Творец создал каждую душу, каждого человека, находящегося в этом мире так, что все мы разные: и в наших внешних, материальных, человеческих проявлениях, и во внутренних данных, т.е. решимот, имеющихся в душе, в духовном гене.
Я вижу, что каждый в чем-то лучше или хуже меня, и мое отличие от других или в мою пользу, или в их пользу. Свидетельствует ли это различие между нами, что один более совершенен, а другой – менее?
Однако я не могу ничего сказать ни об одном проявлении, пока не увижу его в конечной форме. А в конечной форме, завершая все, что у нас есть, мы приходим к абсолютному совершенству.
Это действительно совершенство, а не нынешнее ощущение недостатка, когда я вижу у кого-то лучшее свойство и завидую, что он умнее, проворнее, удачливее. На самом деле, у меня нет в этом нехватки ни для моего пути к исправлению, ни для моего исправления вообще, и уж конечно, этого не будет недоставать мне, когда я достигну исправленной формы.
Но и в исправленной форме вроде бы возможно "неравенство"? Скажем, в этом мире у кого-то есть слух, и он может быть музыкантом или оперным певцом. Это нечто такое, что или есть, или нет. Ясно, что невозможно взять какого-то Шимона с рынка и сделать из него Карузо. Даже когда я исправлю себя, у меня этого не будет, да и не должно быть.
Если я стану исправлять себя и обращусь к своим свойствам, то увижу, что действую, исходя из своего истинного хисарона (ненаполненного желания), а не смотрю на Карузо, вопрошая: "Почему я не такой?" Это неправильная зависть. Правильная зависть вытекает из имеющегося у меня внутри свойства. Если бы оно во мне было, то я был бы другим.
Таким образом, каждый рождается с необходимыми ему свойствами, и если он исправляет их, то достигает совершенства, пребывая в котором, вовсе не ощущает, что неплохо бы стать еще и Карузо. Поэтому каждый обязан выполнять свою работу.
Если же ему кажется, что у других имеются инструменты и постижения, которых не хватает ему и которых невозможно достичь, поскольку они изначально отсутствуют в его внутреннем духовном гене, то это неверно.
У человека не может быть нехватки в том, чего в нем изначально нет. Это называется искусственным хисароном. Просто я вижу, что этот самый Карузо пользуется уважением, потому что обладает сильным голосом, и тоже хочу получить уважение, полагая, что могу сделать это благодаря голосу.
Но если я правильно реализую себя, то получу полагающееся мне уважение посредством развития иного свойства, посредством использования чего-то другого.
Из урока по статье Рабаша, 12.09.2026
Каждая душа после разбиения сосудов находится в своем начальном состоянии: плохом, разбитом, раздробленном, разделенном снаружи и изнутри. Мы не можем сказать, что кто-то находится в более привилегированном состоянии, чем другой.
Вопрос:
Вопрос:
Вопрос:
Мы празднуем Рош аШана (Главу Года), основываясь на двух аспектах.
На духовном пути есть место работы со стороны Творца и место работы со стороны творения. Мы говорим, что "нет никого кроме Него", все идет свыше, "все в руках небес, кроме трепета перед небесами", все определяет Творец и безусловно, ничего не происходит без решения свыше – это верно.
Бааль Сулам в статье "Свобода выбора" пишет, что существует внутренняя и внешняя части, сформированные для нас Творцом, то есть мы и окружающий мир.
Вопрос:
Вопрос:
Вопрос:
Трудно переоценить величие Бааль Сулама и Рабаша, ведь это люди, которые помогают нам и всеми силами стараются поднять с самой низкой ступени, то есть из этого мира, на духовную ступень высшего мира. Кроме них, нет других людей, которые заботились бы о том, чтобы мы поднялись с уровня смерти на уровень жизни, осознали, зачем живем, благодаря чему существуем.
Уход из этого мира великого мудреца, учителя, духовного наставника – это особый день. Ведь он поднимается еще на ступень выше, показывая нам, что мы должны следовать за ним.
Если глубоко вчитываться в статьи Рабаша, то становится понятным, что все они бесценны. Невозможно сказать, что какие-то статьи менее важные из-за своего небольшого объема. Все они бьют точно и прямо в цель.
Представляя себе мир, человек представляет картину, в какой форме он может наслаждаться всем, что находится вокруг него. Допустим, я ощущаю воздух. Что для меня воздух? Я ощущаю, как могу им насладиться или, не дай Бог, пострадать от него.
