим образованием, даже не за что зацепиться.

Примерно через час РАБАШ сказал: "Хорошо, на сегодня достаточно. Продолжим в следующий раз". Я вышел от него со смешанным чувством раздражения на него, на себя, но с решением, что уж в следующий раз я во всем разберусь.

Следующий раз наступил через несколько дней.

Гилель снова сказал мне: "Если хочешь, сегодня после нашего урока ты можешь зайти к Ребе[2]".

И снова у меня был с ним урок, и вновь я ничего не понял.

После этого Гилель больше не предлагал мне идти к РАБАШу.

Власть ни в коем случае не против антисемитских выступлений, просто она выжидает момент, – так мы увидим в исторической перспективе, – когда можно взять в руки это движение, возглавить его. И тогда, вместо Макрона, Меркель и прочих деятелей в каждой стране возникнут свои маленькие гитлеры.

Все перерастет в фашизм, это естественно.

Вопрос: Вы считаете, что это будет подхвачено верхом и верх поведет уже остальных?

Ответ: Конечно.

Вопрос: То есть история ничему не учит?

Ответ: История ничему не учит, она не может учить. История будет повторяться до тех пор, пока мы, евреи, не переделаем ее. В принципе, мы видим во всем, что происходит, прямое указание нам, что мы должны действовать.

Реплика: Ваш вывод, как всегда, парадоксален для многих. Вы говорите: Европа ничего не сможет сделать, а мы – евреи, Израиль – сможем. Мы сможем повлиять на то, что происходит в Европе и в мире.

Ответ: Да.

Реплика: Вот это самый парадоксальный вывод. Я предвкушаю возмущенные комментарии, поэтому хочу вас спросить: "В чем избранность?"

Ответ: Я уже привык к комментариям, и к нападкам, и к наездам, и ко всему. Что я могу сделать, если это верно? 30 лет назад мы говорили о том, что произойдет, – сегодня это происходит?! Так научитесь от того, что я говорю вам правду. Не свою, а потому что она заложена внутри природы, и каббала это просто считывает и передает нам.

Реплика: Вот эта избранность народа всех возмущает…

Ответ: Кто из евреев не хотел бы избавиться от этой избранности, от богоизбранности? Это то, что мы несем на себе!

Вопрос: А еврею нельзя быть как все? Жить тихо, спокойно, как все?

Ответ: Нет, не получится. Это не крест, а "маген Давид" ("звезда Давида"), который мы должны нести на себе.

Вопрос: Тогда в чем она – богоизбранность?

Ответ: В том, чтобы взять управление миром в свои руки, направить мир к добру, показать миру, что можно объединиться, и тогда в мире будет проявляться добрая сила. Только лишь нашим объединением.

Мы должны достичь самой высшей ступени развития человечества – "возлюби ближнего как себя". Нам это дано? Хотим мы или не хотим, мы это получили? Мы должны реализовать это и привнести в мир.

Получается, что все объединение, достигнутое ими при существовании Храма, распространилось между всеми людьми, прежде не имевшими таких генов.

Любой человек в мире, каждая частная душа получила стремление к объединению. Вопрос лишь в том, насколько сильное это стремление. Именно для этого и случилось разрушение Храма и выход в изгнание, чтобы присоединить к народу Израиля души всех других народов.

После взрыва, искры объединения из этой маленькой группы распространились между всеми человеческими желаниями, проникнув внутрь них. Теперь необходимо всеобщее объединение, чтобы таким образом достичь конца исправления.

Поэтому разбиение было неизбежным для народа Израиля, как и прегрешение, разбиение души первого человека, Адама. И теперь во всех людях произведена некая подготовка, вопрос лишь в том, в какой мере она имеется в каждом из нас.

Народ Израиля словно закваска, которую добавляют в другие народы, как в молоко, чтобы вызвать общее объединение.    

* * *

Если я хочу соединиться с товарищем, то обнаруживаю, что мне необходима помощь Творца. Чем больше я прошу Творца о помощи, тем сильнее чувствую свою зависимость от Него.

В той мере, насколько Творец укрепляет мою связь с товарищами, я устанавливаю связь с Творцом, начинаю Его понимать, чувствовать. Все это раскрывается внутри моей связи с товарищами, внутри человеческих отношений, а не в каком-то абстрактном ощущении самого Творца.

Я ощущаю Творца, обращаюсь к Нему, ведь Он необходим мне как посредник, стоящий между мной и товарищем. Раскрывая разные виды связи с товарищем, я все это отношу к Творцу. Между мной и товарищем существует разность потенциалов, которую наполняет высший свет, Творец, как ток протекающий между двумя полюсами.

В такой форме я постигаю Творца, то есть не Его самого, а Его действия, как сказано: "По Твоим действиям мы познали Тебя". Творец налаживает и портит отношения между нами, разрывает, проводя нас через всевозможные состояния, через темноту и зло, заставляя меня плакать и проклинать Его.

Но затем приходит озарение, ощущение, свет, и я понимаю, что не может существовать одно без другого, ведь "преимущество света раскрывается из тьмы".

В результате всех этих состояний я начинаю узнавать Творца. Хотя Он скрывается, но я начинаю различать Его присутствие, судя по разнице между состояниями.

* * *

613-я заповедь – это любовь к Творцу. 612 заповедей мы можем выполнить, а 613-ю – нет. Последняя заповедь приходит свыше.

612 заповедей – это исправление связи между частями разбитой души. 612 светов склеивают и исправляют осколки разбитого сосуда. А 613-я заповедь – это дополнение к полному, совершенному кли – свет Ехида, приходящий от самого Творца. Мы сами не способны ни на какое действие относительно этой заповеди.

Духовная заповедь – это любовь к ближнему как к самому себе. И если мы выполним ее, то придем к любви к Творцу. Я не пренебрегаю физическими заповедями, но главное знать, что именно мы хотим этим достичь. Например, омовение рук означает освобождение от получения, после котого вся наша жизнь должна быть только в отдаче.

* * *

Творец находится между всеми товарищами. Больше того, именно ощущение разрыва, дистанции между нами – это и есть ощущение Творца. Я смотрю на товарища и вижу, насколько он отличается от меня, какое между нами расхождение, недомолвки – это и есть Творец между нами. А если мы правильно работаем, то видим, что Творец начинает соединять нас, как сказано: "Муж и жена – Шхина между ними".

* * *

В Адаме Ришон до разбиения не было взаимного включения одних желаний в другие. Но после разбиения общей души все ее части перемешались и проникли друг в друга в бесконечном числе вариаций, что позволяет человеку глубоко понимать и чувствовать Творца.

До этого ощущение Творца Адамом было "обрезанное", словно у маленького ребенка. Он не имел инструментов для проникновения вглубь Творца. А за счет разбиения и взаимопроникновения всех частей, требующих работать над их исправлением и просить помощи Творца, человек знакомится с внутренним миром Творца, проникая вглубь Него.

До разбиения Адам получал свет только в тело парцуфа на ступени Нэфэш-Руах. Но благодаря разбиению мы можем поднимать отраженный свет от экрана в голове ("пэ дэ-рош") наверх, как будто входим внутрь Творца.

А затем свет распространяется сверху вниз на эту высоту отраженного света, на высоту постижения Творца, и мы постигаем Его в себе. Этим определяется мера нашего взаимного включения, слияния с Творцом: насколько мы постигаем Творца в голове, настолько соединяемся с Ним телом духовного парцуфа.

И все это начинается и заканчивается в связи между товарищами. Только это наша цель, иначе это будет не цель творения, а какой-то суррогат. Это определяет наше отношение к творению и показывает, имеем ли мы право называться последним поколением.

* * *

Решение только в объединении в десятках. Пока нам не удается преодолеть разрыв между нами, взаимное отторжение. Мы хотим получать все ответы из нашего соединения в десятке. Что бы ни происходило в мире, а я смотрю внутрь десятки и оттуда получаю каждый ответ. Так я настраиваю себя, и тогда вдруг чувствую, что действительно есть система, способная отреагировать на любой мой вопрос.

Все происходящее в мире и со мной лично – это следствие того, что происходит в десятке. Это внутренняя причина, вызывающая затем все последствия в моей семье, на работе и во всем мире. Нужно смотреть только внутрь десятки: насколько мы объединены или нам не хватает объединения – от этого зависит происходящее в любом уголке мира, как ветвь, исходящая из корня.