Вопрос: То есть жизнь человека выше, вы имеете в виду?

Ответ: Да, и жизнь государства выше.

Реплика: И мы именно на это поставлены, чтобы защищать жизнь человека и государства. А если их бьет внутри: "Вот диктатура, я не хочу при этой власти, хочу смены…"

Ответ: Обязан защищать жизнь людей!

Вопрос: Вопрос еще такой: если произойдет какой-то инцидент, всё-таки мы находимся в постоянных войнах, – как вы считаете, с точки зрения правительства, или армии, звать таких офицеров вернуться или не звать?

Ответ: Звать. Никакой не должно быть здесь ни поблажки, ни отсрочки, ничего! У всех свое место, и все должны на этих местах быть.

Вопрос: Как вы считаете, как себя ощущает человек, когда он оголяет фронт? Почему он может это сделать сегодня? Раньше я бы такого и не подумал. Раньше они все шли с радостью, все служили – обязан. А сегодня он может вдруг сказать такое, вдруг оголить. Что он чувствует при этом?

Ответ: Я не могу даже сказать этого. У меня на это абсолютно четкое мнение.

Вопрос: А как в вашу бытность это было, вы помните? Я знаю, что вы служили в частях технической поддержки авиации. Это самая серьезная часть у нас в армии.

Какое тогда было ощущение? Это "милуим" называется, те, кто служит после армии до сорока лет и дальше. Какое у них было ощущение – обязанности такой, однозначной?

Ответ: Конечно. Даже вопроса не стояло.

Вопрос: А что произошло, по-вашему, за эти годы?

Ответ: Развал! Просто развал, потому что личное становится выше государственного.

Вопрос: Это всё то, что вы говорите постоянно: "Эгоизм растет"?

Ответ: Да, это даже хуже. То есть человек начинает ставить свое мнение выше существования государства.

Вопрос: Что нас ждет, если так будет продолжаться?

Ответ: Я думаю, что таким образом общество найдет новую систему мировоззрения.

Вопрос: То есть вы видите в этом и положительную еще сторону?

Ответ: А куда им деваться? Если бы это было не с евреями, то можно было бы говорить о гражданской войне. Но здесь, я думаю, что сейчас это уже не дойдет до нее.

Вопрос: Какая армия, по-вашему, будет защищать и будет видеть в этом великую привилегию? Что должно быть там?

Ответ: Должна быть внутренняя перестройка общества, армии, партий, всего государства.

Все-таки те люди, которые считают государство своим, должны понимать, что находятся здесь во взаимных обязательствах. Никуда не денешься.

Реплика: Интересно, что враги, которыми мы, в принципе, окружены, не желающие существования государства, они нас не заводят на жесткую позицию, что ты не можешь покинуть армию – это твой пост, ты обязан! Что-то случилось такое.

Ответ: У них концепция другая, новая. Они считают, что постепенно, со временем мы сами разбредемся.

Реплика: Да. Вот и Насралла, наш сосед на севере, говорит, что с ними уже можно спокойно разобраться, у них там разброд и шатание.

Ответ: Да. Сегодня благодаря нашим соседям армия должна быть крепкой, и все это понимают более-менее. И до какого-то предела мы можем позволять себе ругаться, спорить. Но мы должны понимать, что есть граница, в ней наша жизнь. Так что спасибо нашим соседям, которые нас держат!

Всё исходит от нас. Я думаю, что мы таким образом, даже на таком низком этапе нашего развития, все-таки придем к тому, что нам станет необходимым умный человек, который будет принят практически всеми гражданами. И он будет заботиться только о том, чтобы дать нам возможность не растерзать друг друга. А мы поймем, что этим он и выполняет свою самую ответственную задачу.

А что далее будет, я думаю, об этом уже позаботится Высшая сила. Я не вижу возможности выжить в таком состоянии, как сегодня, у государства, у народа.

У народа Израиля нет никакой базы, у него нет никакой силы, у него нет никакой правды. Ему не за что воевать. Просто некуда деваться, и поэтому он воюет. А это очень маленький стимул, для того чтобы отстаивать свою страну, землю, народ, государство.

Я думаю, что это очень нехорошее состояние, и оно может еще и усугубиться. Но будем надеяться, что люди поймут, что им необходимо искусственно поднять себя к какому-то высшему идеалу. А искусственный высший идеал может быть только в том, что мы поднимаемся выше своего эгоизма.

Вопрос: То есть мы так или иначе приходим к этой точке?

Ответ: Да.

Вопрос: Мой вопрос такой. Вы сказали “умного руководителя”. А потом, похоже, сказали, что такое ум – это чтобы мы не разорвали друг друга. В этом его основной ум. То есть тот, который пойдет и на компромисс, и на все, чтобы только не было разрыва в народе. Это ум?

Ответ: Да.

Вопрос: Что-то еще туда можно добавить?

Ответ: Нельзя ничего, потому что никто не знает, что такое правда. А высшая правда в том, чтобы все продолжали существовать.

Вопрос: Мы говорим сейчас о нашей стране?

Ответ: Да. Чтобы завтра ты мог встать, как встал сегодня, и продолжить эту свою жизнь, хотя она полна ошибок и вреда для других.

Вопрос: То есть вы тем самым говорите, что, возможно, наступит такой момент, что ты не сможешь завтра встать и продолжить жизнь, и поэтому нужен вот этот умный руководитель?

Ответ: Да.

Вопрос: Это первый вопрос. И второй, очень острый. Вы сказали, что целей нет у нас.

Ответ: Никакой цели нет.

Вопрос: Защита земли, защита детей, государства – это не является целью?

Ответ: Нет, ничего! У нас нет цели божественной, которая все-таки есть у многих народов в мире. Несмотря на то, что мы живем в такой ужасный век.

Вопрос: Какая цель должна быть?

Ответ: Цель должна быть все-таки божественная. То есть без принятия Высшей силы, которая нами управляет, и которой мы должны дать какой-то свой отчет, – без этого человек как живет бессмысленно, так и умирает бессмысленно. Поэтому, как сказано: “Если бы Бога не было, его надо было бы создать”.

Вопрос: То есть вы говорите: просто жить здесь, в Израиле, невозможно? Просто жить, я просто живу.

Ответ: Нет, невозможно. Это такая страна, эта такая земля, эта такая часть поверхности земли, которая не выносит “безбожника”, что называется.

Вопрос: Мы что, под присмотром находимся? Именно мы.

Ответ: Да все так находятся.

Вопрос: Кто такой “безбожник”? Что вы подразумеваете?

Ответ: Что нет Высшей силы, которая была бы над человеком.

Вопрос: Только эта мысль: надо мной Высшая сила, и я должен с ней жить и работать?

Ответ: Да. Как-то налаживать связь и жить в соответствии с ее планом и желаниями, и так далее.

Вопрос: А каков ее план и какое желание?

Ответ: Это ты должен понять сам и раскрыть, и вести себя к Ней.

Вопрос: И если вот так начнет существовать народ, тогда появится и руководитель, и правитель, и так далее?

Ответ: Да. Тогда будет ради чего. А самого главного – этого у нас нет.

Реплика: Что вы считаете правильным?

Ответ: Что люди, которые будут его населять, будут стремиться показать всему миру, в чем заключается цель жизни человека на Земле.

Вопрос: Вы берете глобально. А то, что был создан дом для евреев, которые были гонимы, истребляемы?

Ответ: Зачем?

Вопрос: Чтобы жить дома, чтобы никто не трогал тебя. Это что, не идея?

Ответ: Это невозможно для евреев. Нас выгнали из своего дома. И своего дома у нас никогда и не было в общем-то. То, что мы жили несколько сот лет, даже меньше на земле Израиля в прошлом, ничего не говорит.

Вопрос: А то, что здесь были построены Храмы?

Ответ: И что? Отобрали землю у других народов и построили. А разве до этого здесь не было народов?

Еще Раши писал, что придут народы мира и спросят: "Почему же вы отобрали землю у народов, которые здесь жили?" А евреи должны будут ответить. И что, он говорит, мы сможем ответить? – "Вся земля принадлежит Творцу. Он дал другим народам, а затем забрал у них и отдал нам".

Но это в том случае правильно, если мы выполняем Его указания, волю, желание. А мы этого не делаем. И поэтому нет нам здесь жизни и не будет. И не будет! Я говорю об этом всем и всегда.

Реплика: Мы начали с того, что это праздник, но то, что вы говорите, звучит не празднично.

Ответ: Это праздник, потому что народ получил возможность, как говорит Бааль Сулам, существовать на своей земле и выполнить свою миссию перед всем человечеством. Так что, если он будет ее выполнять, эта возможность еще существует, то тогда все получится верно, и все в мире поймут, для чего евреи существуют, и что мы должны делать.

Вопрос: Какая миссия у евреев, и для чего они существуют на этой земле?

Ответ: Евреи существуют, чтобы на этой земле жить в единении между собой, и в таком единении, которое будет называться абсолютным единством. Когда они смогут всем другим народам показать пример, как надо на самом деле жить: без войн, без насилия, без взаимной ненависти.

Вот это мы должны показать всему миру. Тогда у нас будет право на существование. Все поймут, для чего мы вообще существуем. И все с радостью увидят, что мы существуем на своем клочке земли, для того чтобы это всё претворить в действие и пример.

Вопрос: Тогда все захотят, чтобы был этот клочок земли, чтобы здесь жили евреи, и чтобы процветали?

Ответ: Да. В частности, наши двоюродные братья – арабы.

Вопрос: В таком случае, что такое независимость в свете того, что вы говорите?

Ответ: Независимостью называется независимость от своего эгоизма, когда мы можем подняться выше него и показать этим пример всем народам мира, как надо жить в связи, в дружбе, во взаимности. И все захотят этому следовать.

В этом наша миссия свыше. Так что мы особый народ в этом смысле, и нам никуда от выполнения этой миссии не деться. Но пока мы придем к этому, возможно, пройдет еще несколько тысяч лет.

Вопрос: Тысяч лет?!

Ответ: Тысяч. Прошло 2000 лет? Пройдет еще 2000 лет. Неважно сколько, но мы все равно никуда от выполнения своей миссии не убежим.

Можно надеяться, что за следующие 2000 лет до нас все-таки что-то дойдет.

Вопрос: Такой слой в нас, что его не пробить?

Ответ: Эгоистический слой такой, что авось следующие 2000 лет что-то сделают с нами.

Вопрос: Но все равно так или иначе это работа не наша, это работа Творца. Он ведь может с таким же успехом сделать это завтра. Почему надо ждать 2000 лет?

Ответ: Мы должны, мы обязаны согласиться на эту работу. Мы обязаны ждать такого переворота в себе, когда захотим быть между собой не конкурирующими, а любящими друг друга, "возлюби ближнего как себя", и быть способными донести это как пример всем другим народам мира.

Реплика: Хороший бизнесмен, вы всегда это говорили, он стратег, он смотрит вперед на долгие годы. Плохой бизнесмен хочет сразу сейчас нахапать быстренько и всё. Вы такой бизнесмен, что вы смотрите вперед на 2000 лет. Вы занимаетесь этим делом, вы это дело распространяете, в то же время вы говорите, что это…

Ответ: Я живу этим ежедневно с надеждой, что через какое-то время, я не говорю 2000 лет, но как мы понимаем, еще не сегодня, народ начнет меняться.

Реплика: И для этого вы готовы сегодня это говорить, повторять …

Ответ: Для того чтобы через несколько тысяч лет это начало реализовываться.

Вопрос: Но вы все равно оптимист?

Ответ: Я не оптимист. Я говорю, что это закон природы, и все равно мы будем обязаны его реализовать.

Сегодня в мире развивающаяся страна должна быть связана со всеми странами добрыми взаимными узами. И только в таком случае она может чувствовать себя комфортно среди всех. Иначе она будет чувствовать себя задавленной, ограниченной, униженной и так далее.

Вопрос: Если она будет сама по себе?

Ответ: Да, но никто не даст ей такую возможность. Ведь все страны окружают друг друга и желают, как волки в лесу, оттяпать каждый от других, сколько может. Это наш нормальный, эгоистический мир. Он другим быть не может. И всегда был таким, только мы прикрывались немножко. Мы его не раскрывали достаточно в нашем эгоизме.

Вопрос: То есть, вы считаете, в этом мире нечего требовать независимости, ее нет и не будет?

Ответ: Мы можем требовать, но одновременно с этим, чтобы мы требовали от себя! Это самое главное. Если мы будем соблюдать такие условия, чтобы между нами были добрососедские отношения, мир, взаимопомощь, что вопреки нашему природному, естественному свойству – получать, покорять, принуждать к миру.

Реплика: Если объединение у нас, то против кого-то. А это все порочно.

Ответ: Конечно. Поэтому все, что мы создаем, это только якобы на пользу себе и во вред другим. Не может быть одно вместо другого.

Каббала говорит о независимости – это когда мы поднимаемся над нашим эгоизмом. Независимость от нашего личного эгоизма. Именно это является настоящей независимостью, и тогда я думаю только о других. И среди других, в добрых отношениях с другими, которые я создаю всеми своими возможностями, там я чувствую себя независимым.

Вопрос: Вы говорите "только о других"? А о себе я не думаю вообще?

Ответ: А я не буду, я как следствие. Я и сегодня существую как следствие отношения ко мне всех остальных.

Вопрос: То есть я могу думать только о других, а дальше уже следствие будет, как ко мне относятся, как я и так далее?

Ответ: Да.

Вопрос: Это не должно быть первой моей мыслью: "Будут ко мне хорошо относиться, если я буду хорошо относиться к другим"?

Ответ: Я не думаю, что это является природой человека и нашего общества. Так что говорить такие красивые фразы: "Ты не бей других, и тебя не будут бить" и так далее, это все не работает.

Вопрос: А то, что вы говорите, это работает? Насколько это возможно в нашем мире, чтобы я не думал о себе, а думал о других? Государственно, например.

Ответ: Дело в том, что, конечно, и это не работает. Если я буду хорошо относиться к другим, я только дам им еще дополнительный повод вцепиться в меня и отгрызать от меня всякие куски. Так что вся проблема в человеческом обществе – чтобы оно превратило себя из стаи хищников в организованное, взаимное, добровольное, доброе сообщество.

Вопрос: Вы верите в эту фантастику?

Ответ: Нет, ни в коем случае не верю, но произношу, потому что, в принципе, это единственный выход. Вот когда мы поймем, что это единственный выход, фантастический, абсолютно невозможный, тогда у нас вдруг появится возможность его реализовать.

Вопрос: Откуда?

Ответ: Свыше. Мы сможем получить такую силу от природы, которая поднимет нас выше нашего эгоизма, и тогда это реализуется. Я буду выше своей природы, я буду выше своих мыслей, я буду выше своих решений. Как это получится? Получится тем, что раскроется вторая сила природы – свойство отдачи, связи, любви.

Вопрос: Вы можете мне это гарантировать? Например, я политик или обычный человек, и вас слышу. Вы можете мне это гарантировать?

Ответ: Я могу тебе только еще раз рассказать более подробно, чтобы ты понял, что иного пути нет. Или мы идем к гибели и умираем в каждом поколении. А в будущем поколении готовят ту же судьбу для наших потомков. И ничего не меняется, кроме того, что страдания становятся всё бо́льшими, и возможность их решения с помощью войн, смертей становится все более ужасной.

Вопрос: И вот, понимая это и чувствуя это, я приду к тому, что вы говорите?

Ответ: Да, в итоге мы поймем. Причем, это очень страшное решение, потому что мы будем чувствовать, как с нас сдирают кожу. Потому что это абсолютно против меня.

Но есть возможность решить этот вопрос добрым, мирным путем. Это значит изучить нашу природу и изучить силу природы, которая может нам помочь изменить себя. И тогда мы сможем подставить себя под эту добрую силу природы, и она изменит нас со злобных маленьких хищников на добрых больших существ.

Вопрос: Вы думаете, мы приближаемся к этому осознанию, что мы злобные маленькие хищники?

Ответ: Мы приближаемся. Правда, пока что мы приближаемся тоже недобрым путем.

Но по тому, как раскрываются всё больше и больше, особенно в нашем поколении, всевозможные положительные и отрицательные силы, и дана нам возможность об этом говорить и как-то реализовывать их, то есть надежда на то, что мы сможем оформить для себя, для нашего понимания, для нашего познания эту систему сил природы и понять, как мы можем уравновесить ее и выразить из нее именно добрую силу.

Я думаю, что мы сможем это сделать. А иначе мы все равно придем к этому, но долгим-долгим путем, ужасным путем страданий.

Вопрос: Сказано, что Машиах придет, когда лицо человечества будет как морда собаки – это относится к нам, к нашему времени?

Ответ: Да, это осознание людьми своей ужасной, звериной природы. К этому мы сейчас приближаемся. Но мы можем видеть это издали, этого достаточно. Мы не обязательно должны попадать прямо в лоно собаки. Просто увидеть это и испугаться.

Реплика: Дай Бог, чтобы так и было.

Годы спустя, когда я работал в израильских ВВС, мое сердце выпрыгивало из груди вместе с каждым самолетом, отправлявшимся на боевое задание. И все же тревога моего учителя была особенной, совершенно исключительной.

Кровавая дань

День памяти и День независимости по-братски близки между собой. И они настойчиво требуют пересмотра тяжёлой цены, которую мы платим за свой дом на Ближнем Востоке. Платим год за годом, не видя впереди конца и края. Та ли это независимость, о которой мечтали наши предки и которую мы могли бы с уверенностью передать своим детям?

Войны и конфликты, чествования и траурные церемонии – всё это не приближает нас к кардинальному решению проблемы. Наоборот, страна вынуждена постоянно искать ответы на новые угрозы и защищаться от нескончаемых нападений. Вокруг расцвела целая индустрия борьбы с Израилем, щедро спонсируемая как ближневосточными, так и западными покровителями.

А потому, вместе с неописуемой болью утрат, вместе с данью памяти наших собратьев, необходимо подумать и о будущем. Нам нужен здравый, глубокий, беспристрастный анализ и совместный поиск пути, который выведет нас из этой мясорубки, из затянувшегося периода становления государства Израиль. Выведет в будущее, не требующее жертв.

Как ни странно, на иврите слово жертвы (קורבנות) происходит от понятия сближение (קרבה). Суть в том, что мы можем «приносить в жертву» не себя, а свой эгоизм, свое взаимное отчуждение. Иными словами, можем сближаться над гордыней, ненавистью, неприятием, безразличием – над всем, что разъединяет нас, делает слабыми, уязвимыми, ставит под удар. Нам жизненно необходим общий знаменатель, который уравняет всех нас в праве на человеческие отношения.

Нет, это не «красивые слова». Укрепление социальных связей, создание здоровой атмосферы в обществе генерирует безопасность нового уровня, добавляет к «железным куполам» и «железным лучам» еще один эшелон обороны – человеческий, нерушимый. Сказано об этом мудрецами:

"Когда есть в народе Израиля любовь, единство и товарищество, тогда никакие бедствия ему не страшны".

Когда умолкают сирены

В День памяти нас объединяет общая боль, общая беда. Но объединяет ли нас что-то ещё? Чем скреплён наш народ, в котором пропасти глубоки, как океан? Со звуком сирены мы останавливаемся, внутренне беремся за руки и оказываемся в кругу семьи, скорбящей, но единой. Но вот сирена затихает, и мы снова погружаемся в беспамятство.

То же самое мы испытываем во время войн: падает последняя ракета, гаснет последняя вспышка, замирает эхо последнего выстрела – и едва успевшая сплотиться страна возвращается к распрям, грызне, к выгоде за чужой счёт. За счёт тех, кого ты недавно защищал, или тех, кто защищал тебя…

Раскол в сердцах – вот наша ахиллесова пята. Не просто слабина, а червоточина, подрывающая всю систему. И кстати, те враги, что поумнее, бьют именно сюда. Причем в мирное время тоже. Мы сами подставляемся, и нет у нас управы на эту беду.

Хотя на самом деле есть, надо только разглядеть общую картину.

Испокон веков народ Израиля противостоит остальным народам. На этой разности потенциалов построена вся система человечества, балансирующая между необходимостью в евреях и ненавистью к ним.

Словно две чаши весов, неразрывно взаимосвязанные, но разнонаправленные: мы едины – ненависть спадает, мы разрознены – ненависть растёт. И неважно, как именно мы разрознены: скитаемся ли среди народов, униженные и гонимые, или на пике гордыни кичимся своей силой и исключительностью…

Две тысячи лет нас травили, несмотря на все попытки откупиться. А потом, в поколении свободных людей, живущих на своей земле, вдруг выяснилось, что за 67-м годом обязательно наступает 73-й – за одной войной следует другая.

Нет, чаши весов должны находиться в равновесии. А равновесие – это когда мы едины и ставим свое единство на службу миру.

Вспомнить всё

Итак, война и мир есть следствия того равновесия или дисбаланса, который мы создаем, устремляясь к единству либо пренебрегая им. Еврейский народ – это явление природы. Разобщаясь, он автоматически вызывает на себя жёсткое внешнее давление, призванное вернуть его в первоначальный сплоченный вид – так сказать, в идеальное состояние. Ведь именно оно и только оно поможет остальным – в качестве примера сплочённого общества. По большому счету, больше им от нас ничего не нужно. За нобелевки нас по головке не погладят и в покое не оставят. За единство – да.

Но, к сожалению, мы просыпаемся и вспоминаем об этом, только получив звонкую пощечину, а то и удар под дых, который для кого-то может оказаться смертельным…

Всё зависит от нас. Почему? Потому что в наших руках методика объединения, полученная от Авраама в Древнем Вавилоне. Реализованная, забытая, но не утратившая своей важности и эффективности. Сегодня она возвращается к жизни, потому что мир, катящийся в пропасть, уже созрел для этого лекарства.

Пришло время защититься от бедствий не только мечом, но сближением сердец. Реальные шаги в этом направлении обеспечат нам мир и безопасность. Никакой утопии – напротив, простой, понятный механизм, действие которого можно проследить в прошлом и в настоящем.

Поминая павших, празднуя независимость, мы по-прежнему забываем, что на самом деле мы непобедимы в своем подлинном, исконном состоянии. Ведь сила единства неизмеримо мощнее всего, чем мы пользуемся сейчас.

Какое-то время можно протянуть на заменителях, но нам обязательно нужно добраться до своего корня, до той точки, в которой мы никого не подведём и никого не оставим в беде.

Ради наших детей. Ради всего мира.