Аудио (рус.): Открыть | Скачать
Вопрос: Ребенок ударился, рыдает – нельзя покупать ему сладкую конфетку, чтобы не плакал. Нужен разговор с ним. С этим вы согласны?
Ответ: Нужен разговор, да.
Вопрос: То есть ты садишься и разговариваешь. А что ты можешь сказать ребенку, который ударился?
Ответ: Надо быть осмотрительнее, почему ударился, что произошло. Объяснить ему все это.
Вопрос: Понятно. То есть ты как бы на равных с ним разговариваешь?
Ответ: Более-менее. Но он должен почувствовать, что взрослый с ним разговаривает.
И все-таки он должен чувствовать, что его обучают.
Вопрос: Что хочет от него взрослый? Ребенок должен понимать?
Ответ: Ребенок должен понимать, что взрослый хочет ему объяснить, как правильно относиться к любым, и особенно неприятным обстоятельствам в его жизни.
Реплика: Понятно. Есть еще один случай: ребенок хотел залезть на дерево, не смог, зарыдал. Пришел папа, поднял ребенка на желаемую ветку, слезы исчезли, все хорошо. Нельзя это делать.
Ответ: Почему нельзя?
Реплика: Потому что сам пускай добирается до ветки – так считают.
Ответ: Но если он не может? Почему ребенка надо оставить? Почему не надо ничего объяснять? Даже звери, волки, всякие такие…
Реплика: Берут за шкирку и куда-то поднимают.
Ответ: Да, конечно. Обучают их. Берут с собой и играются, и обучают.
Что это за такие психологи там выявились?!
Реплика: Есть такие, вот видите. Хотят, чтобы ребенок все прошел сам, все печали.
Ответ: К детям мы должны относиться как животные. Они помогают, они объясняют, они играют вместе с детьми.
Вопрос: А если я добавлю от себя, если ребенок собирает конструктор, и у него не получается, приходит родитель, он должен собрать за него конструктор?
Ответ: Ни в коем случае! Нет. он должен вместе с ним играться и всякими наводящими действиями и вопросами помочь ребенку разобраться в том, что же тут надо сделать. Надо быть учителем. Учитель – это тот, кто подсказывает намеками правильные варианты и объясняет неправильные, ошибки, и так далее. То есть это "разбор полетов".
Реплика: Вот еще один случай: ребенок грустит – не надо торопиться выводить его из этого любыми способами. Надо, чтобы он почувствовал, что это такое – грусть. Так пишут эти психологи.
Ответ: Не грусть ради грусти, а чтобы он просто знал, как из нее выходить, и что эти состояния имеют право быть у нас так же, как и веселье, радость.
Вопрос: Чтобы суммировать это… Как бы вы сказали: каким должно быть правильное отношение родителя к ребенку, который растет?
Ответ: Стать его товарищем и вместе с ним делать.
Реплика: Стать товарищем ребенка можно в любом возрасте?
Ответ: В любом возрасте.
Вопрос: С трехлетним сыном я могу быть товарищем?
Ответ: С трехлетним уже поздно.
Вопрос: Поздно?! 🙂
Ответ: Конечно, поздно. Начиная где-то с годика, ребенок уже понимает, что ты с ним играешься и как играешься – наравне или нет.
Вопрос: То есть надо становиться товарищем ребенка?
Ответ: Да.
Из ТВ программы "Новости с Михаэлем Лайтманом"
Вопрос с Facebook: Почему люди такие ленивые, ничего не хотят делать?
Ответ: Потому что наш эгоизм выдохся. Он больше ничего не хочет. Вся природа такова, что стремится лишь к покою. И только лишь то, что есть другой закон – "природа не терпит пустоты" – вынуждает нас стремиться к наполнению.
Наполнение приводит нас к покою, а покой – к желанию наполниться, и так мы все время крутимся то туда, то сюда, как маятник.
В каббале работает совсем другой принцип по закону средней линии: ты все время должен быть одновременно пустым и наполненным. Предназначение науки каббала – обучить этому каждого человека, но для этого надо заниматься.
А ленивым быть очень хорошо, потому что при этом ты не делаешь ничего вредного другим.
Из ТВ программы "Новости с Михаэлем Лайтманом"
Лень – признак высокого интеллекта
С чем надо смириться, а с чем – нет
Вопрос: Как вести себя с людьми, с которыми ты знаком много лет?
Ответ: Разве то, что я знаком с ними много лет, обязывает меня пожертвовать для них своей жизнью? В моей жизни для меня нет ничего важнее того, чего я в ней достигаю. Будучи вместе с этими людьми, я как бы обслуживаю их: я их оправдываю, я должен ценить эту игру. Для чего? Если тебе это важно – пожалуйста. А если нет – то нет. Ты должен решить. Это твоя жизнь, не моя.
Поэтому вопрос "в чем смысл нашей жизни?" должен пробуждаться в человеке постоянно, на каждое внутреннее определение (авхану), которое он в своей жизни улавливает.
Тем самым он спрашивает: "Как я отношусь к данному фактору? Приближает ли он меня к цели? Это важно для меня или есть что-то другое, более важное?" И так человек с каждым разом продвигается. Хочешь остановиться на данном обществе – пожалуйста. Свободный выбор в твоих руках.
Когда я гостил заграницей, то попадал на званные вечера. Это как кукольный театр. Ну так что? Разве я могу участвовать в этом? По безвыходности посижу на одном-другом вечере, поговорю – и всё. Не понимаю: я должен обслуживать такие общества? Я должен прогибаться под их идеал?
Вопрос: Я не чувствую, что прогибаюсь.
Ответ: Если ты даже не чувствуешь, что прогибаешь свое мнение под их – это плохо. Разве тебе не кажется, что они маленькие дети? Они ведь неразвиты. Так если ты хочешь быть как они – оставайся у них.
Это какая-то нерешительность: "Мне бы все-таки хотелось остаться в детском садике". О таком человеке мы говорим: "Глупец". Если он должен учиться в школе, но все еще хочет оставаться в детском саду, то он глупец. Каждый ребенок, если он здоров, хочет быть большим. Ты помнишь, как в детстве хотел быть большим? А сейчас ты хочешь быть маленьким, как сказано: "Что делать с детьми, которые состарились?"
Из урока по статье Рабаша, 18.08.2026
В течение дня я нахожусь в самых разных обществах и всегда должен ставить себя относительно них под таким углом, определять такую меру восприятия, чтобы они не только не причиняли мне вреда в том, что касается моей главной цели, но и, возможно, помогали мне.
Допустим, я по безвыходности нахожусь в "собрании легкомысленных", где болтают чепуху о том, о сём. Из этого я тоже могу вынести, насколько важнее для меня другое окружение и насколько низменно то, что занимает тех, кого я вижу сейчас. Я не испытываю презрения к ним, однако такой "выход в люди" тоже способен помочь мне увидеть, насколько важно то, чем я обладаю и чем живу.
Ведь все познается в сравнении. Мое пребывание на работе, дома и во всевозможных иных ситуациях может как раз помочь мне поднять в своих глазах то окружение, в котором я тут нахожусь, увидеть, насколько важны возвышенные цели для тех, кто присутствует здесь.
Реплика: Но я говорю об окружении, состоящем из хороших людей.
Ответ: Если я нахожусь среди обыкновенных людей, не воров, не убийц, людей, обладающих хорошими человеческими качествами – что мне от их хороших качеств? Они просто хорошо "загримировались", получив прекрасное образование в области сокрытия нелицеприятных качеств и выставления напоказ перед другими своих так называемых достоинств.
Каждый из них отлично играет свою роль, как чопорные англичане. Так что мне с того? Может быть, учиться самому делать то же самое? Тем самым я введу себя в двойной обман: я буду не только лгать, но еще к тому же думать, что это правда и что всё должно быть именно так. Так для чего нужно такое общество?
Из урока по статье Рабаша, 18.08.2026
Вопрос: В какой форме я могу отдавать группе в то время, когда чувствую, что отделяюсь от нее и у меня нет с ней общего знаменателя? Как мне отмениться перед группой?
Ответ: Если ты чувствуешь, что у тебя нет никакого общего знаменателя с группой, проверь себя. Может быть, цель группы не совпадает с твоей целью, и ты в состоянии совершить некое исправление. Может быть, ты должен обратиться к группе и сказать: "Ребята, мне кажется, что вы ошибаетесь".
Ты должен формировать группу: "Купи себе товарища". Ты обязан вкладывать силы и выстраивать их так, чтобы они воздействовали на тебя. Ты сам должен пробуждать это в группе.
Возможно, твои товарищи не делают правильных вещей; возможно, каждый действует втихомолку, а не явно – и это не пробуждает тебя, тебе недостаточно этого, чтобы получить впечатление. Или же ты вообще не хочешь впечатляться этими вещами, а тебе нужно впечатляться чем-то другим.
Если я хочу похудеть, то иду в кружок для худеющих. Там меня накачивают всевозможными средствами воздействия: лекциями, беседами, фильмами – лишь бы у меня осталось ощущение важности идеи. И мы должны делать то же самое. Для любого общества вне наших рамок этот принцип ясен. На любом предприятии, в любом частном заведении во главе угла стоит вопрос: как известить весь мир о том, что их продукция самая необходимая и самая важная?
Если я произвожу крекеры, то хочу, чтобы весь мир ел только мои крекеры, не мясо, не рыбу – только эти крекеры. И чтобы все думали, что им больше ничего не надо. Вот что, по сути, занимает мысли директора фабрики. И у нас должно быть так же. Это называется внешним распространением, а также внутренним распространением в группе.
Из урока по статье Рабаша, 18.08.2026
Вопрос: В чем разница между изучением статей Рабаша и "Учения Десяти Сфирот" (ТЭС)?
Ответ: Каждый урок должен быть поделен на две части. Первая часть: духовная работа, чувства, настройка мысли на то, что следует искать, фокусировка на проблему, на цель. Для этого мы сначала читаем статьи Рабаша, которые он написал своим ученикам. А затем переходим к ТЭС: получив пробуждение от статьи и осознав, чего мы желаем от жизни, мы подходим к лекарству – к тому, что может мне помочь достичь желаемого.
Итак, первая часть – это анализ болезни, а вторая – лечение. Погружаясь в статью, я должен ощущать и радость, и грусть, и благодарность, и просьбу – всевозможные чувства. В основном это будут отрицательные ощущения о том, чего у меня нет, чего мне не хватает, чего я еще не достиг, но желаю достичь. Эти якобы отрицательные чувства являются раскрытием хисарона, потребности.
Затем, когда у меня уже есть потребность и я приступаю к учебе, то ищу Того, кто излечит мою болезнь: "врачевателя всякой плоти". Я хочу, чтобы пришел свет, возвращающий к Источнику. Теперь у меня есть, с чем приступать к учебе, и тогда мой подход правилен: я требую от учебы исправления.
А кроме исправления моя учеба ничего и не может дать! Вся эта мудрость, описанная здесь – совершенно "внешняя", направленная только на то, чтобы на животном уровне как-то связаться с изучаемым материалом. Внутри же человек обязан требовать лишь одного: исправляющей силы.
Из урока по статье Рабаша, 17.08.2026
Обычно человек считает себя совершенным, но когда он смотрит на товарищей, то видит их недостатки и что с ними не так. Однако с ним самим всё в порядке. (Рабаш, статья 2 "Что означает "Вернись, Исраэль, к Творцу Всесильному своему" в духовной работе")
Всё, что бы мы здесь ни делали, это часть материального мира, и есть лишь один путь, по которому человек поднимается в духовное – любовь к товарищам. Много статей написано и много слов сказано о любви к товарищам. На чем сейчас, в текущем состоянии нашей группы, человек должен сосредоточиться, как на приносящем пользу?
Мне нужно лишь одно. Не сейчас и не потом, а всегда, ведь и через месяц ничего не изменится по сравнению с сегодняшним днем. Работа будет той же самой: осознание величия цели, величия связи с Творцом – единственного, ради чего стоит жить и за что стоит платить любую цену.
В субботу, произнося тост на трапезе, ты сказал: "Уже нечего отдать Творцу – только свою душу. Я уже всё отдал и увидел, что всё это ничего не стоит, что оно даже не дошло по назначению. У меня осталась только душа. Она моя, и ее я отдаю".
Это осознание должна привить мне группа. Всё начинается и кончается осознанием важности Творца, потому что весь наш путь нацелен на Него. И если Он не будет важен для меня, то я стану вращаться по всем направлениям, на все 359 из 360 градусов, исключая лишь это единственное направление.
Только одно направление ведет к Нему, а все остальные направления – это мое "владение многих", когда я обращаюсь к наполнению своих собственных желаний, вожделений, страстей и недостатков. И поэтому, если я хочу выйти из центральной точки, из "каменного сердца", из своей точки в сердце, по направлению к Нему и достичь Его, то я изначально должен поймать в перекрестие цель. А поймаю я ее в своем сознании, в своем внимании, в своем фокусе, только если она будет важна для меня.
Каким образом она может стать важной? Важной она может стать, только если группа скажет мне, что она важна – скажет тысячекратно, потому что я не вижу ее важности. Я никогда не стану искать ее, ведь как искать, если не видишь, не чувствуешь, не улавливаешь?
Группа должна дать мне это. Здесь и начало, и конец работы, здесь ничего не меняется: постоянно возвышать важность Творца – и так на протяжении всех ступеней, и в этом мире, и в будущем. Кроме этого ничего нет.
Из урока по статье Рабаша, 16.08.2026
Вопрос: Что значит приобрести настоящую силу веры?
Ответ: Это значит, что все, что просыпается во мне, пусть противоположное Творцу, пусть не исправленное, я смогу исправить с помощью силы веры. Сила веры – это ощущение Божественного, ощущение Совершенства, ощущение Вечности, ощущение значимости отдачи ради отдачи. Все, что мы чувствуем в духовном или в Творце – это свойство отдачи.
Все, что тебе кажется сейчас чем-то хорошим, теплым, мягким, нежным, я не знаю, как именно ты ощущаешь, то, что ты определяешь хорошим для себя, переведи все это одним единственным словом – Дающий. Не то, что отдающий тебе, а это именно качество отдачи.
Это нечто мягкое, нежное, хорошее, но не относительно меня самого, где я являюсь получающей стороной, а вообще таково свойство само по себе. И если я хочу это свойство, то так я и должен выглядеть. То есть принять на себя свойство Отдающего – быть Отдающим и прочувствовать то, что я ощущаю, как мы говорим, нежным, теплым, хорошим. Это то же самое.
Из урока по статье Рабаша, 13.08.2026
