Материал творения – это желание насладиться, и вся работа заключается в том, чтобы облачить на него намерение отдачи, любовь к ближнему.
Самое главное – это намерение, оно свидетельствует о сути действия. Дело не в том, получаю я или отдаю, а в том, что я ожидаю от этого действия: получить или отдать? Этим определяется все.
Если бы инопланетянин прилетел на Землю и увидел, как человек целый день трудится в поте лица, а вечером отдает продавцу в магазине или кассиру в банке все заработанные деньги, он бы восхитился: "Как он все отдает!" Но мы-то понимаем, почему он отдает: он за это получает что-то другое, более для него ценное.
Выходит, что само действие ни о чем не говорит, а все определяется намерением. В этом разница между животным и человеком: животное понимает только само действие. С ним невозможно говорить о намерении.
Хотя можно выдрессировать животное и с помощью действий немного объяснить ему намерения хозяина. Но по большому счету, животное понимает только действие: ты даешь, значит, хороший, не даешь – плохой. Далее...
Тогда как человек действует с намерением, и этим отличается от животного. От природы мы животные, но чем больше мы поднимаемся над животным уровнем благодаря воспитанию, приобретенным привычкам, тем больше значения придаем намерению. Вся художественная литература, кинематограф, высокие произведения искусства рассказывают о намерениях, а не о самих действиях.
Драмы, конфликты, противоборство тем острее, чем больше расходится намерение с действием, а потому его сложно понять и почувствовать, трудно выразить. И когда намерение, наконец, соединяется с действием, это приводит к решению, к развязке.
* * *
Намерение ради отдачи можно получить только от света, возвращающего к источнику, поскольку этот свет приходит из системы, где мы все соединены вместе. Выходит, что я начинаю чувствовать другого человека неотделимым от меня, а потому меняю к нему отношение и даю ему так, будто беру себе. Отдача ему превращается для меня в мое получение, словно для собственного ребенка.
С ребенком нам все понятно, нам даже приятнее дать детям, чем взять себе. Вот и чужого человека надо увидеть теми же глазами, будто он наша неотрывная часть. Для этого есть свет, возвращающий к источнику, имеющий силу показать мне, что товарищи и я – это части одного тела, и давая им, я будто беру себе.
Поэтому изменение намерения возможно только в группе и только с помощью света, возвращающего к источнику.
* * *
Урок должен быть практическим действием в десятке, а не умственными измышлениями. Он должен войти в наш материал, в наше соединение, ведь объединение – это матрица всей реальности. Нет никакой другой реальности, кроме десятки.
Если я проигрываю все сцены внутри десятки, облачая в нее весь материал статей: десять сфирот, высшие миры, парцуфим, разбиение и исправления – это настоящее изучение науки каббала в действии, "практическая каббала".
После урока я выхожу совсем другим, чем был до него, и десятка тоже другая, ведь мы совершили прыжок в пути.
* * *
Что мешает мне почувствовать себя в совершенстве, в полном изобилии, в слиянии с Творцом? Мир добр и прекрасен, наполнен Творцом, и я в нем вечен и совершенен. Почему я сейчас чувствую иначе? Разница между двумя этими состояниями – только в моем ощущении.
Если я не считаюсь со своим животным желанием насладиться, а хочу быть в желаниях отдачи, то наслаждаю Творца, говоря: "Я чувствую бесконечное наполнение в том, что Ты мне даешь. Мне больше ничего не нужно, я счастлив тем, что Ты существуешь и занимаешься мной!"
Кто мешаем мне чувствовать такую радость и наполнение, кроме моего эгоизма, моей гордыни?
* * *
В конце исправления весь мир становится абсолютно добрым, как сказано, что "волк будет мирно жить рядом с ягненком". Исраэль (стремящиеся к Творцу) – это голова парцуфа, общей души Адама Ришон. У Адама не было головы, он родился животным, ангелом. Ангел – это животный уровень святости, а у животного нет разума, нет головы.
Теперь за счет выяснений начинает расти голова по ступеням шореш, алеф, бет, гимел, далет. Голова – это мы, стремящиеся к раскрытию Творца, к соединению. За счет этой головы существует тело, без которой оно не смогло бы ожить.
У Адама была голова на уровне Хасадим, то есть на животной ступени. А когда он захотел иметь голову со светом мудрости (Хохма), то есть на ступени человека, то разбился.
Исправление заключается в том, чтобы собрать обратно голову и тело – это и будет исправлением мира, реальности. Все будут соединены добрыми связями в свете Хасадим и наполнятся совершенным светом Хохма. Это называется концом исправления.
Вопрос: Является ли иврит некой средней линией между буквами и иероглифами?
Вопрос: 
Аудио (рус.): 
Вопрос:
Вопрос:
Из урока по подготовке к конгрессу в Мексике
Видео (рус.): 
Вопрос:
Вопрос: 
Вопрос: 
