Вопрос: В Израиле сейчас идет война. Такое ощущение, что всё на разрыв.
С одной стороны, есть пленные. ХАМАС задерживает пленных и их родители, их родственники говорят так: "Мы любим своих детей больше, чем ненавидим ХАМАС". Это естественно.
С другой стороны, родители погибших ребят, тех, которые воюют, призывают сражаться до конца. Они пишут: "Наши глаза в слезах, а сердца кипят, и мы стоим, выпрямив спину, и говорим: "Продолжайте смело до победы! Устраните угрозу нашим домам и защитите наших детей"".
Вопрос такой, один-единственный: как в таких случаях принимается решение?
Ответ: Нам надо делать так, как лучше для страны. И для страны лучше, конечно, уничтожить этих зверей. Потому что любая слабинка обернется потом трагедией. Это мы уже видим.
Вопрос: То есть, если ты так жестко на этом стоишь как руководитель, ты так решил и жестко проводишь эту политику, то вы считаете, что это, рано или поздно…?
Ответ: Я не знаю, когда "рано или поздно", и что там будет, но я считаю, что у нас другого пути просто нет! Особенно после того, как мы сейчас увидели, к чему они готовятся и как они готовятся. И кроме Газы это же везде. Это и на севере, и на юге до Ирана и Йемена, и так далее.
Везде одни ненавистники, и мы должны выстоять и найти такое решение проблемы, которое будет приемлемо для нас! А не для них. Для них – нас только надо привести к такому состоянию, когда мы готовы на всё. А мы готовы не на всё. Мы должны быть готовы на всё, чтобы ничего не отдавать!
Вопрос: Мы – это страна, это народ, и всё?
Ответ: Да.
Реплика: То, что это разделит страну, это вас как руководителя…
Ответ: Я думаю, что не разделит. Я думаю, что в итоге нам необходима именно такая внутренняя разборка, которая убедит людей в том, что иначе нельзя.
Вопрос: Это не дискуссия, это просто такое решение?
Ответ: Это решение. И это решение кровавое, может быть, но оно должно быть таким.
Вопрос: Вы считаете, что если слабинка, то жертвы потом будут больше и еще больше, и еще больше?
Ответ: Конечно, естественно. В этом нет никаких сомнений.
Реплика: Все-таки проще было царю Давиду. Он был как бы с высшей силой на полной связи.
Ответ: Я не думаю, что у него было состояние проще, он все-таки 40 лет воевал. Так что, проще не было.
Вопрос: Для того чтобы принимать такое решение, надо как-то думать о том, что мы находимся на святой земле, что эта земля наших предков?
Ответ: Да.
Вопрос: Вот эти высокие слова должны произноситься?
Ответ: Все эти высокие слова должны произноситься. И мы должны каждый раз применять их, хотя они и не настолько исходят из нашего сердца. Но мы должны пережить это состояние, когда мы будем уже не приезжие из каких-то чужих краев сюда, а когда мы будем здесь на своей земле достаточное время, чтобы знать, что мы отстаиваем.
Вопрос: Тогда последний вопрос. Если мы повторяем даже, как вы говорите, механически: "Это наша земля, и мы не отдадим ни пяди этой земли", – это через какое-то время входит в сердце?
Ответ: Да, обязательно.
Вопрос: Что за система здесь работает? Например, человек этого не чувствует.
Ответ: Самоубеждение.
Вопрос: И сердце принимает, и я вот так живу. И тогда уже решение становится однозначным?
Ответ: Да.
Вопрос: То есть тогда получается, что выход из этого – все время идти на эту сторону?
Ответ: Вот если ты именно так идешь резко вперед, как по лезвию ножа, тогда у тебя и появляется уверенность, сила и победа.
Вопрос: А что нужно сделать, чтобы еще и почувствовать, что и высшая сила с нами, что и Творец с нами?
Ответ: Для этого, в первую очередь, нам надо сделать шаг к Творцу и потребовать Его раскрытия нам и всему миру.
Вопрос: А это шаг к Творцу – сказать: "Ты нас привел сюда, и мы за эту землю стоим"?
Ответ: Да.
Из ТВ программы "Новости с Михаэлем Лайтманом", 26.02.2024
Вопрос:
Вопрос:
Вопрос: 
Вопрос: 
Вопрос:
Вопрос:
Реплика:
Вопрос:
В книге Зоар, гл. Ноах, [сказано]: "Был потоп, и губитель находился внутри потопа". (Бааль Сулам. Шамати 104. Губитель находился [внутри потопа])
Вопрос: 
