Каббала, наука и смысл жизни

К примеру, я часто бываю на различных конгрессах и конференциях. Допустим, там выбирается президиум из 20 человек. Вдруг все спохватываются, что выбрано 18 мужчин и 2 женщины, – "нет, должно быть поровну". И начинается перестановка.

Причем в президиум вводятся женщины, которые ничего не понимают в обсуждаемой теме. Но установка: только поровну. Это уже ярко выраженные западные искажения, которым скоро придет конец.

Пока США идут по пути удовлетворения интересов транснациональных корпораций. США нужно "съесть" западноевропейские экономики, как сделала Западная Европа с Восточной Европой. Но европейцы не согласны. США оказываются перед выбором: либо масштабная война, которая позволит решить многие проблемы, либо серьезные социальные реформы.

Неясно, куда девать "лишнее" население. Мировая капиталистическая система исчерпала свои возможности. Нового мирового гегемона в будущем не будет.

Трамп говорит, что Америке надо сосредоточиться на внутренних проблемах.

Но нам все равно придется двигаться в эту сторону, ведь такова программа природы. Именно об этом написано в Торе: "все как один человек с одним сердцем", "все будут товарищами" и "Мой дом назовется домом молитвы для всех народов".

Желаем мы того или нет, но так разворачивается программа природы. А потому нам следует посмотреть, какой из двух кандидатов в президенты более близок к этой программе. Разумеется, я не предполагаю, что Трамп понимает программу природы и хочет ей следовать. Но по крайней мере, у него есть такая склонность.

Вопрос: Внешне это выглядит совсем наоборот, ведь Трамп предлагает закрыть границы с Мексикой и Европу от беженцев?

Ответ: Но это лишь для того, чтобы не наносить вред друг другу и не довести до конфликта. Однако, в конечном итоге, это гораздо лучше, чем тот балаган, столкновения, ненависть, которые посеял Обама за восемь лет своего правления. А Хиллари собирается продолжить ту же политику, только еще гораздо более агрессивно.

Ведь ей, как белой женщине, не нужно доказывать свою объективность в отношении к исламским беженцам, и она может, ни перед кем не оправдываясь, вести эту политику жесткой рукой. Поэтому я думаю, что Трамп будет больше придерживаться линии природы, чем Хиллари.

По мнению адептов этого подхода, несмотря на долгое привыкание, он постепенно повышает социальную сознательность и исправляет несправедливость. Будет только лучше, говорят они, если мы дважды подумаем, прежде чем изречь что-нибудь обидное.

Противники, наоборот, рассматривают это как лицемерие, ханжество, извращение реальности и удар по свободе слова.

История одного эвфемизма

В прошлом проблема политкорректности просто не существовала. Человеческая иерархия была ясна и понятна, каждый знал свое место и внутренне принимал свой ранг, вытекающий из положения в обществе или занятия. С одной стороны, вельможа, господин, аристократ, с другой стороны, раб, вассал, простолюдин – все эти обозначения носили четкий, лаконичный характер, отражали факты и были лишены современного "культурного содержания". Никто не интерпретировал их по-своему и не обижался, если его называли холопом или, скажем, девицей легкого поведения. Никому не приходило в голову опровергать очевидное.

Тысячи лет отношение к человеку проистекало не из его конкретного частного случая, а из его социального статуса – точно так же, как в армии встречают по чину. Особенно яркий пример подобных отношений – жесткая кастовая сегрегация в Индии, диктующая каждому его ступень и жизненные рамки от рождения до смерти.

Сколько ни критикуй иерархичность и "социальную маркировку", таким было положение вещей, и, за редкими исключениями, род человеческий долгое время считал его вполне естественным.

Прорыв произошел, по историческим меркам, совсем недавно. Великая французская революция конца 18 века стала символом радикальных перемен, заложив начала совершенного нового общества и государственного устройства.

Причиной тому стал экспоненциальный рост эгоизма, создавший столь сильное отчуждение между людьми, что чувство социальной принадлежности отошло на второй план. Население перетекало из деревень в города, осваивало новые профессии, в том числе, относящиеся к науке, образованию и культуре. Темпы развития возросли до такой степени, что в считанные годы сын крестьян мог стать, например, врачом. Прежний образцовый порядок на глазах коснел и устаревал, люди отказывались от безликих статусов, теперь им требовалось признание личных заслуг и личного круга интересов.

И знаменем новых веяний стало равенство. Лидеры и подданные, интеллектуалы и простой народ, мужчины и женщины, черные и белые – все равны и все имеют право на человеческое достоинство.

Как следствие, общество стало "либеральнее" и отказалось от прежней, чересчур откровенной терминологии. Возросшая ранимость потребовала дипломатичности, предупредительности, притворства, лицемерия. Одно дело – что мы думаем и чувствуем по отношению к другим, и другое дело – что мы им говорим.

Фактически, пропасти между нами не исчезли, скорее, углубились, но мы изобрели политкорректный новояз, позволяющий игнорировать, замалчивать неудобную правду. В результате один из устоев современного общества заключается в том, чтобы не называть определенные вещи своими именами. Политкорректность стала инструментом власти и гарантией социальной стабильности.

За ширмой

В чем, собственно, проблема? Разве это плохо, если в обществе все более-менее равны и более-менее уважают друг друга? И разве не к этому мы должны были прийти в итоге долгих скитаний по ухабам истории?

Разумеется, нет ничего плохого в равенстве или в устремлении к нему. Однако есть один нюанс: мы хотим быть равны перед законом, совершенно не учитывая тот факт, что не равны по природе.

У нас разные гены, разные черты характера, разные способности и наклонности, разные мировоззрения, разные предпочтения, разные зарплаты, в конце концов, как сказано мудрецами: "Как разнятся их лица, так же разнятся и их воззрения" ("Брахот", 58:2).

Откуда же взялась наша неизбывная потребность к равенству возможностей, к просвещенной социальной справедливости, к честному обществу? И можно ли достичь этого не понарошку, без политически корректных ширм, за фасадом которых торжествуют амбиции, корысть, честолюбие, соперничество и прочие неотъемлемые атрибуты человеческого естества?

В коллективном подсознании человечества, говорит каббала, мы поневоле устремляемся к равенству, к единству, поскольку именно туда направлен общий вектор развития. Вспомните, как восставали народы против колониального владычества, как самоотверженно сражались люди с различными проявлениями расизма.

Однако чтобы достичь подлинного равенства, не довольствуясь красивыми словами и промежуточными результатами, нам нужно снять завесу политкорректности с собственного эго и взглянуть ему в лицо.

Оно – первопричина всех общественных формаций. Оно движет и понукает нами. Бороться с ним "лоб в лоб" бессмысленно, но мы можем компенсировать его, если сплетем между нами сеть по-настоящему теплых, человеческих взаимоотношений. Добрая связь сердец, грамотно сформированная, лишенная фальши, восполнит все различия между нами, все противоречия – и водворит мир.

Неслучайно на иврите слова "мир" (שלום), "восполнение" (השלמה), "совершенство" (שלמות) происходят из одного корня. Социальное благополучие требует уравновесить нашу природу. Без этого все тактические победы на пути к равенству обернутся стратегическими поражениями.

Только в условиях взаимной ответственности друг за друга каждый будет уникален и в то же время равен со всеми без исключения благодаря равновесию, компенсации, взаимодополнению. В общем кругу каждая отдельная точка – "крайняя", но вместе они – одно целое.

Снять маски

Соединившись в один круг, "как один человек с одним сердцем", мы обнаружили бы, что наше общество еще более разнообразно, чем нам кажется. Его потенциал огромен.

Но вместо того чтобы исправлять взаимоотношения, мы взялись за язык. Политкорректность призвана скрыть от нас собственный негатив: эгоизм, ненависть, жестокость друг к другу. Затушевывая причины болезни, она не позволяет поставить диагноз и назначить лечение – иными словами, тормозит развитие человечества.

Зигмунд Фрейд первым указал на отчасти сознательную, отчасти безотчетную цензуру собственных начал, бурлящих у нас внутри. Если они начнут выплескиваться наружу, общество разбалансируется, исказится и примет уродливые, угрожающие формы, как это случилось с нацистской Германией.

Однако и Фрейд выявил лишь малую часть той бездны, которая кроется в нашем естестве, требуя власти над другими, подавления других. Не находя ответа на этот вызов, мы продолжаем "политически корректировать" свою картину мира.

А помочь тут может каббалистическая методика – методика объединения над всеми различиями, лекарство, бьющее в корень. И применить его важно уже сейчас, пока клокочущий в глубине эгоизм еще не вырвался на свободу, еще стеснен слабеющими социальными узами. Нам абсолютно не нужны революции и войны – нам нужно пройти текущий этап осмысленно, заранее уравновесив свои отношения на новой ступени.

Экзамен на равенство

Настоящее равенство, основанное на участии, сопереживании и любви, можно создать только в качестве надстройки над нашим изначальным эгоистическим неравенством со всеми его производными. Сказано в книге Мишлэй: "Все преступления покроет любовь".

Эгоизм продолжает расти, и никакая политкорректность ему не указ. Однажды он обнажит новый пласт, вызовет еще большее разобщение, заставит людей еще сильнее возненавидеть друг друга… И что тогда?

Вместо того чтобы вуалировать угрозу, надо признать ее и приступить к ответным шагам – к сплочению. Отрицательной силе ненависти мы должны противопоставить позитив – силу, заложенную в единстве сердец. Именно так мы достигнем равновесия, справедливости и равенства.

Это не праздные призывы. Это прямой вывод из фундаментальных законов природы. Когда внутренне мы станем одним целым, политкорректность отпадет за ненужностью, а ее место займут откровенность, искренность и настоящее взаимоуважение. Разные, но равные – так надо строить процветающее общество. Мы же, в рамках отжившей парадигмы, все еще действуем наоборот.

А все остальное – это животный уровень, поэтому его можно легко запрограммировать и сделать свою жизнь механической. Она и так вся механическая.

Вопрос: Получается, что роботы выдавят нас на следующий уровень?

Ответ: Конечно. Но пока мы не хотим этого, и потому не внедряем их.

Однако есть такие области нашей жизни, где неплохо было бы заменить человека автоматами, хотя это всегда дает и отрицательный эффект. К примеру, если заменить таксистов, куда деть миллионы людей, занятых в этой профессии?

Нам надо разобраться: что же должен делать человек.

Изобретая механические "игрушки", мы облегчаем свою материальную жизнь, но в то же время делаем ее намного более опустошенной, ведь при этом нет никакого интеллектуального выхода. 

В Disney World в Майами есть огромная игровая сфера. Ты садишься в вагончик, тебя возят по этой сфере и показывают будущее человечества: все летают на вертолетах, мчатся куда-то, человек заходит в дом, у него там сплошная механика, все на кнопках, и пр. А зачем? Человек-то остался тот же.

Так мы и завершили бы свое существование, если бы не было программы развития человечества, запущенной свыше.

Поэтому мы вынуждены достичь состояния, когда нам станет очень плохо, и мы должны будем понять, что смысл нашего развития - в объединении и в подъеме через единение на следующий уровень существования.

А следующий уровень – духовный, вне тела, вне всевозможных ограничений нашего мира. Будем надеяться, что люди это поймут.

Это называется "сзади и спереди Ты объемлешь меня", т.е. создаешь во мне и формируешь любое мое движение, любую мысль, любое решение, которого за мгновение до этого во мне не было: ни замысла, ни желания, – а сейчас есть. Откуда оно появилось? Именно от этой высшей силы, которая во мне его сейчас создала. И поэтому каждую минуту нашего существования мы определяемся ею.  

Наша задача – подняться до ее уровня и соединиться с этим великим "компьютером", великим замыслом, предопределяющим все наше существование.

Самое главное – понять, откуда исходят наши мысли и желания. Для этого нам и нужен Творец. Он обуславливает то, что происходит вокруг нас – со всеми вместе, с каждым в отдельности, в связи между нами, – все от Него. 

Для чего же нам необходимо раскрыть Его? Чтобы попасть в эту систему. Как только мы приближаемся к ней, входим в нее, мы начинаем ощущать себя существующими в мире Бесконечности, и все проблемы исчезают, потому что, оказывается, они возникали только затем, чтобы приблизить нас к входу в эту систему, которая вызывает в нас все желания и мысли – в сердце и в разуме.

К тому же, такие понятия как "чистая" или "нечистая" кровь тоже крутятся вокруг этого: как можно или нельзя употреблять ее, как очищаться от крови и одновременно использовать ее в правильном виде, чтобы развиваться. Ведь если кровь – это основа жизни, то без нее нельзя существовать.

У кормящей матери кровь, поднимаясь из матки к груди, превращается в молоко, готовое для вскармливания младенца, то есть из красной (свойство получения) превращается в белое (свойство отдачи и любви).