Известный в своих кругах физик-теоретик, Нобелевский лауреат Ричард Фейнман говорил: "Есть вопросы, на которые мы не знаем ответов, не потому что поставили их плохо или неправильно, а потому что мы просто не знаем. Возможно, нам придется прожить с этой неопределенностью".
Что вы можете сказать по этому поводу?
Нашла мышка клад и расширила вход в свою норку, чтобы клад вошел. А вместе с ним вошла туда и голодная кошка. Неужели мы должны довольствоваться сыром и норкой и не искать клады?
Вопрос: Был проведен опрос медперсонала практически всех больниц Израиля. Медсестрам, врачам задавался один вопрос: "Когда к вам привозят наших тяжелораненых солдат, они проходят операцию за операцией, приходят в себя, какой первый вопрос они задают?" – "Где мои товарищи?" Потом вопрос: "Все они живы?" А потом: "Верните меня туда". Вот так они говорят.
И было еще интервью с отцом солдата. Он говорит: "Когда мой сын очнулся после десяти дней реанимации, он увидел нас с мамой и сказал: "Мне надо срочно обратно"".
Я хочу вас спросить: что это такое?
Ответ: Это то, что всплывает в таких случаях в народе Израиля. И я надеюсь, что это будет расти, расширяться, и мы почувствуем, насколько мы необходимы друг другу.
Реплика: То есть это не вопрос: "А что со мной, и есть ли у меня ноги и руки?"
Ответ: Нет-нет. Это необходимость в ощущении моего народа.
Вопрос: То есть такое братство?
Ответ: Да. Это выходит из глубокой точки в человеке. И это, в принципе, и причина, почему произошло то, что произошло.
Реплика: Вот это, если можно, поясните, пожалуйста.
Ответ: Что необходимость в сближении людей сейчас и здесь – в еврейском народе она необходима. И поэтому то, что произошло – это действительно пробудило это чудо. И конечно, мы платим за это великую цену, но на самом деле мы увидим, что оно того стоит. То, что ощущает сейчас хотя бы часть народа, это никак не приобретешь иначе.
Вопрос: Скажите, пожалуйста, мы сейчас говорим о единстве, которое является основой народа. Но как можно хотеть туда, где практически смерть, постоянно ты ходишь под смертью?
Ответ: А это ощущение выше смерти. Смерть тут не считается чем-то особенным, нет. Они ощущают, что то, что их связывает вместе, – это выше смерти.
Вопрос: Они ощущают в этом единстве, которое у них там есть, ощущение жизни, которой они хотят жить все время?
Ответ: Они ощущают, что именно ради этого стоит жить.
Вопрос: Это правильно?
Ответ: Это верно. В этом им можно позавидовать.
Вопрос: Что бы вы сказали этому солдату?
Ответ: Я бы сказал, что он действительно находится вместе с товарищами, что их слияние вместе в одной душе – это уже произошедший этап их единения, и что дальше будет только лучше.
Вопрос: То есть можно вообще позавидовать этим ребятам?
Ответ: Да, можно. Они выигрывают от этого намного больше, чем какие-то ранения или что-то происходящее.
Из ТВ программы "Новости с Михаэлем Лайтманом", 08.01.2024
Враги отступят перед нашим единством
Конфуций сказал: "Люди живут так, как будто никогда не умрут. А умирая, понимают, что никогда и не жили". Как научиться жить, чтобы, умирая, не сожалеть ни о чем?
Реплика: Шуля спрашивает: "Здравствуйте, уважаемый Михаэль Лайтман. Я живу в Израиле. И, как все израильтяне, я заполнялась новостями. В машине слушала новости, дома – новости, на работе – новости, обсуждала их.
И вдруг 7 октября этот ужас, который произошел, этот шок, который мы все получили! И я уже не могу слушать новости! Я их слушаю, и я в стрессе. Комментаторы, разные мнения, трагические истории, критика…
Я начала довольствоваться короткими новостями, только чтобы быть в курсе событий. И получилось, что бо́льшая часть времени, которая была занята новостями, освободилась. Мой вопрос: каким содержанием себя наполнять?"
Это вопрос израильтянина. Он жил действительно новостями все время.
Ответ: Читайте сказки. Да, сказки, не какую-то научную литературу. Можно немножко фантастическую. А еще лучше, если вы способны, я не знаю, сколько вам лет, читать сказки.
Реплика: Сказки на любой возраст подходят.
Ответ: Да.
Вопрос: А почему вы сейчас сказали "сказки"?
Ответ: А потому что все равно мы живем во лжи. Все равно мы живем в неизвестности. Так что лучше читать то, что создает в вас хорошее состояние духа. Вы же не работаете каким-то министром, руководителем, что вы должны быть четко в состоянии ответственности и объективности. Так что занимайте себя чем-то более приятным.
Реплика: То есть это совет для человека, который не занят напрямую выполнением дела, необходимого стране, а вот такой гражданин.
Ответ: От того, что вы будете переживать, вы ничего никому не сделаете. И ни на чем не сыграете.
Реплика: Но вот эти короткие новости, – человек просто не может без этого… Все-таки там наши дети, там война.
Ответ: Это надо. Мы должны быть в курсе и поддерживать.
Вопрос: Это и есть наша молитва, что ты слушаешь и…
Ответ: Да, но не вариться в этом все время.
Вопрос: То есть речь шла об освободившемся времени. И вы говорите: вот так жить, в сказке?
Ответ: Может быть, не этим заниматься. Есть люди, которые занимаются чем-то другим. Но дело в том, что ваши переживания ничего не дают, даже, может быть, наоборот, дают больше отрицательный результат, чем хороший.
Вопрос: Если это страх, тревога?
Ответ: Да. Не надо этого!
Из ТВ программы "Новости с Михаэлем Лайтманом", 11.12.2023
Кому и зачем нужны доулы смерти? О чем говорить с человеком, находящимся на пороге смерти? Что значит "у каждого – свой час"?
Щедрость попросила у Жадности кастрюлю. Жадность ответила, что не даст даже самую малюсенькую. "На тебе тогда пирожок", – сказала Щедрость. "Почему только один?" – удивилась Жадность. "Я и хотела тебе побольше дать, а ты посуду мне не даешь", – ответила Щедрость.
Можно ли сказать, что "пирожков" для нас есть достаточно, но мы не даем под них "посуду"?
Реплика: Сегодня только ленивый не говорит об американском антисемитизме, о том, что там творится в университетах и так далее.
Ответ: Но это было уже 15-20 лет назад, когда я еще ездил по университетам.
Реплика: Я знаю, что закладывали базу, вкладывались туда деньги. Серьезные арабские деньги вкладывались в то, чтобы раскрутить. Меня поражает, что сценарий писался на долгие годы.
Ответ: Они понимали, что это делают.
Вопрос: Потихонечку вкладывали в университеты деньги, раскручивали эту ненависть. И сейчас это проявилось очень явно.
Известно, что в Конгрессе была встреча с руководителями трех одних из самых крутых университетов: Гарвардского, Пенсильванского и Массачусетского. Это видео гуляет по миру, по интернету.
В конце им задавался все время один и тот же вопрос: "Нарушают ли призывы к геноциду евреев кодекс поведения вашего университета? Да или нет?".
И они не говорили ни да, ни нет. Как-то все время выходили. Они боятся, вы думаете? Или этот антисемитизм уже в них живет?
Ответ: Я думаю, что не только боятся, хотя бояться тоже есть за что. Даже физически.
Реплика: Что если они вдруг будут за евреев, то физически достанут или их, или родственников?
Ответ: Да. Но все равно тут ничего не сделаешь. Это естественное развитие мира.
Вопрос: То есть в них, вы считаете, это живет уже? И это уже ничто не изменит?
Ответ: Это изменит, только если евреи изменятся! Так сказано в Торе, так сказано везде, и так же говорят антисемиты.
Реплика: То есть тут получается "нормальные герои всегда идут в обход". И вы говорите: "Надо с собой разобраться".
Ответ: За что их ненавидеть? Это все идет свыше.
Реплика: Но они хотят, чтобы мы исчезли.
Ответ: Исчезай в духовном смысле в своем отношении к миру, к себе, к другим. Поднимайся до уровня отдачи, участия, любви. И ты увидишь, как мир изменится.
Вопрос: Это у вас сейчас призыв к евреям?
Ответ: Да.
Вопрос: Именно к евреям? То есть это будет продолжаться, пока не произойдет переворот в самих евреях?
Ответ: Да.
Вопрос: Похоже, мы приближаемся все-таки к этому перевороту?
Ответ: Я надеюсь, что сумеют люди осознать, опомниться и вывернуть себя наизнанку. Это наша задача.
Вопрос: В то же время все три руководителя трех университетов заявили о необходимости защищать свободу слова. Вот этой фразой они прикрывались – "свобода слова". Скажите, пожалуйста, что лично вы вкладываете в эту фразу? Есть ей место?
Ответ: Надо так развивать поколения, до такого состояния, когда свобода слова сама по себе, добровольно останется только над призывами к сближению.
Вопрос: Вот в этом будет свобода слова? Я свободен в том, чтобы призывать к сближению?
Ответ: Да, а все остальное просто исчезнет.
Вопрос: Конечно, пока подразумевается другое – что можно говорить, что хочешь, из себя выдавать, и это называется свободой слова. Такое вы не называете свободой слова?
Ответ: Нет.
Вопрос: А что это, по-вашему? Чтобы могли говорить, что думают?
Ответ: Принимая во внимание природу человека, это просто пропаганда ненависти, взаимной отдаленности и призывы к взаимному уничтожению.
Вопрос: Потому что мы сегодня такие? Это то, что из нас выходит? А в чем тогда свобода слова?
Ответ: Свобода слова – она только в том, чтобы развивать взаимную зависимость, на сближение.
Из ТВ программы "Новости с Михаэлем Лайтманом", 11.12.2023
В комнате горели четыре свечи. Первая сказала: "Я – спокойствие. Люди не умеют меня хранить", – и погасла. Вторая сказала: "Я – вера. Я никому не нужна", – и погасла. Третья сказала: "Я – любовь. Люди не ценят меня", – и тоже погасла. В комнату вошел маленький ребенок, испугался темноты и заплакал. Тогда четвертая свеча сказала: "Не плачь. Я – надежда. Пока я горю, всегда можно зажечь все другие свечи".
Как не терять надежду? Свеча надежды горит всегда? Почему зачастую мы не замечаем ее?
Неужели истина открывается только тому, кому она необходима как глоток воздуха, без которого он умирает? Что такое истина?
Из письма: "Меня так воспитали родители, что я во всем и всегда была виновата. И я впитала это, как губка. Я съедаю себя и сегодня. Можно ли из этого вырваться?"
Вопрос: Исаак Ньютон писал: "Я смотрю на себя как на ребенка, который, играя на морском берегу, нашел несколько камешков поглаже и раковин попестрее, чем удавалось другим, в то время как неизмеримый океан истины расстилался перед моим взором неисследованным".
Великий Ньютон, признанный при жизни, называет себя ребенком. Как вам это?
Ответ: Нормально. Тем более, поскольку он исследовал и почувствовал мир, он и называет себя ребенком.
Вопрос: Потому что он увидел, каков мир?
Ответ: Да.
Реплика: И он говорит, что он как бы просто нашел несколько камешек, ему повезло. Он не берет на себя что-то, что я такой. Он говорит: "Это мне дали всё это". Куда все это исчезло сегодня? Ученые сегодня так не мыслят.
Ответ: Сегодня уже нельзя открывать мир такими методами – внутреннего созерцания. А у него был именно такой. Сегодня открывают методами техническими, технологическими. И поэтому уже нет Ньютонов. Последний Ньютон был в виде, я бы сказал, Льва Ландау. После него уже никого.
Вопрос: Тогда ваше определение ученого?
Ответ: Ученый – тот, который желает понять смысл существования нашего мира. Неважно, какой он: биолог, технолог, кто и что. Если он стремится понять природу существования нашего мира, то это действительно ученый.
Вопрос: В принципе, с течением времени, так получается, что Ньютоны уничтожались?
Ответ: Да.
Вопрос: Почему они низводились? Почему это пришло в сегодняшнее состояние?
Ответ: Никто не любит ученых. Никто. Ни один ученый не мог подняться так, насколько ему было положено от природы. Наука находится в противоречии с правительством. Любым! И поэтому никто их не уважает.
Устраивают им всякие семинары, академии. Это – да. И замолчите. Вы нам делайте атомную бомбу, полет в космос, всякие ракеты, самолеты, пушки и молчите.
Вопрос: А как вы считаете, если взять Ньютона из того времени и таким, целостным, без влияния на него всех остальных, перенести сюда, он бы на эти указания делать ядерную бомбу, водородную, создавать оружие что бы ответил? Он пошел бы на это или нет?
Ответ: Я думаю, что нет. Каждый ученый в соответствии с глубиной своего постижения, одновременно чувствует высоту науки и не может соединить его с теми эгоистическими, меркантильными запросами, которые ему предлагает правительство.
Из ТВ программы "Новости с Михаэлем Лайтманом", 25.12.2023
Из письма: "Что делать, когда сердце закрывается, когда уходит чувствительность, и я вижу, что не могу больше реагировать на боль и страдания других, даже самых близких людей?"
Реплика: Очень красивая цитата Сомерсета Моэма: "Когда вы станете старше, вы поймете, что в мире можно хоть как-нибудь жить только при одном непременном условии: надо понять, что эгоизм – это естественное свойство человека.
Когда вы примиритесь с мыслью, что каждый живет только для себя, вы будете куда снисходительнее к своим ближним. Они перестанут обманывать ваши надежды, и вы начнете относиться к ним милосерднее. Люди стремятся в жизни только к одному – к наслаждению".
Вопрос такой: получается, надо смириться с этой мыслью, что каждый – эгоист, каждый так живет, и от этого всё успокоится?
Ответ: Конечно, если все примут такое условие.
Вопрос: Если мы поймем, что каждый живет в своем эгоизме, и я тоже, то все успокоится?
Ответ: Да, конечно.
Вопрос: Это всё-таки закон "твоё – твоё, моё – моё", правильно?
Ответ: Это первый закон на пути к настоящему миру – что я принимаю все слабости других, это называется "твоё – твоё, и моё – моё", и мы не лезем друг к другу, уважаем друг друга.
Это еще не говорится о сближении, о слиянии, "возлюби ближнего как себя", но это говорится о понимании нашего общего закона природы.
Вопрос: То есть вы считаете этот закон справедливым, этот закон нашего мира?
Ответ: На каком-то этапе – да.
Реплика: Но ведь Содом был построен именно на этом принципе.
Ответ: А почему ты думаешь, что Содом – это очень плохо? Я думаю, что если бы нам сегодня предложили вместо нашего состояния Содом, то мы, разобравшись в этом, с удовольствием бы его приняли. Мы были бы довольны. Не было бы ни одной войны, не было бы никаких злодеяний. Мы бы просто мирно сосуществовали.
Вопрос: Что же тогда не понравилось Творцу, что Он этот Содом перевернул?
Ответ: Это не конец творения, это не цель творения. Цель творения – чтобы все жили в заботе друг о друге.
Реплика: Понятно. А тут наказывались те, которые жили бы в заботе друг о друге. Но вы говорите, что в любом случае для первого шага это было бы хорошо.
Ответ: Я не говорю, что надо идти именно такими шагами. Но Тора нам приводит пример, что такое общество все равно будет уничтожено.
Вопрос: То есть у такого общества нет будущего?
Ответ: Нет. Но как промежуточное оно существует. Вот нам и дается пример.
Вопрос: Я предположу, что мы еще не дошли даже до этого первого полушага?
Ответ: Нам еще очень далеко до Содома.
Вопрос: До "моё – моё, твоё – твоё"?
Ответ: Да. Видите, что происходит между соседями, между государствами, между странами и вообще везде.
Реплика: То есть "твоё – моё" – это сегодня главный принцип.
Ответ: Мы находимся на самой низкой стадии развития эгоизма.
Реплика: Все время кажется, что это уже прошло, что мы уже куда-то…
Ответ: Какое?! Посмотрите, что делается! Как люди относятся друг к другу, какие у них мысли!
Вопрос: Скажите тогда, пожалуйста, если, допустим, мы приходим к этому шагу "моё – моё, твоё – твоё", следующий шаг – это "я не делаю плохо другому"?
Ответ: Да, ни в коем случае я не делаю плохо другому.
Реплика: Не делай другому того, чего ты не хочешь себе.
Ответ: Да, но это тоже еще нехорошо.
Вопрос: Это второй как бы шаг. А третий?
Ответ: А третий шаг – что я представляю себя на месте другого и делаю ему хорошо, как я представляю, что сделали бы мне. Это называется "возлюби ближнего как самого себя".
Вопрос: То есть у нас есть три шага: первый – Содом, как вы говорите, "моё – моё, твоё – твоё"; второй – "не делай другому того, чего не хочешь себе; третий – "возлюби ближнего как самого себя". И к чему мы приходим тогда, если мы делаем эти три шага?
Ответ: К тому, что все будем находиться в одном желании – творить только хорошее друг для друга.
