Реплика: Если в театре идет хороший спектакль, то тексты и мизансцены становятся второстепенными, и начинает передаваться нечто внутреннее, что трудно объяснить словами – душа спектакля. Возникает какое-то воодушевление, волнение чего-то запредельного, находящегося за всем этим.
Искусство, по-моему, существует только для того, чтобы куда-то прорваться, откуда-то из чего-то испить.
Ответ: Искусство показывает человеку, что можно приподняться над чисто психологическим, житейским сопереживанием и войти в струю, которая связана не с тем, что происходит на сцене, а с некой силой, управляющей движением каких-то явлений, существующих над нами, вне времени и пространства.
Мы должны начать ощущать ее внутри себя. Это театр, который в нас. И вместо большого зеленого крокодила, о котором говорится в Книге Зоар, я ощущаю свойство, называемое "крокодил".
Это не образ, как в театре, который вызывают во мне те или иные люди. Я начинаю через аллегорические образы чувствовать духовные силы, которые определяют их и описываются именно таким словом.
Для меня этот крокодил уже не имеет никакого образа зеленого чудовища. Он может быть приятным, хорошим, добрым, умным, властительным, но нужным, целеустремленным и так далее.
Получается, что, читая Книгу Зоар, ты абсолютно не связываешь слова с их образами в нашем мире! Ты потом как-то встряхиваешься: а как другие смотрят на этот текст, как его слушают. И тебя это серьезно возвращает к какой-то другой реальности, я бы сказал, к ирреальности.
В Книге Зоар есть такие тексты, которые для обычного человека кажутся очень странными. Поэтому, чтобы ввести в них человека, объяснить их ему, потребуется, может быть, несколько лет.
Ужасный крокодил входит в исток (Кетэр) этих рек, набирает в нем силу, плывет дальше и входит в море, в Малхут мира Ацилут. И проглатывает там несколько разных рыб. 
Вопрос: 
Видео (рус.): 
Аудио (рус.): 
