Каббала, наука и смысл жизни

Это тоже называется "подняться над болью", и такие обиходные способы можно посоветовать другим. Об остальных способах я не говорю, потому что они не приемлемы для людей, не занимающихся каббалой.

Вопрос: Как каббалист справляется с болью?

Ответ: Каббалист может немного управлять болью, но тоже до определенного уровня. Сверху тебя всегда награждают таким ощущением, что ты начинаешь понимать ничтожность своего организма и самого себя. Тебе становится ясно, что ты ограничен и находишься под властью своего желания, которое испытывает или наслаждение, или страдание.

Это дано человеку, чтобы определить, насколько он ничтожен и насколько должен управлять собой, чтобы подняться над этими состояниями на уровень Творца.

Творец находится выше и отрицательного, и положительного ощущения в желании, потому что в Нем нет желания получать! В Нем есть желание отдачи, которое не испытывает той боли, какую испытываем мы. Оно чувствует боль лишь от того, что невозможно отдавать.

Вопрос: Какой совет можно дать обычному человеку, который испытывает боль на материальном уровне?

Ответ: Если это не лекарственные препараты, которые уменьшают боль, то анестезией может служить любое увлечение, любой способ отвлечься.

Надо сделать его как можно более важным, не уходить в состояние боли, переместить свое внимание на всевозможные другие проблемы и воздействия на себя, чтобы тот канал боли, который каким-то образом открывается в вас, не забирал всё в себя. Рассредоточивать боль по другим каналам и пытаться накрывать ее положительными воздействиями.

Остальным напомню о многочисленных случаях расправ и пыток – иначе не назовешь – выявленных в израильских стационарах для пожилых людей. Например, в сентябре был арестован сотрудник заведения под названием "Неот а-Шарон". В жалобе, поданной руководством, рассказывалось об избиениях и издевательствах над немощным 90-летним стариком, пережившим Катастрофу.

Нет, это не исключение из правил, это тенденция. Здесь же в 2013 году пожилая женщина погибла, брошенная в ванне с кипятком.

За последние годы мы не раз слышали о том, как стариков бьют, связывают, унижают, грабят… И шли дальше. Шли мимо. Верх цинизма и равнодушия. Точнее, верхушка айсберга.

Что же там, под водой?

В тихом омуте…

Разумеется, нельзя обобщать и валить все в одну кучу. Но и недооценивать опасность тоже нельзя. Мы и так уже опоздали.

Там, под водой, нападения на медицинских работников, воровство в больницах и на кладбищах, словесные и физические атаки на учителей, поножовщина среди слоняющихся без дела подростков, грязная ругань в сети.

Недавно в больничную медсестру бросили компьютерный монитор. Спишем это на недостаток больниц, вызывающую "естественную" нервозность пациентов и их близких? Пройдем дальше? Или заглянем глубже?

На иврите есть такое выражение: "омерзительный израильтянин" (исраэли мехоáр) – противоположность другому, "примерному" израильтянину, которым мы по праву гордимся. Это мерзкое "дитя страстей" хватает нас изнутри лютой обидой, желанием унизить, нетерпимостью ко всему, что его не устраивает. Он зол на весь мир, он низок, мстителен, злопамятен. Он отказывает другим в праве быть другими, а иногда – просто в праве быть.

Страдают от него, в первую очередь те, кто предоставляют нам различные услуги. По официальным данным, в одной только системе здравоохранения за последний год произошло порядка трех тысяч зарегистрированных инцидентов с насилием. 75% из них ограничились криками и оскорблениями, а 25% переросли в рукоприкладство.

Как следствие, израильские больницы взвешивают возможность нанять вместо обычных охранников профессиональных вышибал – они лучше чувствуют "клиентов" и умеют грамотно их утихомиривать.

Достается также сотрудникам отделов благосостояния, национального страхования и прочих государственных ведомств. Спору нет, порой они, мягко говоря, заставляют нас понервничать – а варвару внутри только того и надо. Но это же не оправдание, верно?

На самом деле вспышки могут происходить где угодно. Иногда им есть реальная причина, а иногда всему виной накопившийся груз претензий к жизни, заряд негатива, который взрывается даже не от искры – от наэлектризованного антагонизмом воздуха.

Мы не умеем уважать друг друга. Разучились, или не научились. Ведь настоящее уважение проявляется как раз в моменты "перегрузок" и столкновений, когда варвар беззастенчиво пытается перехватить у нас командование.

Готовы ли мы дать ему отпор? Вряд ли. Ведь для этого надо взглянуть в корень проблемы, надо понять, кто он такой и откуда взялся.

…Черти водятся

Несмотря на сладкие иллюзии, человеческая природа – вовсе не альтруистическая эссенция с легкой перчинкой себялюбия, не бочка меда с ложкой дегтя, а мутное эгоистичное варево, требующее продуманного, аккуратного обращения.

"Побуждения сердца человека дурны с юности его", – сказано в Торе.

Хуже того, наш эгоизм естественным образом развивается и растет на протяжении истории, принимая самые разные формы, но не меняя своей сути. В результате, несмотря на повышенную плотность израильского населения, нам все труднее контактировать между собой, чувствовать друг друга, все сложнее воспринимать окружающих в качестве равноценных личностей, заслуживающих нормального отношения не меньше, чем мы.

На работе нас окружают "коллеги", "сослуживцы", "начальники", "подчиненные" или люди? По улице идут "пешеходы" или люди? По дороге едут машины или люди? За прилавком, за кассой, за окошком сидят абстракции или люди? Если отвлечься от суеты, то вроде бы люди. Но "в реальном времени" ответ не очевиден…

Этим и пользуется варвар, стремящийся урвать, завладеть, достичь желаемого любой ценой, не считаясь с другими, за счет других, именно за счет других. Пускай лично я – "агнец божий", но общество заражено, отравлено этим императивом, этим узким, потребительским отношением к жизни, этим бесцеремонным, циничным, самовлюбленным, варварским мировоззрением.

Оборванные связи между нами – вот что дает власть варвару. Когда картина мира сжимается до себя, любимого, все прочее и все прочие кажутся либо досадными помехами, либо средствами для наслаждения себя. И тогда мы лаемся, заочно и в глаза, лезем вперед правдами и неправдами, идем по головам, бросаем стариков на произвол "персонала", подрезаем, поджигаем…

Невозможно приставить к каждому вышибалу. А к нему – еще и полицейского, чтобы не наглел. Общество без здоровых, крепких связей нежизнеспособно. Это уже не общество, а одиночества, прикованные друг к другу непреодолимыми обстоятельствами.

Да, мы пытаемся ограничивать, корить, наказывать, штрафовать, заточать, вытеснять в подсознание свой эгоизм – но это не выход. Он все равно вырывается. А если совсем откровенно, то не он, а мы пытаемся вырваться из-под его власти – и каждый раз тщетно.

Конец варварству

Все предлагаемые сегодня средства – лишь полумеры, но существует и кардинальное решение проблемы – оно описано в каббале уже тысячи лет назад. Если варвар силен тем, что разъединяет нас, то бессмысленно бороться с ним на его территории, на его уровне развития, там, где каждый сам по себе. Современное общество нуждается в таких отношениях, которые не зависят от прихотей эгоизма, от его страстей и притязаний.

Для этого, во-первых, не надо ничего приукрашивать и затушевывать. Наоборот, только честный диагноз обеспечит выздоровление. Действительно, порой нам нет дела друг до друга, порой мы терпеть друг друга не можем, порой ненависть застилает нам глаза. Все это не просто портит жизнь – это может стоить жизни. И уж точно это ведет всех нас совсем не туда, куда хотелось бы.

Теперь, зная правду, мы можем вместе реализовать тот самый метод, который впервые применили наши предки, сплотившиеся вокруг Авраама. Эпоха роли не играет, ведь суть варвара все та же. Если они сумели возобладать над ним, если созданное ими общество стало единым народом и продержалось тысячи лет, то мы можем последовать их примеру сегодня, когда враг внутри снова отдаляет, отдирает нас друг от друга.

У государства Израиль достаточно ресурсов, чтобы обеспечить счастливую жизнь каждому. В экономическом плане мы вступили в замечательный период: у нас огромный избыток налоговых поступлений, у нас есть теперь собственные месторождения газа, которых хватит на десятки лет, наши враги ослаблены междоусобицами. Даже политика улыбается нам: Америка и Великобритания потребовали от Совета безопасности ООН оставить Израиль в покое.

Все это означает, что перед нами открылось окно возможностей. Но не для стяжательства, не для традиционной секторальной грызни, а для главного сейчас дела – планомерного оздоровления социального климата в стране.

Почему замечательные еврейские мозги и сердца до сих пор не обратились в эту сторону? Почему мы не производим инноваций во взаимоотношениях? Почему не выстраиваем добрую связь между людьми, имея для этого все необходимое? На что рассчитываем?

Ведь варвар никогда не сдастся по доброй воле. И если сегодня мы не позаботимся о нем, то очень быстро, уже завтра, он превратит окно возможностей в фиаско.

Каббалистическая методика позволяет нам спокойно, без потрясений и жертв приподняться над разобщением, оздоровить общество и достичь расцвета. "Гадкий израильтянин" бессилен, если мы сообща начинаем уважать, понимать, ценить друг друга. Ему просто недоступен этот уровень – ступень, на которой мы не сможем пройти мимо "чужой" беды.

Полагаете, планка недостижима? Для варвара – конечно. Но есть же в нас и другие качества, другие ценности, другие цели. Мы способны на большее и заслуживаем лучшего. Главное – объединиться на этом пути. Так мы и положим конец варварству.

А потом я обнаружил, что, несмотря на то, что я понимал законы Песаха, у них были особые законы – огромное количество дополнений, ограничений, очень больших условностей. Это поразило меня. "Так надо - и всё!" О них обычно не спрашивают и выполняют.

Все это исходит из того, что Песах олицетворяет выход человека из эгоизма. Причем, абсолютный выход: отрыв и подъем! Оторвался и улетел в другой мир. Поэтому все законы построены на очень жестких условиях. Мне пришлось это все выспрашивать и выяснять.

Они не хотели мне говорить, чтобы я не усложнял свою жизнь дома. Они мне сразу сказали, что новенькие всегда берут слишком много на себя и потом "прогорают" на этом.

Но я все-таки разузнал все эти законы. Конечно, дома я себя так не вел, это было невозможно – с женой и маленькими детьми, в Реховоте. Тем более, что все праздники я намеревался провести в Бней Браке с учениками Рабаша. У меня было желание прочувствовать все самому, ведь они выполняли указания Бааль Сулама, а он придерживался очень больших ограничений.

Меня пригласил на обед мой Учитель, рав Барух Шалом Ашлаг, и я увидел, как у него проводится Песах. После каждой трапезы он выбрасывал тарелку, ложку, вилку в ведро. Все это оставалось там до конца Песаха и не мылось, поскольку, если бы крупица мацы попала в воду, то получилось бы квасное (хамец). Поэтому посуду мыли только после праздника и убирали до следующего года.

Во время трапезы Рабаш посадил меня напротив, но всё, что было вокруг меня, я ощущал как запретную зону – своеобразный забор. Посуда после меня тоже складывалась в отдельное ведро. Но я против этого ничего не имел, я понимал, что это закон.

Таким было мое знакомство с Песахом. Правда, я "переснял" все их обычаи, и мы пользовались этим.

Перед Песахом было очень много работы. Тогда у меня единственного была машина, и мы с Рабашем ездили на рынок покупать кофе к Песаху, тарелки и прочее.

Кроме того, он весь год собирал и откладывал деньги на Песах, и перед праздником ездил по разным местам и смотрел, что ему надо купить: кастрюли, ведра, тарелки, стаканы, причем очень простые. Он очень любил нержавейку и стекло, потому что они чистые, и не признавал никакого пластика.

Причем мясорубки, которые покупались для мяса и для рыбы, тоже должны были быть без пластика. А в наше время очень трудно найти мясорубки без пластиковой шайбы. Поэтому мне приходилось их разбирать и вытачивать где-то такие же шайбы или прокладки из металла: свинца, бронзы и т.д.

Вопрос: У Вас не было ощущения, что это какие-то причуды?

Ответ: Нет, я просто знал, что в нашем мире – это ветви из духовных корней, которые относятся к эгоистическому желанию. Поэтому они полностью отрубаются, и их не используют на Песах, а если и применяют, то в ограниченном виде. Допустим, дерево можно использовать, но нельзя в нем варить, потому что оно впитывает в себя все, что варится.

В общем, существуют тысячи всевозможных ограничений. Например, яйца надо было отваривать заранее на весь праздник, не употреблялись ни помидоры, ни огурцы, ни чеснок. Короче говоря, кроме мяса и картошки, практически ничего не было.

Разрешалось употреблять соль только лишь из Мертвого моря. Перец – натуральный, мы его делали сами. Кофе мы покупали зеленый, который сначала сортировали, потом обжаривали, мололи и после этого употребляли. Во время сортировки проверяли все зерна, не было ли на них следа от червячка. Это очень тяжкий труд.

Вопрос: Рабаш видел, как вам было тяжело перебирать кофе?

Ответ: Да. Однажды, увидев, что я уже не в состоянии продолжать, он взял зернышко и сказал: "Я сижу и проверяю зерна, потому что хочу, чтобы это зернышко было чистым и хорошим, и кофе из него мог выпить мой Учитель". Это, конечно, очень жесткое учение!

Но я не был способен этим долго заниматься! Через минуту после того, как прошло потрясение от его слов, я снова не мог заставить себя продолжать! Это неземные препятствия.

Если бы взять человека со стороны или меня, особенно в те годы, когда я только приехал в страну, и сказать: "Перебирай кофе и ты получишь за это деньги", – я бы делал это правильно и хорошо. А здесь – за то, чтобы услужить своему Учителю, которого я считал великим, и именно потому было так трудно.

Реплика: При этом Песах – глубоко внутренний праздник: отрыв от эгоизма.

Ответ: Дело в том, что все это надо чувствовать. Тогда я был молодым. И даже на второй и на третий год это все еще не настолько входит в человека. Он сопротивляется, не хочет слышать и понимать, хотя ему об этом и говорят.

Так проходит много лет, пока ты начинаешь внимать этому под влиянием света. В течение долгого времени маленькие порции света воздействуют на тебя, и ты постепенно начинаешь все осознавать.

А с начинающего спрашивать невозможно. В самом начале, когда он еще воодушевлен, он может сидеть за этим занятием с утра до вечера. Но я был не таким. Я был с самого начала очень жестким, эгоистичным, с большим сопротивлением.

Реплика: Но это все-таки внутренний праздник, – и столько усилий на внешнее соответствие! Казалось бы, очисть место, думай и работай со своим эгоизмом!

Ответ: Нет. Когда ты выполняешь все эти действия, то ты ощущаешь, насколько они противны тебе, насколько они против твоего эгоизма.

Песах – это олицетворение первой особой стадии: подъема над эгоизмом, с чего начинается все духовное восхождение. Человек это чувствует. В то время как если он накладывает тфилин, надевает талит и выполняет прочие физические заповеди в нашем мире,  то ничего не чувствует. Это слишком высокий свет, высокая ступень.

А здесь, когда ты четко знаешь, что это получение, это отдача, тут можно где-то понять, что-то почувствовать. Это очень ощущается, потому что в каждом своем действии ты выполняешь очень простую операцию: отделяешь эгоизм от себя.

И поэтому, насколько четко ты хочешь выполнять всё, настолько ты действительно желаешь отделить от себя эгоизм. Ты накладываешь на земные действия духовное намерение. Хотя оно не имеет отношения к земным действиям, но ты его прикладываешь. Такое действие является олицетворением, знаком духовного намерения. Поэтому оно так важно и так близко нам.  

Реплика: У меня такое ощущение, что на уроках вы пропускаете материал Песаха через себя! Вы даже не даете нам говорить между собой, чтобы мы читали и пропускали его через себя.

Ответ: Во-первых, не хватает времени. Во-вторых, это просто надо усваивать. Надо глотать, даже не прожевывая. И поэтому я спешу.

Вопрос: Когда наступают семь голодных лет? Когда в человеке возникает крик: "Спаси и выведи!"?

Ответ: Тогда, когда он чувствует, что его работа над собой бесполезна. Но она не бесполезна, ведь именно она привела его к осознанию безуспешности своих усилий, когда он по-настоящему нуждается через группу в Творце. Но это всё надо показать!

Причем самое главное – увязать всю цепочку от Адама: каким образом происходит работа над эгоизмом, как он видоизменяется, какие метаморфозы он проходит и каким образом, где начинается Песах и где он заканчивается, и что после него.

То есть стадия "Песах" – это отрыв от земли и уход в высшее измерение. Это ступень перехода в духовный мир, который человек совершает, живя здесь, вместе с нами, на этой земле. И потому это так важно.

Вопрос: Вы ощущали внутреннюю работу Рабаша?

Ответ: В очень страшном виде, в очень большом внутреннем напряжении.

Мы уже не ездили ни на море, ни в парк, никуда, – у нас была только одна задача: как откашировать посуду. Для этого мы выезжали на море, я заходил в воду, хотя было очень холодно (иногда в Песах чуть ли не выпадал снег) и окунал посуду. Рабаш не очень-то доверял микве. Он говорил: "На море – нет никаких вопросов". Море – это абсолютно подготовленная вода для традиционного окунания посуды.

Вопрос: Для чего надо так кашировать посуду?

Ответ: Вода олицетворяет собой свет Хасадим, который очищает любые келим/сосуды. А мы окунаем в воду келим, то есть то, с чего едим и чем едим. Окунание олицетворяет собой очищение их от эгоизма.

Вопрос: Был ли у Рабаша страх съесть в Песах что-то не то?

Ответ: Когда я пришел к нему, среди них было трое стариков с очень плохими зубными протезами: сам Рабаш, его младший брат Моше и Илель Гельбштейн, у которого я занимался первые месяцы. Я предложил им: "Давайте я сделаю вам новые протезы". Они так обрадовались: к Песаху совершенно новые зубы.

Тогда Рабаш рассказал мне, как он потерял зубы еще в молодом возрасте. Это случилось на Песах. В субботу принято есть рыбу, поэтому в пятницу Рабаш со своим учеником, американцем Краковским, поехали из Иерусалима в Иерихон, где можно было купить ее.

Приехав туда, они купили рыбу, а когда собрались возвращаться, оказалось, что у них сломалась машина, и они были вынуждены остаться на субботу у арабов в каком-то караван-сарае.

В Иерусалиме пошли страшные слухи: "Где они?! Что с ними?! Пропала такая семья! Рав и его ученики!". А они сидели в Иерихоне и не могли ни выбраться, ни позвонить, ведь это были очень далекие годы, где-то 1935-й год.

Они остались без еды. Песах. Нечего кушать. В углу стояли мешки с лимонами. И это единственное, что можно было есть.

Рабаш рассказывал: "Я ел лимоны, и они казались мне сладкими". После этого у него стали болеть зубы, трескаться эмаль. Настолько силен запрет взять в рот что-то некошерное! Причем была суббота, когда ты ограничен абсолютно всем: не можешь ничего сорвать с дерева, не можешь ничего сделать.

Это Рабаш рассказал мне тогда, когда я ему сделал протез.

На Песах они привозили соль с Мертвого моря. Тогда другой соли вообще не было. Там есть специальная гора, с которой можно было брать относительно чистую соль.

Реплика: Вы рассказывали, что иногда, глядя на Рабаша, вы ощущали, что он проходил страшные состояния.

Ответ: Он был очень скрытным, поэтому практически ничего нельзя было увидеть. Я-то знал его уже много лет, но все равно невозможно определить духовные состояния человека.

Земные состояния мы чувствуем, потому что сами находимся в них. Поэтому по аналогии можно узнать и почувствовать, в каком состоянии находится человек. А духовные состояния – никак.

Вопрос: Что значит Песах для человека?

Ответ: Это личное дело человека.

Но Песах, который справляем мы, желающие оторваться от земного эгоизма и начать работать в духовном мире, является первой системой связи между нами и Творцом.

Мы хотим ощутить Высший мир, его действия, свойства, его воздействия на нас, его реакции на наше воздействие, то есть всю систему мироздания: Творца – с одной стороны, и нас через эту систему – с другой стороны. Песах – значит переход, когда мы выходим (пасах) из отключенного от Творца состояния в осознанное, контактное состояние с Ним.

Вопрос: Выходит, что все свое мы оставляем в стороне: разум, логику и пр.?

Ответ: Это получается естественно под воздействием света. Тут не надо лукаво мудрить. Просто свет воздействует на человека, и человек становится другим.

Вопрос: Тогда, что во мне это желание выйти в Высший мир? Что во мне этот крик, сам выход?

Ответ: Это данность, которая предоставляется человеку, когда он с помощью своих внутренних сил и средств работает над собой и поднимается.

В этом случае на него начинает воздействовать высший свет, который поднимает человека выше его природы, и он может уже работать в свойстве отдачи, т.е. совершенно бескорыстно, без всякой необходимости преследовать какие-то личные цели и выгоду.

Это уже духовное свойство, которое возникает в нас лишь под воздействием высшего света, а он приходит и вызывает в нас эту возможность, только если мы правильно его привлекаем. Это значит, что мы находимся в круге, с товарищами, изучаем каббалистические тексты и пытаемся постоянно работать над связью между нами.

Рожать, воспитывать, двигать человечество дальше, поколение за поколением, – это женская работа! Что может быть более базисным и необходимым?

Вопрос: То есть 80% работ, которые выполняются в мире, практически никому не нужны?

Ответ: Конечно, не нужны! В итоге, что мы получаем? Дети бегают неизвестно где и как. А потом из них вырастает непонятно что. У женщины должно быть психологическое и педагогическое образование, чтобы воспитывать детей, правильно за ними ухаживать, правильно строить семью.

Женщина олицетворяет дом. На иврите "дом" – это женщина, мать, жена, хозяйка. А мужчина – придаток к ней: приносит зарплату и занимается материальной и духовной добычей. Свою духовную работу женщина выполняет через дом. И это разделение очень важно.

Однако сейчас мы находимся на таком этапе, в таком кругообороте, что все перевернулось с ног на голову. Но мы еще вернемся к правильному выполнению своих функций, ведь в таком состоянии мы не сможем закончить исправление мира.