Вопрос: Родители учат детей этому, то есть рассказывают больше и больше, а результат все равно обратный.

Ответ: Да, естественно. Чтобы не забрать у человека свободу воли.

Вопрос: То есть его свобода сейчас – это унижать другого, проявлять свой эгоизм?

Ответ: Да.

Вопрос: И мы должны терпеливо выждать, когда они намучаются, или как?

Ответ: Может быть. Когда убедятся, что их путь – он путь тупиковый.

Вопрос: И все равно нам продолжать рассказывать о взаимном поручительстве, о любви, о дружбе?

Ответ: Да.

Вопрос: Даже если руки опускаются?

Ответ: Это не имеет значения. Ты должен это все говорить.

Вопрос: Вот я напротив стены, не слышат меня. Все равно говорю?

Ответ: Это неважно, должен говорить.

Вопрос: Как я дырочку пробью в этой стене?

Ответ: Именно своим постоянством.

Вопрос: То есть вы за упорство родителей?

Ответ: Другого нет.

Реплика: Представляете, получается, что всю систему образования мы построили себе во вред.

Ответ: Конечно!

Вопрос: Почему?

Ответ: Потому что эта система построена на том, чтобы воткнуть маленький, хрупкий эгоизм в какие-то рамки и сделать из него то, что нам нужно.

То есть мы ломаем ребенка, а не развиваем его свободно. И вообще зачем нам надо пичкать ребенка такими шаблонами мышления? Мы учим его, что надо думать так, а не по-другому. И этим, конечно, уродуем его.

Вопрос: А как надо воспитывать ребенка?

Ответ: Беседовать спокойно, свободно, даже без всяких тем. Только лишь в свободном стиле, разговоре. Это может быть даже группа людей разных возрастов. Чтобы беседовали на разные темы и так учились друг от друга, изнутри себя развивая новые темы, новые возможности.

Когда я слышу других, я начинаю думать: "А как я? А как у меня?" Это совсем иное развитие. Нужно лишь общение, простое общение людей между собой. Все остальное создано искусственно, эгоистически, для наших эгоистических запросов, которые только поднимают нас, как эгоистов, друг над другом.

Вопрос: Вы считаете, что школа, институт – это все эгоистическое давление на нас?

Ответ: Для того чтобы зарабатывать друг на друге.

Это и наука, и искусство, всё, что есть, – только чтобы зарабатывать друг на друге: или в виде каких-то материальных вещей, денег, или в виде поклонения, одобрения, уважения, гордости и так далее.

Вопрос: А если бы мы, как вы говорите, могли бы просто беседовать, просто сидеть под деревом, просто говорить и так изнутри развиваться, к чему бы мы пришли?

Ответ: Мы бы нашли, возможно, какое-то новое, правильное сообщество. Я не думаю, что это давалось бы просто и легко. Но если бы в общении между нами мы могли правильно анализировать наши внутренние эгоистические побуждения, то одновременно смогли бы их как-то удержать, уравновесить.

Вопрос: То есть все равно, вы считаете, были бы споры, была бы ненависть?

Ответ: Конечно! Наша эгоистическая природа никуда не исчезает.

Вопрос: И как бы мы это гасили?

Ответ: Между собой. Объясняли друг другу. И если бы не были запутаны во всяких этих "измах" – психологических, научных и т.д. – тогда нам было бы проще. Самое главное – это прямое, открытое общение.

Вопрос: И тогда нам не нужны никакие технические новшества, весь этот технический прогресс?

Ответ: А зачем? Что он дает?!

Реплика: Но мы с вами сейчас говорим виртуально. Я сижу в одной студии, вы в другой.

Ответ: Ну и зачем это надо? Этим мы просто должны как-то компенсировать наше отдаление. Мы бы говорили с тобой, может быть, в другом ключе, другими возможностями.

Вопрос: Внутренне, даже без слов?

Ответ: Да, другое общение, на другом канале. На внутренней связи между нами.

Всё приходит к тому, что мы отказываемся от прошлого отношения к жизни, к миру, к себе, к прогрессу.

Я надеюсь, что отношение к себе и к другим, как к эгоистическим маленьким существам, станет проявляться все ярче, будет находиться как бы перед глазами самого человека, и он должен будет изменить себя.

Вопрос: В чем все-таки гениальность человека?

Ответ: В интеграции. В абсолютной, полной внутренней и внешней интеграции.

Вопрос: Человека, способного на это, вы и называете гением, по большому счету?

Ответ: Да. Если бы туда было направлено все образование, то гениальность бы сохранялась и увеличивалась.

Вопрос: То есть это касается всего поколения, которое рождается? И даже если только зарождается жизнь в матери – даже в нее это проходит?

Ответ: Конечно! Это же в духовном виде! Это все витает в одном информационном облаке.

Этот стресс – он всеобщий, всеохватывающий. И следующее поколение поэтому не будет вести войн. Оно не будет понимать – для чего. Оно просто будет уверенно в том, что это абсолютный вред для всех. И его не надо будет в этом убеждать, вот что интересно.

Потому что оно увидит, что во взаимодействии, торговле, взаимном дополнении друг друга: научном, техническом, торговом, экономическом и так далее, есть прямая выгода человечества, и ни в чем другом.

Вопрос: Это Творец сменяет поколения таким резким шоком?

Ответ: Да, так оно меняется, конечно. Когда-то мы думали, что это возможно с помощью очень длительного воспитания. Нет, ничего нет. Посмотрите на мир. Кому с кем надо воевать?

Вопрос: Что бы вы пожелали следующему поколению?

Ответ: Осознать, в каком состоянии они находятся, что важно для мира, что мир развивает, куда его история толкает.

Настолько, что ни развитием никаких орудий войны, ничем этим ты ничего не можешь изменить. Ты этим себе наносишь вред. Люди осозна́ют это сейчас из всей этой кампании.

Вопрос: Вы оптимист по поводу будущего поколения?

Ответ: Я вообще оптимист, если я верю в светлое будущее человечества. Озарение уже вот-вот приходит к людям.

Вопрос: Это возможно?

Ответ: В общем, да. Не всегда и не сразу, но…

Вопрос: Это долгая работа, но именно в этом направлении она должна проходить?

Ответ: Да! Иначе ты клевещешь на Творца. А это уже совершенно другое дело. Тут расчет уже совсем другой – как ты принимаешь мироздание: как будто оно само по себе существует или ты им управляешь. Если все исходит свыше, у нас нет другого выхода, кроме как сделать из себя абсолютно покорных, согласных и изменяемых в подобие этой высшей силе.

Реплика: Это красиво. Я осторожно предположу, что весь наш мир – мир грешников. Мы все находимся в состоянии ненависти и постоянной обиды.

Ответ: Как маленькие дети в песочнице.

Вопрос: Что же с нами так шутят?

Ответ: Чтобы мы всё-таки потом по-настоящему разочаровались. Не в том, насколько Творец сделал нас такими, а насколько мы сами были глупыми, чтобы не догадаться, почему Он нас такими сделал. И вот находится перед человеком ответ, а он не хочет его видеть. Но это всё для того, чтобы накопилось и прорезалось, прорвалось, выстрелило.

Вопрос: Если такое направление будет, и потихонечку пойдут в этом направлении, во что наш мир превратится?

Ответ: Наш мир превратится из сегодняшней психушки в мир, когда люди занимаются самоисследованием, самоизлечением, самопостроением самих себя. В мере этого в них раскрывается Творец.

Вопрос: А что такое "раскрытие Творца в человеке"?

Ответ: Свойство отдачи, любви, которое возносит нас на совершенно иной уровень ощущения мира.

Вопрос: То есть вы уверены, что путь только один, другого нет?

Ответ: Нет, никакого пути другого быть не может.

Вопрос: Ненавистника не может быть, это Творец напротив меня?

Ответ: Конечно!

Вопрос: А настоящая жизнь – где зло побеждает?

Ответ: Конечно. И поэтому он должен научиться не противостоять злу, потому что этим только навлечет на себя проблемы. Он должен научиться, что зло побеждает, а он остается в стороне – не вступает ни в коем случае в борьбу со злом.

Реплика: Понятно это движение. Сначала нежный ребенок, то есть маленький ребенок, не надо его пугать. Первая стадия понятна. Вторая: постепенно зло входит, и добро все-таки побеждает. Она тоже понятна – чтобы он был на стороне добра. Потом вы сделали резкий переворот, вы сказали: наш мир – это сплошное зло.

Ответ: То есть мы объясняем ребенку, что хотя в нашем мире присутствует добро и зло, нам надо от зла уворачиваться.

Вопрос: Вот это мы объясняем ребенку?

Ответ: Да. Ребенку! Но уже на третьем этапе.

Вопрос: То есть не принимать зло все-таки? Уворачиваться от него, вы сказали. Это третий этап. Когда он понимает, что наш мир построен на зле?

Ответ: Он из этого третьего этапа и поймет. Он будет отворачиваться, отходить, дистанцироваться.

Затем идет этап вообще интересный: когда он связывается со злом и использует его для своих эгоистических нужд – продвижения по карьерной лестнице и так далее.

Вопрос: Это уже наш маленький герой, который начал чисто-чисто, вдруг приходит к карьерной лестнице, к "подавить других" и так далее?

Ответ: Да.

Реплика: А пятый этап – он должен понять, что он такой?

Ответ: Этого мы еще в мире не достигли, у нас нет четких примеров. И поэтому я о них не хочу говорить.

Вопрос: Но хотя бы он должен прийти к тому, что это плохо?

Ответ: Он должен прийти к тому, что он не может жить в таком мире, что действительно в нашем мире эгоизма все уродуется. И ему ничего не остается делать, как просто изолировать себя от этого мира, насколько может, потому что он ведь должен существовать все-таки, обеспечивать своих детей и так далее. Но в общем – проблема.

Реплика: От этого мира проблема изолироваться. Тем более сейчас, когда средства массовой информации заходят во все места.

Ответ: Да, но если он знает этот основной принцип, то он дистанцируется от мира.

Вопрос: То есть знает принцип, что это ложь, что это то, что ему хотят ввести, все это проплачено, и ему надо дистанцироваться?

Ответ: Да.

Вопрос: Тогда о дистанции только скажите. Чем окружить себя? Недаром Алена спрашивает: "Чем окружить ребенка?". А сейчас я вас спрашиваю: чем окружить вот этого человека, дистанцироваться?

Ответ: Окружить его заботой о себе. Чтобы он занимался каким-то любимым делом кроме работы, кроме дома. Я помню, у меня был сосед, который любил обрабатывать дерево. И всё. Это было его занятием. Он искал всякие деревяшки, поленья, все прочее и потом обрабатывал их. Делал скворечники, всякие такие штуки. И ему это нравилось.

Вопрос: То есть вы подводите нас к такой дистанции – чтобы своим хобби занялся? Солдатиков собирать, я не знаю, дерево обрабатывать?

Ответ: Неважно, да.

Вопрос: А дальше? А все-таки как-то заниматься душой?

Ответ: Но я же говорю об обычных людях.

Реплика: А вот двинемся дальше.

Ответ: У него появится движение к душе.

Вопрос: То есть мы сейчас прошли путь от маленького ребенка до взрослого человека. К чему должен прийти в результате человек, пройдя весь этот путь, в конце концов?

Ответ: К тому, что самая простая работа руками – она смягчает душу. И, в принципе, он будет удовлетворен своим существованием.

Вопрос: Но вопрос этот возникнет в нем всё-таки маленький – душой своей заниматься?

Ответ: Может быть, да, а может быть, это и будет достаточно для уровня развития его души.

И есть еще третий вид, который я очень хочу воплотить в жизнь – это детское воспитание, потому что этим я могу показать миру, что у него нет будущего. Если нет будущего для ваших детей в том виде, который вы им даете, значит, нет будущего и у вас, у вашей цивилизации, у семьи, брака.

То есть вы – матери, отцы, дедушки, бабушки – несчастны, потому что, глядя на молодое поколение, вы видите, как оно "идет в землю". Видеть такое для своих детей – тогда вообще не стоит жить. Ведь каждому человеку в мире настолько тяжело смотреть, как дети употребляют наркотики, занимаются проституцией, всем чем угодно, как непонятно каким образом происходит смешивание полов, и все это – только бы прожить, и все это – пустота.

Когда мы видим, как молодое поколение не обращает на нас внимания, и у нас к ним практически уже точно такое же отношение, начинается нечто вроде идиосинкразии, отталкивания, и возникает вопрос: "Что же делать?"  

И тут ты им показываешь: "Смотрите, может быть совсем по-другому", – потому что это находится в наших руках. Когда ребенок рождается – он лежит у нас на руках, он полностью наш. И пока он с нами, мы можем сделать его таким, что он никуда не уйдет, он будет привязан к нам, и никто не сможет его от нас оторвать.

Поэтому дальше мы станем развиваться совместно: и дети, и родители, и бабушки с дедушками, – как одна семья! Дети не будут отходить от родителей не потому, что у них есть какая-то проблема с уверенностью в жизни или с освоением новых пространств и возможностей, а потому что они увидят совсем другие перспективы, которые дает обоюдная связь с нами.

Представляете, какое это счастье?! Обычное земное счастье для простого человека. Вот это нам надо им показать. А все эти умствования, всевозможные доказательства – все это не нужно, это никого не интересует. 

Того, что мы предлагаем, ни у кого нет и не будет, потому что только свет, который ты даешь ребенку во время его воспитания, формирует из него человека, в чем-то подобного Творцу. Он даже не понимает, а в нем это уже есть и развивается.

Эти дети и станут светочем человечества.

Вопрос: Отец существует для того, чтобы давать ребенку пример?

Ответ: Любой пример, неважно какой.

То, что у меня есть отец, ставит меня на ноги, показывает путь. Даже если это неверно, я могу это как-то скорректировать, но все-таки мне есть от чего производить отсчет.  

Вопрос: А когда у меня уходит отец, то что-то исчезает из меня?

Ответ: Нет основы, пустота, нет базы. Как будто ни на чем не стою.

Вопрос: В ребенке есть такая запись: отец – мать?

Ответ: Конечно. Мальчику обязательно нужен отец. И это очень много значит. Или он должен его выдумать, создать из каких-то своих мыслей, мечтаний, неважно как, но это должно быть.

Вопрос: Отчим может его заменить?

Ответ: Если хороший, то может. Хороший отчим – тот, кто разжигает в ребенке почти естественное чувство связи с собой, как с отцом.

Вопрос: Если все человечество, не чувствующее Творца, взять как ребенка, можно сказать, что оно существует без отца?

Ответ: Мы должны возродить в себе эту необходимость в ощущении отца-Творца и стремиться к Нему, пытаться раскрыть Его и сделать Его для себя эталоном. Именно Ему следовать и Ему уподобиться.

Вопрос: У нас есть ощущение, что Он нас покинул?

Ответ: Нет, не покинул. Он специально скрывается, для того чтобы мы развили в себе все качества, позволяющие стать подобными Ему. И в мере подобия Он нам раскроется. Бери с этого пример и смотри, каким должен быть отец относительно своего ребенка.

Реплика: То есть отец у нас есть?

Ответ: Он существует и вынуждает нас Его искать, найти и прилепиться к Нему.

Вопрос: Зачем же тогда вся система воспитания, образования, вся эта построенная огромная система?

Ответ: Она сама по себе крутится вокруг нас и всё. Ничего мы с ней поделать не можем. И ничего ты в ребенка вложить не можешь, а просто окружение, друзья, педагоги отчасти тоже. Но все это создает внутренний мир ребенка, который затем вступает в жизнь. И дальше уже он от жизни начинает брать.

Вопрос: Тогда такой вопрос: что такое, по-вашему, воспитание? Вы сейчас отодвинули немного образование.

Ответ: Во-первых, образование и воспитание – это не одно и то же. Образование – это наполнение ребенка всякими премудростями. А воспитание – это пример взрослого ребенку, как себя вести в тех или иных обстоятельствах.

Вопрос: Взрослый – это и педагог, и родитель, и окружение, и так далее?

Ответ: Да.

Вопрос: То есть получается, правильное воспитание – поместить ребенка в такое окружение, которое дает правильные примеры. Какие примеры надо показывать ребенку, чтобы этот ребенок рос правильно, правильно воспитывался?

Ответ: Невозможно сказать. Ребенок сам отбирает эти примеры и усваивает их.

Вопрос: Я показываю пример, а может быть, он из этого берет что-то свое и только ему понятное?

Ответ: Да.

Вопрос: Как же проникнуть в этот мир ребенка?

Ответ: Не надо! Ни в коем случае! Дай ему самостоятельно развиваться.

Реплика: Но я должен как-то направлять его.

Ответ: Я думаю, что особенно не надо. Пускай бегает по улице, общается со своими сверстниками, и таким образом он разовьется.

Вопрос: Должно быть идеальное окружение для ребенка, чтобы он рос в нем?

Ответ: Дети и животные.

Вопрос: Чтобы были вокруг детки и животные. А где там место взрослому?

Ответ: Нет там места взрослому. Взрослые будут навязывать детям всевозможные поведенческие законы, и это не надо. Постепенно ребенок будет взрослеть, и он эти законы сам раскроет для себя.

Вопрос: А взрослый не должен входить в разборки детей?

Ответ: Нет! Я считаю, что тут педагогов быть не должно.

Вопрос: И что тогда вырастает из ребенка, если, как вы говорите, его окружают дети, животные, природа?

Ответ: В соответствии со своим внутренним миром он впитывает и абсорбирует в себе все, что только можно получить от мира.

Реплика: Существует же рисование, танец, природоведение. Существует же, где взрослый приходит и говорит: "Давайте я научу ребенка". Вот таким вещам.

Ответ: Не надо! Научится сам. А все эти навязываемые ему дисциплины его, наоборот, ограничат.

Реплика: Я уже о простых дисциплинах говорю: танцы, рисование. И даже это он освоит?

Ответ: Да.

Вопрос: Можно какой-то вывод сделать?

Ответ: Вывод очень простой: оставь детей в покое со своими великими мыслями и напутствиями, педагогикой, всем-всем-всем, что есть в тебе.

Вопрос: Как тогда родители? Родители, взрослые так или иначе всё-таки существуют. Как родители должны воспитывать своих детей правильно?

Ответ: Я не вижу ни в одном поколении, а все-таки мы прожили много-много-много сотен поколений, чтобы какое-то поколение взяло от своих родителей что-то полезное, хорошее и достигло чего-то полезного и хорошего. Каждый раз мы только переучиваемся.

Вопрос: То есть ты учишься на своих ошибках, ты учишься на своей жизни, ты учишься сам всему. И надо оставить, вы говорите, человека с этим "сам", оставить, чтобы он шел?

Ответ: Да. Я надеюсь, что мы придем к такому состоянию, когда поймем, как нам надо вообще относиться к детям. Надеюсь, что это будет в ближайшее время понято, осознано.

Реплика: То есть этим мы как бы наносим шрамы.

Ответ: Это и есть принцип существования нашего мира.

Вопрос: То есть он весь в шрамах, по большому счету. Шрамы во мне или в том, кого я опускаю?

Ответ: На самом деле это в себе.

Вопрос: То есть во мне остаются эти шрамы. Если наши прегрешения, то есть то, что мы обижаем кого-то, как вы говорите, покрывать любовью, что происходит с этими шрамами?

Ответ: Тогда они заживают! И не остается никаких следов!

Вопрос: Значит, все-таки верно предположение, что можно заживить шрамы, чтобы никаких следов не осталось?

Ответ: Никаких.

Вопрос: Это совет самый важный! Если ты покрываешь любовью весь этот свой грех…

Ответ: Об этом и сказано: "Все прегрешения покрывает любовь".

Вопрос: Как покрыть любовью? Как это сделать?

Ответ: Беззаветно. То есть просто любовью. Вот и всё.

Вопрос: Ты только что его унизил.

Ответ: Нет, не только что, сразу же это не может быть.

Вопрос: Ты почувствовал, что ты его унизил, и тебе от этого стало плохо. Поэтапно это так?

Ответ: Да.

Вопрос: И дальше ты должен как-то вызвать любовь на него? Любовь эта вызывается? Ее же во мне нет.

Ответ: Да. Любовь вызывается. Откуда она? Потому что ненависть есть. Вот эта ненависть – она с обратной стороны проявляется как любовь.

Вопрос: То есть моя ненависть к этому человеку – она и вызывает любовь. В какой момент? Когда я чувствую, что я не прав или что?

Ответ: Под воздействием высшего света.

Вопрос: Но мне надо что-то почувствовать? Что я хочу как-то это загладить, мне больно, мне плохо, у меня шрамы! Это у меня должно быть?

Ответ: Да. Это должно быть.

Реплика: Это уже человек перед нами.

В основном, мы этого не чувствуем. В основном, мы оправдываем все шрамы, которые мы наносим.

Ответ: Значит, нам придется еще много-много проверять себя и исправлять себя.

Вопрос: Почему нам не больно от этих шрамов, которых в нас много? Мы многих уже "уложили".

Ответ: А мы не чувствуем. Наш эгоизм это все аккуратно стирает.

Вопрос: Когда я начинаю это чувствовать, и что такое "покрыть любовью" ненависть или нелюбовь к другому?

Ответ: Не смогу больше сказать. Представь себе, что ты пишешь на классной доске и потом начинаешь постепенно стирать каждое твое слово и писать обратное.

Вопрос: То есть "ненавижу" – "люблю"? "Тебя" – "себя". Вот так?

Ответ: Да.