Реплика: В общем-то, эта женщина могла общаться с внучкой на расстоянии, но ей этого не хватало. Ей нужен был именно телесный контакт – обнять внучку.

Ответ: Конечно. И никак иначе.

Вопрос: Сейчас, когда нас так вот разделили, а потом вдруг, может быть, сведут, мы сумеем все-таки постичь, что такое любовь. Поймем, что если нас этого лишают, то это не жизнь. Может быть, для этого нас и разъединили, чтобы мы по-другому подошли к этому объятию?

Ответ: Да. Я согласен. Это расстояние нам сделали специально, чтобы у нас была настоящая тяга друг к другу.

Ответ: Это зависит от взаимных отношений между людьми. Вполне возможно, что человек приходит в это окружение как новорожденный ребенок, и тогда поначалу оно ему дает все, а затем он уже потихоньку вписывается в него и начинает с ним взаимно работать. И может быть наоборот.

Вопрос: Есть ли какая-то формула существования таких сообществ?

Ответ: Взаимная отдача. Без всякой критики, проверки, измерения, кто что мне дает. Главное – что я имею возможность отдавать.

Вопрос: Здесь важно стремиться к этому? Ведь сложно себе представить, что соберутся люди, которые изначально смогут это реализовать.

Ответ: Естественно. Это уже высшее управление дает нам такую возможность.

Вопрос: Значит, когда у тебя есть такое устремление, можно рассчитывать на помощь свыше?

Ответ: Да.

Ответ: Люди устали бояться. Чтобы уже кончилось это, и всё! Человек не желает быть под гнетом страха, это его унижает! Это подавляет его. То есть: "Кто же я такой вообще, что я все время должен быть рабом неизвестно каких условий, каких-то сил?! Если бы это еще с Неба, а то мне диктуют всякие министерства, бюрократы. Они сами воруют, сами неизвестно что делают! Со дня на день раскрываются всякие интриги и всё прочее. Не хочу!"

Реплика: Вот интересно! Человек уходит туда, где нет аптек, больниц.

Ответ: Не надо ничего. Будем питаться тем, что есть, и жить так, как есть.

Реплика: И живут. Старушке 84 года, под 90. Такие интервью с ними!

Ответ: И еще проживут – вот что интересно!

Вопрос: Можно жить в условиях радиации?

Ответ: Я не эксперт и не хочу быть экспертом, но мне кажется, что человек может все!

Он может зайти внутрь в реактор и выйти оттуда, и ничего ему не будет. Все зависит от его внутренней подготовки, от той силы, которая в нем.

Вопрос: Какая сила должна быть в нем, чтобы жить в условиях, в которых жить невозможно?

Ответ: Он должен быть выше своей животной природы.

А они вот так решают.

Эти простые бабушки говорят: "Мы будем здесь. Для нас это родное. Я хочу быть с этим". И это их защищает.

Реплика: Конечно, звучит фантастически, что человек может быть даже в условиях самой высокой радиации.

Ответ: А мы увидим еще через пару лет. Так оно и будет. Человек может всё. Всё абсолютно. Быть в открытом космосе без скафандра.

Вопрос: Зависит только от его внутреннего намерения?

Ответ: Да!

Вопрос: Каким должно быть намерение?

Ответ: Если он не будет думать о своей животной части, он может быть везде. Как говорится про Авраама, который зашел в "кившан а-эш", в печь.

Нет предела нашей возможности, если мы желаем подняться выше нашей животной природы.

То есть у них существует очень огромное давление. Работа для них – это как забытье. В этом они просто находят себя. А сейчас, когда эта работа никому не нужна, там увольняют всех.

А они не могут без этого, ведь это как пуповина к матери – так они привязаны к своей работе. У них ведь на работе всё, и поэтому для них, если нет работы, значит, не для чего существовать.

Именно работа. Когда ты должен вставать, ты должен идти на работу, ты приходишь после нее, там выпиваешь, может быть, какую свою рюмочку саке и ложишься спать. В общем, в этом заключается твоя жизнь. Есть еще семья, но все это всё равно в тех же рамках.

Я не представляю себе Японию, существующую в другом ритме. Я не представляю, почему правительство не организует фальшивые рабочие места, причем, и для мужчин, и для женщин, для того чтобы так их сорганизовать. Ведь свободный японец – это нонсенс! Не может быть такого! Ты видишь, как они ходят, как они ездят. Они не могут по-другому! Для них все эти четкие линии поведения необходимы.

Вопрос: Это мы говорим с вами о японцах. Но в мире каждый год происходит миллион самоубийств. Люди кончают собой. Как вы считаете, это явление будет еще увеличиваться? 

Ответ: Это существует даже среди животных. Поэтому я считаю, что когда эгоизм теряет смысл существования, на любом уровне – животном или высшем, он делает расчет: стоит жить или нет.

Вопрос: Но, в принципе, это потеря смысла жизни, по большому счету? В этом все дело?

Ответ: Конечно, жизнь не окупает себя.

Вопрос: То есть для того чтобы человек не кончал самоубийством, у него должен быть такой смысл жизни, который вечный?

Ответ: Нет, не вечный. Но хотя бы то наслаждение, наполнение, которые я получаю, оно в итоге превышает затраты. То есть я остаюсь с каким-то положительным сальдо.

Иначе какой смысл жить? Только потому, что я боюсь умереть? Так я не боюсь.

Вопрос: Как вы относитесь к тому, что существует ген самоубийства? Говорят, американские ученые нашли 22 гена самоубийства. Если мы вспомним Хемингуэя, то у него отец, сестра, брат и племянница – все покончили с собой, пять смертей на три поколения были.

Существует этот ген самоубийства?

Ответ: Ген – я не знаю, я в этом деле не силен, но предрасположенность к этому, конечно, есть. И у японцев она есть, и есть такие народы, такие племена, такие времена и так далее.

Вопрос: А как выйти, как победить, допустим, или эту предрасположенность или ген?

Ответ: Смысл.

Вопрос: Только поиск смысла?

Ответ: Только. А как еще? Потому что смысл жизни и ее правильная реализация уже сейчас приводят тебя к новой жизни. Ты не должен ни умирать, ни что-то себе воображать. Ты сейчас увидь свой будущий мир еще в этой жизни. Пожалуйста, всё перед тобой. Только зависит от правильной реализации.

Вопрос: А в чем он, смысл жизни?

Ответ: Смысл жизни в том, чтобы сменить свою природу с получения на отдачу, с ненависти на любовь, с отторжения на сближение с другими. И тогда ты в этих свойствах ощутишь совершенно другое существование. И это будет обратный мир.

Ты обретешь наполнение в том, что наполняешь других. И в этом не будет никакого разочарования. Мы к этому придем.

Себя я наполнить не могу и не хочу. Я уже отрешен, во мне уже всего этого нет. Мне лень, мне не хочется ни вставать, ни что-то делать, у меня к себе нет ничего. А вот к другому я могу развить в себе такие качества, что, наполняя другого, я начинаю ощущать, что в этом есть смысл. В этом есть какое-то желание, в этом есть наполнение.

Вопрос: То есть мне сейчас перекрывают всё, что касается наполнения себя напрямую? Жизнь для себя – мне перекрывают это со всех сторон.

Ответ: Да. Человек себя просто израсходовал.

И вот тут они начнут понимать, что именно в наполнении других я могу наполнять себя. Это вид наполнения себя, но другого типа.

Вопрос: То есть я, любя кого-то, отдавая кому-то, наполняю себя?

Ответ: Да, я наполняю себя.

Но тут дело в том, что надо прийти к состоянию, когда ты наполняешь другого не для того, чтобы быть наполненным, а потому что ты именно хочешь быть в другом и ощущать, и радоваться его наполнению. И не думать о себе, ни в коем случае! Потому что тогда ты возвращаешься обратно просто как в колесе.

Я думаю, что они смогут это быстро осознать. Тот же эгоизм приведет нас к этому, что интересно. Он себя хоронит и вместо себя выводит другой тип.

Они придут к этому от неизбежности, от страдания, от ощущения ничтожности, никчемности, пустоты. Как мы пришли в каббалу. Только у них это будет намного ярче. Потому что это будет массовое ощущение конца. И сквозь этот конец, сквозь эту пустоту они увидят свет. Сквозь тернии к звездам, из тьмы к свету.

Вопрос: То есть надо до конца все развалить, практически, уложить человека, и дальше он из этого состояния увидит выход?

Ответ: И на самом последнем этапе, когда ты полностью готов: "Всё, конец!"  – вот тут ты начинаешь видеть: нет, это не конец, это только начало! Так будет.

Вопрос: Но это негуманно. А что для вас значит это слово "гуманность"?

Ответ: Я думаю, что уничтожение прошлого режима, или методики наполнения эгоизма – это самая большая гуманность, которую мог сделать Творец, когда он возвеличил человека со всеми его эгоистическими порывами, целями и прочим чванством, и затем постепенно-постепенно, раз за разом, век за веком уничтожает, уничтожает, уничтожает это все в человеке, показывая, насколько это все нереально.

Но осознать это мы сможем только на самом последнем этапе.